ЛитМир - Электронная Библиотека

Чем старше я становлюсь, тем больше начинаю верить в то, что мы не одни во Вселенной. И если это так, то нам стоит опасаться за свое будущее. Скорее всего, инопланетяне превосходят нас в развитии. И это будет нечто сродни встрече Христофора Колумба с индейцами. Вы же помните, что это не очень хорошо закончилось для тех, кто принимал гостей

Стивен Хокинг

Космический пришелец

1

Обитатели городка Варум планеты Антея готовились ко сну, когда вечернюю гладь неба насквозь пронзила яркая комета, вспыхнувшая на несколько минут серебром и затем рассыпавшаяся фейерверком на сотни мелких светящихся огней. Немногие жители заметили это и из своих окон любовались захватывающим зрелищем, не догадываясь о том, что несет им этот космический пришелец и какую смертельную опасность он в себе таит. Самые крупные части кометы, уцелевшие от горения в атмосфере, на высокой скорости вонзились в тело Антеи, а вместе с ними сюда явился и вирус-убийца радиум.

Первой его жертвой стало четвероногое мохнатое существо Тру, полусобака-полукошка, каждое утро с удивительной настойчивостью обследующее обширные окрестности Варума. Обладая завидным любопытством, Тру, конечно, не мог пройти мимо ярко зеленого камня размером с него самого, неожиданно появившегося на его пути. Тру покрутился вокруг него, обнюхал, потом лизнул его чуть теплую бугристую поверхность и на какое-то время замер, прислушиваясь к своим ощущениям и разглядывая необычный предмет. Незнакомец показался ему совершенно не съедобным и даже немного горьковатым на вкус. Тру замотал головой и закашлял, стараясь избавиться от противного привкуса на языке, затем побежал прочь, потеряв к камню всякий интерес. Порезвившись еще немного на солнышке, он заспешил к себе домой своим обычным маршрутом.

Оказавшись в своем дворе, он заливисто залаял, призывая своих маленьких друзей, хозяйских ребятишек, выйти на улицу и поиграть с ним. На его лай никто не отозвался, тогда Тру забрался в свою конуру и, немного уставший после утренней прогулки, задремал, положив лохматую морду на лапы.

Проснувшись через какое-то время от шума во дворе, он попытался встать и выбраться из своего домика, но тело не слушалось его. Ноги стали словно чужими, желудок сводило, как будто от голода, но есть не хотелось, к горлу подкатывала тошнота. Тру заскулил, да так и остался в своей конуре. Он слышал, как хозяева громко звали его по имени, но от взявшегося откуда-то бессилия не откликался на их зов. Прошел день, и Тру почувствовал, как что-то изменилось в его душе, и этим что-то была растущая в нем беспричинная злоба. Он еще не понимал, что из мягкого и ласкового Тру становится совсем другим, агрессивным и крайне опасным.

И снова хозяйские дети Мона и Айрон, подростки немногим старше десяти лет, круглощекие девочка и мальчик с голубыми глазами, подошли к конуре и стали звать его, на что он тут же угрожающе зарычал.

– Что это? – испугалась девочка, отшатнувшись от домика своего любимца.

– Трусиха! – засмеялся на нее брат и смело сунул руку к Тру, пытаясь вытащить его наружу, но тут же выдернул ее обратно, она была вся в крови.

Мальчик истошно завопил, за ним закричала и Мона, прижав свои ладошки к пухлым щекам и зажмурив от страха глаза. На крики детей во двор выбежали их родители Солли и Эд.

– Что с тобой? – в ужасе закричала женщина, заметив рваную рану на руке сына, из которой кровь тонкой струйкой стекала на землю.

Она схватила Айрона за руку и перетянула ее полотенцем, оказавшимся у нее в этот момент с собой. Пока Солли ловко проделывала это, Мона, белее полотна от страха, наблюдала со стороны за действиями матери.

– Чем вы тут занимаетесь? – накинулся на детей Эд, когда жена закончила бинтовать руку сына.

– Тру… Это все он! Он схватил Айрона за руку! – зарыдала Мона, вытянув руку вперед и пальцем показывая на конуру.

На лице Эда отразилось недоумение, он не верил словам дочери.

– Этого не может быть, – уверенно возразил он, переводя взгляд с Моны на Айрона. – Вы, наверное, дразнили его? – спросил он.

– Я просто хотел погладить его, – захныкал сын. – А он…, – Айрон не договорил, дальше слышались только его жалобные всхлипывания.

Солли и Эд в растерянности переглянулись, за всю свою не слишком-то долгую жизнь Тру всегда был нежен и ласков со своими хозяевами.

– Позаботься о нем, – кинула мужу Солли и, взяв детей за руки, увела их в дом, оставив Эда одного во дворе.

Солли пришлось потратить много времени, чтобы дочь и сын, наконец, успокоились и перестали плакать.

– Так иногда случается, что животные кусаются,-внушала она им. – Обычно это бывает, когда они очень напуганы. Вы ведь не делали Тру ничего плохого? – Солли строго взглянула на детей.

– Ну что ты, мама! – воскликнула Мона. – Мы не обижали его!

– Что тут у вас? – спросил появившийся из-за двери на кухне, где сидели Солли и дети, старший сын Эш, стройный, такой же голубоглазый, как сестра и брат, юноша, на красивом лице которого отражалось беспокойство.

– Тру совсем взбесился… Кусается…, – пожаловался ему Айрон, выставив вперед забинтованную руку.

– Очень больно? – с сочувствием спросил Эш, брат утвердительно закивал головой.

Эш сел рядом с Айроном и обнял его за плечи. Солли улыбалась, глядя на них со стороны .

– И я с вами! – подскочила к братьям Мона.

Она придвинула к ним свой стул и прижалась к Эшу. Так они сидели весь вечер втроем, обнявшись, и постепенно место страха и боли заняли покой и умиротворение.

В это время оставшийся во дворе Эд в задумчивости стоял перед конурой Тру, не зная, что делать. Из домика домашнего любимца доносилось глухое рычание, не предвещавшее ничего хорошего. Их ласкового и дружелюбного Тру словно подменили. Наконец, оставив животное в покое, Эд вернулся в дом.

– Ну, как он там? – спросила Солли, как только муж появился на пороге.

– Рычит…, – со вздохом ответил Эд,-не понимаю, что с ним происходит.

– Да, это так на него непохоже…, – согласилась Солли. – Что ты намерен делать дальше? Тебе не кажется, что его опасно оставлять здесь с нами…

– Позвоню в клинику для животных, пусть они увезут его к себе, пока он не поправится… Как дети?

– Немного успокоились… Рану я обработала и перевязала, думаю, что она не опасна. Но на всякий случай я вызвала врача, пусть хорошенько посмотрит Айрона. Дети пока там, на кухне…, – Солли снова улыбнулась, представив, как дочь и сыновья сидят втроем, обнявшись. – Слушай, надо позвонить моему отцу и рассказать о том, что у нас здесь произошло. Он всегда так беспокоится за нас и просит сообщать ему первому обо всем.

– Неудивительно,-засмеялся Эд. – Он ведь у тебя полицейский и непременно должен знать обо всем, что происходит в округе!

Отец Солли Пол, по совместительству шеф полиции Варума, жил километрах в пяти от города. Это был крепкий, совершенно лысый мужчина лет пятидесяти с сильным натренированным телом. Пол находился в коридоре своего дома, когда, только что вернувшись с работы, услышал голос зятя, доносившийся из комнаты. Прошедшие сутки дались ему нелегко, звонки в полицию непрерывно следовали друг за другом. Все они были необычны: милые домашние питомцы внезапно становились агрессивными монстрами и беспощадно терзали своих прежде любимых хозяев.

Расследование этих странных случаев требовало от полицейских времени и сил, которых в распоряжении Пола было не слишком-то много. Его люди, вынужденные без сна и отдыха объезжать окрестности города, падали от усталости, как, впрочем, и сам Пол. Некоторым из них не удалось избежать участи укушенных варумцев, их конечности были украшены бинтами.

Он вернулся домой поздним вечером, совершенно разбитый и голодный, надеясь на несколько часов покоя и сытный ужин, но, видимо, зря, звонил Эд. Пол тяжело вздохнул и нехотя пошел в комнату.

1
{"b":"639966","o":1}