ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Тёмные не признаются в любви
Тропинка к Млечному пути
Меняю на нового… или Обмен по-русски
Сантехник с пылу и с жаром
День, когда я начала жить
Знаки ночи
Спираль обучения. 4 принципа развития детей и взрослых
Всё в твоей голове
Любовь литовской княжны
A
A

– Конечно, готовы, – сказал Кларк, вставая с кресла.

Они вышли из номера и быстро спустились по лестнице в холл.

– Вас можно поздравить? – спросил по дороге Чавез у Айле.

– С чем? – не понял капитан.

– Биармия расширила свою территорию…

– Это не мой праздник.

– Вы же этнический биарм?

– Не вижу особой доблести в том, что сделали мои соотечественники.

– Так вы «за» или «против»?

– А могу я воздержаться?

Очередная попытка прощупать капитана опять ни к чему не привела, и оперативники ЦРУ с многозначительными улыбками переглянулись. У гостиницы их ждал подержанный «БМВ» из гаража Службы госбезопасности – мрачный катафалк, прозванный в народе «бумером». Ни один из американцев в здравом уме и по собственной воле никогда не сел бы в салон этакого чудовища, но русским и биармам, похоже, подобные машины нравились и даже считались автомобилями представительского класса.

Водитель чудовища, как и Айле, был из нового набора и, судя по всему, в «прежней жизни» участвовал в гонках «Формула-1». Стоило оперативникам ЦРУ и капитану занять места в «бумере», как этот поклонник братьев Шумахеров, врубил мигалку и вдавил педаль газа до упора. Катафалк полетел по улицам Белогорода, распугивая кошек и прохожих.

– А потише нельзя? – поинтересовался Кларк. – По-моему, мы привлекаем ненужное внимание…

Марк Айле передал вопрос-просьбу водителю. Тот скорчил брезгливую мину, но мигалку притушил. Скорость при этом всё равно оставалась выше предписанной дорожными знаками, и вся компания домчалась до острова за считанные минуты.

Там оперативники ЦРУ увидели уже знакомую по репортажу «Си-Эн-Эн» картину: площадь, постепенно заполняющаяся народом, несколько разномастных машин, запертые ворота комбината, фото– и видеокамеры.

– Езжай к проходной, – распорядился Айле, оценив обстановку.

У самой проходной плотной толпой стояли люди в рабочих спецовках, а потому пришлось покинуть машину и пройти два десятка шагов пешком. Троицу встретили недружелюбно. Офицер Сил самообороны изучил служебное удостоверение Айле и спросил:

– Чего надо?

– Вас должны были предупредить о нашем визите, – ответил капитан.

Офицер ушёл вглубь домика проходной и вернулся с каким-то списком:

– Ага… хм-м… ага… Капитан Айле. Есть такая фамилия!.. И с ним… двое. Есть такое. А кто эти двое?

Марк поджал губы:

– Там написано, что вы должны установить личности моих спутников?

– Нет, не написано.

– Тогда в чём причина задержки?

Офицер помялся, но вынужден был признать, что Айле прав.

– Проходите, – разрешил он, отступая в сторону.

Марк пропустил оперативников ЦРУ впереди себя, и пока они заходили в помещение, бросил короткий взгляд на ворчащую толпу. Лицо одного из работяг показалось ему знакомым. Он его видел совсем недавно и в довольно необычной ситуации – иначе бы не запомнил… Но… когда и где?

Этот вопрос не давал ему покоя всю дорогу от проходной до административного корпуса. И только уже у кабинета директора комбината, который, как выяснилось, с утра занимал Айн Брумман, капитан вспомнил: в толпе работников «Спирали», одетый в поношенную спецовку грузчика, стоял бизнесмен Ивановский – тот самый, который угощал Ингу Бьярмуле дорогим арманьяком и подбирался к старшему сыну президента. И тот самый, который себе в убыток открыл в Белогороде сеть магазинов «Охота-рыбалка».

По всем статьям получалось, что давешнее предположение Айле верно: лишь будучи агентом спецслужб, Ивановский мог разгуливать по Биармии то в костюме от кутюр, то в засаленной робе. Нужно было немедленно доложить Керро о своих подозрениях, однако это благородное намерение улетучилось сразу же после того, как Айн Брумман встал из-за директорского стола навстречу вошедшим и произнёс сдержанно: «Здравствуйте! Чем могу помочь?»

Наверное, генералу Керро не стоило посылать на «Спираль» именно Марка Айле. Наверное, это была ошибка…

* * *

Разговор начал Кларк:

– Мистер президент звонил вам?

– Да, – ответил Айн Брумман.

– Он изложил суть нашей просьбы?

– В общих чертах.

– Нас интересует вакцина Трофимова.

– Я понял.

– Мы могли бы запатентовать вакцину в США. Мы предлагаем вам пятьдесят процентов от прибыли. Это очень большие деньги.

– Вакцина – не моё изобретение…

– Но именно вы пристроили Трофимова. Если бы не ваше участие, эта вакцина осталась бы формулой на бумаге. И вы – автор технологии массового производства.

– Нет ещё никакой технологии…

– Не следует приуменьшать свои заслуги. Технология есть. И вы это знаете, и мы это знаем. Но наладить производство вам здесь не дадут. Поэтому мы и предлагаем сотрудничество.

– Но почему именно сейчас?

– Потому что вы сидите в этом кресле, – вмещался Чавез в энергичный диалог. – Но никто не может сказать, насколько долго это продлится…

Брумман понимающе кивнул, но не спешил с окончательным ответом.

– Что вы знаете о вакцине Трофимова? – поинтересовался он.

– Мы знаем, что это идеальное контрацептивное средство, – сказал Кларк. – Его выпуск в свет совершит революцию в медицине.

– Это ещё и трансгенный вирус. При благоприятных условиях он может распространяться довольно быстро. Мы применяем третий уровень безопасности при работе с его штаммами.

– Но мы слышали, вы придумали противоядие. Это так?

Брумману явно не понравился термин «противоядие», но поправлять оперативника ЦРУ он не стал.

– Мы пытаемся разработать эффективную методику нейтрализации. Есть несколько групп вирусофагов, которые теоретически могут убивать вирус, но на практике эффект низок. В половине случаев самки подопытных мышей остаются стерильными. Не решили мы и проблему распространения, поскольку неясен механизм передачи от пациента к реципиенту. Первоначально предполагали, что промежуточным звеном могут быть только самцы, но потом вирус был выявлен и у «контрольной группы», которую изолировали от самцов, – следовательно, существует механизм передачи от самки к самке. Как это происходит – загадка. В идеале, конечно же, хотелось бы увидеть такую вакцину, которая индивидуальна для каждой особи, а потому не может распространяться по определению. Теоретическое обоснование подобного модификата Трофимов уже вывел, но что касается практического осуществления, то при сегодняшнем финансировании понадобится лет пятьдесят-шестьдесят…

– Вот видите! – снова ввернул Чавез. – Значит, мы пришли вовремя. Если будет заключён договор, оформлен патент, мы сможем обеспечить должное финансирование…

– По какой линии? – уточнил Айн Брумман.

– Что?

– По какой линии вы планируете осуществлять финансирование нашей разработки? По линии ЦРУ? Как «чёрный проект»?

И опять инициативу в разговоре перехватил Кларк:

– Зачем же такие ужасы? То, что мы из Оперативного Директората, вовсе не делает нас шпионами. Мы числимся в штате консульства и вправе устанавливать контакты с любыми организациями. Финансирование будет осуществлять либо Министерство здравоохранения США, либо какой-нибудь из университетов.

– Это очень соблазнительное предложение, – признал Брумман, хотя на его лице не появилось даже тени удовлетворения. – Что потребуется от меня?

– Это уже деловой разговор, – кивнул Кларк. – Мы предполагаем, что именно вы будете руководить всем проектом – здесь или в Штатах, по вашему выбору. Но перед тем нам нужно предоставить некоторые материалы по вакцине Трофимова – для того, чтобы руководство убедилось: это первосортный товар.

– Какие именно материалы?

– Образцы вакцины. Базу данных по испытаниям. Пока всё. Как видите, главное остаётся при вас. В отличие от наших русских коллег из Управления научно-технической разведки мы не крадём чужие достижения, а предлагаем долевое участие… Если вас беспокоит моральная сторона вопроса, то будьте уверены: мы не делаем ничего, что противоречило бы интересам вашей страны. Даже мистер президент Брумман признал это. Более того, мы гарантируем, что Биармия будет первым государством, которое сможет пользоваться всеми благами от применения вакцины Трофимова…

51
{"b":"639","o":1}