A
A
1
2
3
...
13
14
15
...
20

– Что это с тобой? – спросила я и икнула.

– Нравится? – радостно переспросил эльф.

Я поперхнулась, судорожно пытаясь придумать достойный ответ. Обижать Градука как-то не хотелось. Вон он как ловко коней на скаку останавливает.

– Специально для тебя старался, – видимо, сочтя мое молчание за знак согласия, продолжал хвалиться перворожденный. – Ты ж мне вчера что сказала?

– Что? – с трудом выдавила я.

Продолжить эльфу помешали. На маленькую лесную полянку вихрем ворвалась отставшая кавалькада. Первой ко мне подлетела верная Гайяна.

– Госпожа, – кубарем скатываясь со скакуна, подбежала она ко мне. – Это я виновата – не уберегла. Накажите меня!

– Отстань, – хмуро посоветовала я. – Если кто и виноват, то моя доверчивость. В жизнь больше никогда на этих животин не сяду.

Градук кашлянул, напоминая, что его прервали. Я вновь посмотрела на него, с неохотой отводя взгляд от свиты милейшего принца. А когда еще жизнь предоставит шанс увидеть два десятка взрослых мужиков, разряженных в шелковые обновки самых диких расцветок. Детский сад я их вчера, что ли, отправила грабить?

– Любезнейшая Татьяна. – Эльф неожиданно грациозно опустился передо мной на колено. – Вчера вечером вы сказали мне, что никогда в жизни не разделите постель с человеком, который не будет питать к вам серьезнейших намерений. Я думал всю ночь и наконец решил, что вы – единственная женщина, которая может сделать меня счастливым. Поэтому здесь, в торжественной обстановке, я предлагаю вам стать моей женой.

– А-а, – протянула я, не зная что ответить, и тоже почему-то перешла на «вы». – Но, наверное, ваши родители будут против такого неравного брака.

– Мне плевать! – яростно воскликнул наследный принц, грозно сжимая кулаки. – Престол мне все равно не светит, а у отца достаточно сыновей, которые без труда заключат выгодные короне партии. И пусть маются с нелюбимыми всю оставшуюся жизнь! Мне важнее личное счастье.

И Градук с чувством обслюнявил мою руку. Я вежливо отдернула ее и постаралась как можно более незаметно вытереть об тренировочные штаны.

– Глубокоуважаемый жених, – промямлила я, пытаясь протянуть время. – Позвольте сначала узнать – почему вы одеты в столь странные одежды?

– Это ритуальные одеяния, – с готовностью ответил эльф. – Обычай велит нам делать предложение в церемониальных шелках, как это заведено испокон веков. Вот поэтому мне и пришлось вчера так срочно покинуть вас, любимая. Я скакал всю ночь до своего замка, чтобы получить возможность сделать предложение по всем правилам.

Я опять икнула и растерянно посмотрела на мага, мысленно прося совета. Конечно, быть женой наследного принца темных эльфов почетно, но когда еще Градук королем станет. Если вообще станет. Что-то неохота во имя призрачной надежды когда-нибудь на старости лет взойти на престол эльфов отказываться от императорского трона.

– Если ты мне откажешь, – эльф, уловив мои сомнения, моментально сменил тон на угрожающий, – то я не знаю, что сделаю! Пойду и утоплюсь, повешусь, брошусь на меч. Вызову дракона на бой и выйду безоружным. В конце концов, брошусь в чан с кипящей смолой!

– Не надо, – выдавила я из себя, впечатленная количеством изощренных способов смерти, которые знал Градук. – Можно мне сначала немного подумать?

– Конечно, любимая. – Счастливый перворожденный поднялся с колен и протянул мне руку, помогая встать с холодной земли. – Ради тебя я готов ждать вечность! Ну, может, не совсем вечность, но неделю уж точно!

– Сколько? – возмутилась я. – Знаешь что, любезнейший. Я ведь как-никак себе мужа на всю жизнь выбираю, а не просто побаловаться да разбежаться. Мне надо присмотреться, поговорить. Вдруг ты во сне храпишь? И буду я потом по ночам маяться до самой старости и смерти.

– Я не храплю, – обиделся Градук. – Только ради тебя – две недели. И ни дня больше.

– Одну секундочку, принц, – не выдержав, вмешался Леон. – Прошу, позвольте мне переговорить с Татьяной по очень важному поводу.

– Позволяю, – разрешил эльф. – Только не вздумай приставать к моей невесте! А то руки-ноги переломаю.

Маг что-то возмущенно хрюкнул, но промолчал. А потом крепко взял меня за локоть и потащил в сторону. Надежно спрятавшись от чужих ушей и глаз за раскидистым орешником, он повернулся ко мне и дал волю гневу.

– Ты что, совсем сдурела? – прошипел он. – Какой принц, тебя император ждет!

– А что мне делать оставалось? – мирно поинтересовалась я, чувствуя, как внутри все закипает от гнева. – Он же повеситься решил. Знаешь, может, я и страшная, может, и выпить не дура, но человеку просто так погибнуть не дам!

– Он не человек! – чуть ли не в полный голос заорал маг. Затем, спохватившись, продолжил более тихо: – И не стал бы он ничего с собой делать. Если бы каждый эльф от несчастной любви вешался, их бы просто не осталось. Сочинил бы с десяток печальных баллад и успокоился бы.

– Без разницы, – огрызнулась я. – Проверять не хочу. Вдруг Градук неправильный какой-то эльф. Вдруг и в самом деле один на один с драконом драться пойдет.

– Эх, – призадумался маг. – А что делать-то тогда? Он теперь не отвяжется. Может, Гайяну ему впарить как-нибудь?

– Вот что, – окончательно разозлилась я. – Ты моими рабами не раскидывайся. Ими я сама как-нибудь распоряжусь. Придется ехать с Градуком в замок. А там придумаем, что делать. Может, я ему на второй день надоем и он от меня отстанет. А я уж обещаю сделать все возможное, чтобы Градук от меня первым отказался. Устрою ему такую райскую жизнь, что через день взвоет и отпустит на все четыре стороны. Или сомневаешься в моих возможностях?

Маг смерил меня внимательным взглядом, прикидывая что-то в уме, и тяжко махнул рукой.

– Ладно, – прошептал он. – В крайнем случае сбежим через недельку. До дня осеннего солнцестояния все равно до столицы успеем добраться. Пара недель тут ничего не значит. Только давай договоримся. Про императора – ни слова.

– Понятное дело, – хохотнула я. – Вдруг Градук меня сразу в темницу заточит, если узнает, что я другому в жены предназначена. Орка предупреди, чтобы язык не распускал. С Гайяной я сама переговорю.

На этом и договорились. Когда мы вернулись к честной компании, меня пробил холодный пот. Это что же значит – вновь на лошадь забираться? После того, как она меня чуть не угробила? Ну уж нет.

Все мои опасения я не замедлила высказать эльфу, который стоял подле меня, улыбался, словно умалишенный, и периодически пытался припасть к моим ногам.

– Не беспокойся, дорогая, – от радости Градук чуть не запрыгал. – Я повезу тебя перед собой. Тебе больше нечего страшиться.

Несчастный жеребец разумно покосился на нашу сладкую парочку и закатил глаза, будто намереваясь рухнуть без чувств. Конечно, я и одна-то не пушинка, а уж вместе с принцем и подавно. Бедному животному оставалось только посочувствовать. В принципе, так ему и надо. Будет знать в следующий раз, с кем связаться надумал.

Как оказалось, я слишком рано злорадствовала над скакуном. Ибо у наследного принца было свое средство передвижения, которое он намеревался разделить со мной. Представьте себе волка. А теперь увеличьте его раз эдак в десять, до размера быка, присовокупите к этому клыкастую пасть, неаппетитно истекающую слюной, и крайне дружелюбную ухмылку. Неудивительно, что мой жеребец понес. От такого зверя я сама бы вприпрыжку рванула. И, вполне вероятно, обогнала бы любого скакуна.

Все мои робкие намеки на то, что в такую прекрасную погоду было бы неплохо прогуляться, размять косточки, самым решительным образом были пресечены, и меня без спросу водрузили на спину страшного животного. Волчара изумленно обернулся и обнюхал меня, видимо, размышляя – достаточно ли я лакомый кусочек для него.

– Тронешь – в лоб звездану, – показала я ему увесистый кулак.

Тот с редким ехидством оскалился, демонстрируя внушительных размеров пасть.

– Не бойся, Татьяна, – осторожно сел позади меня Градук. – Кокоша смирный. Он просто еще маленький, поэтому и любопытен без меры. Подрастет – станет более спокойным и невозмутимым.

14
{"b":"64","o":1}