ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Чего-то я недопонимаю, – признался Звягин. – Если там такими большими деньгами пахнет, почему наши олигархи до сих пор ушами хлопают? Скупили бы акции, да и диктовали свою волю и Белогороду, и Алонцу.

– В том-то и дело. О результатах лабораторных испытаний мало кто знает. Пока только специалисты, но и они сомневаются, удастся ли пустить препарат в серийное производство. Дело в том, что придумал всё это некто Трофимов. А его в кругах биохимиков считают шарлатаном и мистификатором. Он когда-то в питерском Политехе работал и в Киришах – выгнали. Приняли только на «Спираль», да и то на должность лаборанта. Когда со спецами о нём разговариваешь, они руками машут. Что вы, говорят, с ним нельзя дел иметь. Создал себе репутацию. При таких рекомендациях ни один серьёзный человек денег в разработку не вложит.

– А почему тогда биармы забеспокоились?

– Очень просто. Как я уже говорил, старший сын Бруммана работает на «Спирали», возглавляет отдел. Что-то он там пронюхал. Или с самим Трофимовым поговорил. В результате – нашептал папаше, и тот загорелся. А из администрации Бруммана ушла утечка в Алонец, и там тоже все загорелись. Ведь если получится, можно так обогатиться, что никаким арабским шейхам не снилось. При этом ребята-политики ничем не рискуют. Деньги можно отстёгивать из бюджета по статье «Поддержка науки» и взятки гладки. Даже если Трофимову с Брумманом-младшим не удастся вывести препарат в серийное производство, всегда можно технологию китайцам продать – пусть дальше мучаются.

– Начинает проясняться, – кивнул Звягин. – А комбинат, значит, государственный и территориально ни к одному из городов не приписан?

– Точно, – подтвердил Говорков. – Понятно, что его будут раньше или позже акционировать и приватизировать, но кто будет играть главную скрипку в хоре, пока неясно. Тут кто съел, тот и успел. А кто не успел, тот опоздал… А теперь конфиденциальная информация. Из самого что ни на есть ФСБ. Брумман всерьёз намерен силой захватить остров. Под крылом его администрации выросло несколько военизированных организаций. Наилучшую подготовку имеют так называемые Силы самообороны Биармии, которые заявлены как добровольческая дружина в помощь милиции. Состоит она из бывших военных – офицеров Советской армии, которые съехались со всей страны по призыву Фронта национального возрождения. Все – сплошь биармы. Численность – тысяча человек. Вооружение – помповые ружья, газовые пистолеты. Возможно, в день акции они получат «макаровы» из милиции. Хотя и того, что у них уже есть, вполне достаточно для нейтрализации вневедомственной охраны комбината – там бабушки-старушки. В поддержку Силам самообороны, скорее всего, придадут качков из общества «Спортсмены Биармии». Численность – две с половиной тысячи человек. Этим оружия не полагается по статусу. Потому они используют резиновые дубинки и нун-чаки. Впрочем, качки на остров не пойдут – развернутся у моста и будут стоять ровными шеренгами в ожидании сигнала. Их подключат, если с другой стороны кто-нибудь попрёт. Но, насколько мне известно, никто не попрёт. У мэра Алонца нет своих вооружённых формирований, а чтобы собрать народ, потребуется время. Потому вместо народа выступите вы. Вашей задачей будет вышвырнуть Силы самообороны с острова и вернуть бабушек-охранниц на их законное место. А дальше политики сами разберутся.

– Хоть твой Брумман и весь из себя ангел с нимбом и крыльями, – сказал Бояров, когда Говорков сделал эффектную паузу, – но он явно сбрендил. Это же не политическая акция. Это самая настоящая военная операция с захватом государственного объекта. Их же оттуда вышвырнут. Если будет приказ, достаточно взвода солдат. И наше участие не потребуется.

Говорков вздохнул.

– В том-то и дело, Саша, что не будет приказа. Вопрос об урегулировании территориального спора уже второй год прокачивается через администрацию Президента. Есть основания считать, что если биармские вояки продержатся на острове хотя бы месяц, вопрос будет решён в пользу Белогорода.

– Задача понятна, – сказал Золотарёв. – Вышвырнуть биармов с острова. Кто выступает заказчиком? Ты? Губернатор Петербурга?

– Нет, – Говорков вдруг хитро подмигнул, но не стал мучить бывших сослуживцев загадками. – Заказчик – сам мэр Алонца. У него нет своих вооружённых сил, и он решил нанять «псов войны».

– Ага, – опять встрял Бояров. – А это что за тип? Тоже, небось, ангел шестикрылый?

Говорков улыбнулся.

– Этот – не ангел, – весело сказал он. – А как раз наоборот. Зовут его Пётр Петрович Колесничий. Профессиональный политик. Сначала был коммунистом, потом стал социал-демократом. Сидел в Верховном Совете РСФСР, потом – в Госдуме. Взятки берёт, во всяких тёмных делишках принимает активное участие. Залетел – страшно подумать! – на педофилии. В ходе расследования по делу о совращении малолетних был по запросу прокуратуры лишён депутатской неприкосновенности. Но как-то выкрутился. Бежал из Москвы в родной Алонец. Быстро освоился и пошёл в мэры. Обещал, как обычно, счастья для всех даром. Победил с небольшим отрывом. Два года мэрствует. Из города старается не выезжать. Часто посещает балетную школу.

– Ну и урод! – дал свою оценку бескомпромиссный Бояров. – Интересы этого поганца мы должны защищать?

– Не сердись, майор, – сказал Звягин. – Мы в конечном итоге интересы России защищаем. А поганцы на тронах всегда были, есть и будут. Такова уж у нас суть и природа власти.

– Кх-м, – кашлянул Говорков.

– Извини, Савелий, – повернулся Звягин к бывшему замполиту. – Я не хотел тебя обидеть. Но ведь и ты знаешь, что я прав.

– Прав ты, прав, – согласился Говорков. – Так вы берётесь за это дело?

– Сколько? – спросил Шамраев, который понял, что настало его время.

– Десять зелёных лимонов.

Шамраев зашевелил губами, подсчитывая что-то в уме.

– Я правильно понял: операция займёт месяц? – уточнил он.

– Не меньше полутора, – сказал Звягин. – Две недели на подготовку. И месяц будем остров охранять.

– Сколько людей задействуем?

– Всех, кого удастся высвистать.

– Тогда двенадцать лимонов, – свёл дебит с кредитом Шамраев. – Это чистый гонорар. И три лимона на текущие расходы.

– Не много ли? – удивился Говорков.

– В самый раз. Я лишнего не прошу.

– Что ж, я думаю, господин Колесничий согласится. Когда вы будете готовы выступить?

– Подумать надо, помозговать, – отозвался Звягин. – Переварить ситуацию.

– И не только ситуацию, – Бояров в предвкушении потёр руки. – Наши рыбаки вернулись.

Офицеры зашевелились, оборачиваясь к реке, и увидели, как со стороны берега гордо шествует лейтенант Мазур в сопровождении пятерых помощников. На каждом был гидрокостюм, на правом плече висело подводное ружьё с гарпуном, а на левом – по огромной связке из ещё трепыхающихся рыбин. Вокруг началась весёлая суета, и уже был слышен бас Мазура, который спрашивал, какого чёрта костры не горят, шампура не начищены и вообще ещё ничего не готово к приготовлению и потреблению свежайшей и вкуснейшей рыбы…

Глава 2

1.

Марк Айле, капитан Службы государственной безопасности Республики Биармия, заметно нервничал. Он был из последнего набора, свои лычки получил не за профессионализм или выслугу, а потому, что срочно требовалось заполнить вакансии в новом ведомстве, и брали всех, кто владел хоть какими-то навыками оперативно-следственной работы и не имел в личном деле пометки «Бывший сотрудник КГБ СССР». По существу, это было первое серьёзное дело новоиспечённого капитана, а потому генерал Феликс Керро, возглавлявший Службу безопасности, прощал ему явные проявления нервозности и неуверенности в себе: этот молодой человек всему ещё успеет научиться.

Переговоры с американцами должны были состояться в два часа пополудни, в одном из номеров на третьем этаже гостиницы под весьма затёртым в Белогороде названием «Биармия». Эти переговоры планировались как «сверхсекретные», но Керро пригласил на эту встречу Айле, потому что, во-первых, «безусловно полагается» на него, а во-вторых, «видит» в нём потенциального преемника. И то, и другое глава местного отделения СГБ высказал вполне определённо, прямым текстом, а потому Айле имел все основания не доверять ему и его словам – как не доверял он сотрудникам компетентных органов, когда был простым и совсем ещё юным сержантом советской милиции в должности участкового Первомайского района Белогорода. Таким образом, вопрос о том, зачем на самом деле генерал Керро пригласил его на эту встречу, оставался открытым, что совсем не прибавляло Марку уверенности.

9
{"b":"639","o":1}