ЛитМир - Электронная Библиотека

«Кан, глянь, пожалуйста, что это за хрень, с которой я встречусь через примерно полторы минуты?»

«Кан-Гиор, приближаюсь к пирамиде. Готов передавать данные. Ты готов к потоковому приёму?»

«Кан-Гиор, ещё три человека и Силла готовы присоединиться к полю. Ты готов их принять?»

Одновременно. Амрис по личному каналу, пилот Крел-лах и координатор штаба Сий, – в общем поле.

По порядку срочности и важности.

«Штаб, да, я готов их принять. Пусть пьют молоко и подключаются. Крел-лах, да, конечно, готов. Кстати, Амрис говорит, что он через полторы минуты встретится с какой-то хренью. У кого-нибудь есть предположения, что это может быть?»

«Кан-Гиор, штаб. Силла говорит, что слышит приближение роя ксессвижей. Может быть, это они?»

«Роя – кого?»

«Держи образ Силлы вместе с пояснительным архивом, так быстрее будет».

«Спасибо».

«Амрис, это рой местных насекомых, похожи на тонких ос с телом длиной в полпальца и крыльями длиной в палец. Они почти не ядовиты».

«Мне нравится это твоё “почти”. Поясни?»

«Крел-лах, штаб. Ничего не понятно по северной грани пирамиды. Ты можешь подлететь ближе?»

«Штаб, с северной стороны ни одна из силовых линий не подходит к грани. Одна линия обрывается на подходе к северо-восточному углу, другая – на подходе к северо-западному. Есть линия, которая идёт параллельно грани пирамиды, но она подальше, и пирамиду совсем плохо видно за растительностью…»

«Тогда передай, пожалуйста, вид пирамиды с крайних точек силовых линий, подходящих к углам. Если с одного угла виден другой, мы сможем склеить общую картину».

«Штаб, понял».

«Кан?»

«Да, извини, я отвлекаюсь на штаб. Тут поступают первые данные с воздуха. Тебе отправить?»

«Ммммм. Повесь лучше до востребования».

«Повесил на границе твоего сознания по нашему каналу. Ты точно не хочешь в общее поле?»

«Нет, мне хорошо на отдельном канале. Мне нужно много внимания здесь. Что там с “почти не ядовиты”? Минута до встречи, я хочу знать. Предчувствую, что они меня будут хлестать по щекам».

«Ну, надо думать: их – рой в двадцать квадратных метров, а у тебя прикрыто всё тело, кроме щёк. Всё ты правильно предчувствуешь: если ты дашь им просто пролететь и, главное, не выпустишь в их сторону импульс возмущения, ненависти или чего-то подобного, то они просто пролетят. Если намерением ополчишься на них, они начнут тебя жалить, и ты труп. Просто стой смирно».

«Понял, спасибо».

Мягкое расширяющееся движение поля. Меня как будто стало больше. А, подключились те, кто пил молоко. Чувствую Силлу. Хоть она и не поддерживает поле, а присутствует гостем, поле тут же стало прочнее и плотнее. Приятно.

«Штаб, что скажете? Двигаться дальше?»

«Крел-лах, штаб. Подожди, сейчас посмотрим».

«Крел-лах, Силла. Да, пойдёт. Склею в одну картинку. Ничего особенного на этой стороне всё равно нет. Двигайся на запад и затем на юг, где вход».

«Понял».

«Кан-Гиор, Силла. Насколько я слышу, рой прошёл. Амрис в порядке?»

«Узнаю».

«Амрис, как ты там жив?»

«Исхлёстанно, но определённо жив. Пока они пролетали, вспоминал твои пощёчины из нашего незабываемого разнополого воплощения, после которого мы решили на некоторое время разойтись и, что называется, пожить отдельно».

«Нашёл, что вспомнить».

«Ночью в джунглях, в одиночестве, вдали от цивилизации, при встрече с роем… как ты там выразился? – а, “почти не ядовитых” ос, знаешь ли, жизнь проносится перед глазами. Особенно такие яркие эпизоды. И особенно когда я вспоминаю, что ты лежишь в штабе в женском обнажённом теле…»

«Амрис, у нас из естественно совместимых органов…»

«Кан-Гиор, это самое близкое, как я могу подлететь к входу. Если эта информация чем-то поможет Амрису, то передай ему, пожалуйста. Он далеко от барьеров?»

«Амрис неспешно гуляет по лесу и предаётся то воспоминаниям, то эротическим фантазиям. Но он довольно близко. Передам».

«Крел-лах тебе картинки передаёт. Повешу там же до востребования».

«Спасибо. Я, кстати, думал, что ты скажешь: “Амрис, мы на работе”! То есть, ты тоже рассмотрел возможность…»

«Мы и есть на работе. Но моя работа заключается в том, чтобы лежать в штабе в обнажённом женском теле и обеспечивать для всей компании телепатическое поле, а твоя – проникнуть за защитные барьеры пирамиды и понять, в чём там дело, если ты за мыслями о моём обнажённом женском теле об этом ещё не забыл».

«Я не забыл. Я здесь. Советы или пожелания по прохождению первого барьера?»

«Хм. Я бы пожелал тебе быть благоразумным, но я помню, с кем говорю. Поэтому поступай, как знаешь».

«Ты, главное, помни, что я – сапёр. Когда я на работе, у меня с благоразумием обычно всё хорошо».

«”Обычно”».

«Крел-лах, штаб. Всё-таки, чтобы картина была полной, подлети, пожалуйста, с другой стороны от входа».

«Ох. Штаб, я уже не могу. Силовые линии вдруг стали нестабильны относительно того, что было буквально только что… Не хочу рисковать, поэтому я бы, скорее, возвращался…»

«Крел-лах, Силла. Я слышу, что Амрис добрался до барьеров. От этого плывёт силовое поле. Больше всего искажений около входа, поэтому просто отлети по силовым линиям как можно дальше, и дальше сможешь спокойно возвращаться».

«Понял, Силла».

Так, с воздушной разведкой покончено. Крел-лах – опытный пилот, он выберется оттуда. Слышу, как поле сжимается: Силла вышла, ей ещё обрабатывать визуальные данные, трое техников, молча наблюдавших за полётом Крел-лаха, тоже вышли. Остались Сий и Крел-лах, обменивающиеся впечатлениями на пути пилота в штаб. Часть поля Сий уплотнил, создав что-то вроде личного канала между ним и Крел-лахом. Они обмениваются образами быстро, и я почти не улавливаю, о чём идёт речь.

И остался Амрис, конечно.

«Как дела с барьерами?» – перевожу внимание на него.

«Нескучно», – задумчиво отзывается он. – «Два прошёл».

«Что там было?»

«Убийство и членовредительство».

«???»

«Первый барьер – нужно было прямо в нём совершить убийство».

«И ты совершил убийство?»

«Вроде того. У меня в одежде застряла оса. Она завозилась, я дёрнулся и её прихлопнул. Зачли».

«Я думаю, что она не случайно застряла в твоей одежде, Амрис. Тут вся планета участвует в нашей миссии».

«Может быть».

«А членовредительство?»

«Нужно было лишиться какой-то части своего тела».

«И?» – после небольшой паузы спрашиваю я.

«Я выдрал волос».

«А».

Молчим. Соображаю. Не могу сообразить.

«И что, зачли?» – спрашиваю наконец. Амрис довольно смеётся. Обычно я ему всё объясняю, а тут редкий случай, когда объяснения нужны мне.

«Зачли. Я так понял, что защитная система была настроена исключительно на парифов. Для них убийство невыносимо, и у них нет волос и других частей тела, которыми можно легко и безболезненно пожертвовать. Вспомни свои волосы: это не просто вырвать волос – это ампутация части мозга. Хорошая защита. Только безжалостный к другим и себе – или себе и другим – париф смог бы её пройти. А таких не бывает…»

«А местные люди? Получается, защита стоит только на парифов?»

«Как сам думаешь? Аррр, ну и бурелом тут. Не любил бы я лазить вскрывать такие конструкции – ни за что бы не полез. Как бы мне туда половчее перебраться…»

Перебираю картинки, которые передавал Крел-лах. Бурелом с той стороны, где Амрис… Вот это, что ли?

«Глянь картинку, может, поможет».

«Не очень вдохновляет, если честно. Я думал, его тут меньше. Правда, потом ровно, до самой пирамиды. Ладно, чуть правее, что ли, взять…»

«Про людей. Я сообразил. Местные люди – техники и визуалы, они практически не живут на тонком плане. Они видят пирамиду и экологические проблемы вокруг неё, но они не могут взаимодействовать со слоем, на котором находятся причины имеющихся проблем. Даже если люди разрушат пирамиду, корень проблемы не уйдёт. Его может на тонком плане увидеть, вскрыть и исцелить только париф».

1
{"b":"639662","o":1}