ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Ну что ж, я не могу допустить этого, сказал себе Ямата и протянул руку к телефону. Надо поручить дело Канеде, чтобы не предавать его гласности. Пора привыкать к личной власти. Даже Гото может не согласиться со столь решительными мерами.

* * *

На заводе корпорации «Нортроп» самолёт прозвали «армадилло» по имени приземистого неуклюжего млекопитающего, покрытого толстым панцирем. Несмотря на то что его корпус был настолько гладким, что очертаниями походил на парящую морскую птицу, В-2А на самом деле был совсем не таким, как казался на первый взгляд. Синевато-серые композитные материалы, составляющие его наружную обшивку, представляли собой лишь часть технологии «стеле», использованной при строительстве самолёта. Внутренний металлический корпус был угловатым и изломанным вроде глаза насекомого, и отражал лучи радиолокатора таким образом, что они уходили в сторону от приёмной антенны. Гладкая наружная поверхность была предназначена для того, чтобы сделать самолёт более обтекаемым, улучшить его аэродинамические характеристики и увеличить таким образом дальность полёта. Конструкторы добились успеха — их усилия оказались весьма успешными.

В течение ряда лет 509-й полк бомбардировочной авиации ВВС США вёл спокойное и незаметное существование на базе Уайтмен в штате Миссури. Он занимался тренировочными полётами и учениями, стараясь не привлекать к себе внимания. Бомбардировщики, первоначально предназначенные для проникновения через советскую противовоздушную оборону и отслеживания подвижных пусковых установок межконтинентальных баллистических ракет с целью их последующего селективного уничтожения — впрочем, лётчики полка понимали, что на практике до этого вряд ли дойдёт, — обладали тем не менее возможностями для невидимого преодоления почти любой обороны. По крайней мере так считалось до недавнего времени.

— Он большой, мощный, с его помощью обнаружили и сбили наш Б-1, — произнёс офицер, обращаясь к начальнику оперативного отдела авиаполка. — В конце концов мы поняли, в чём дело. Это фазовый излучатель. Он способен гибко переходить с одной частоты на другую, а также действовать в режиме наведения ракет на цель. Экипаж того бомбардировщика, который сумел долететь до Шемьи, — он всё ещё стоял на аэродроме, украшая единственную взлётно-посадочную дорожку острова, и техники ремонтировали его, чтобы самолёт смог вернуться на аляскинскую авиабазу, — сообщил нам, что ракета прилетела с одного направления, а вот импульсы радиолокатора принимались с другого.

— Здорово, — заметил полковник Майк Закариас. Ему все мгновенно стало ясно: японцы сделали ещё один шаг в усовершенствовании технологии, разработанной русскими: тогда как построенные в России истребители наводились на цель наземными радиолокационными станциями, Япония опередила их, создав систему, при которой истребители оставались невидимыми, даже при запуске своих ракет. Это затруднит действия и таких бомбардировщиков, как Б-2, полностью созданных на основе технологии «стеле», предназначенной для того, чтобы ускользать от длинноволновых поисковых радиолокаторов и высокочастотных радаров слежения и наведения на цель, находящихся на борту самолётов. Технология «стелс» являлась всего лишь техническим усовершенствованием и не более — ей было далеко до магии. Воздушный радиолокатор такой мощности, способный мгновенно переходить с одной частоты на другую, может получить достаточно сильный отражённый сигнал от бомбардировщика Б-2, и предполагаемая операция станет не просто опасной, а самоубийственной. Каким бы обтекаемым и манёвренным ни был Б-2, он оставался бомбардировщиком, а не истребителем и представлял собой огромную цель для любого современного перехватчика.

— Это плохая новость, — сказал Закариас. — А как относительно хорошей?

— Мы продолжаем прощупывать японскую противовоздушную оборону, чтобы более чётко выяснить все её достоинства и недостатки.

— Мой отец любил проделывать это с батареями зенитных ракет. Кончилось тем, что ему пришлось провести несколько лет в северовьетнамской тюрьме.

— Ну что ж, могу сказать, что мы занимаемся также и планом Б, — заметил офицер разведывательного управления.

* * *

— Приятно слышать, — сказал Чавез.

— Но ведь ты говорил, что тебе не нравятся шпионские игры, — напомнил Кларк, закрывая крышку лэптопа, после того как стёр с дискеты полученные ими указания о предстоящей операции. — Мне казалось, что тебе не терпится вернуться к прежнему делу.

— Я всегда утверждал, что язык когда-нибудь подведёт меня, — пробормотал Динг и беспокойно заёрзал на садовой скамейке.

— Извините, — послышался чей-то голос. Сотрудники ЦРУ разом повернулись и увидели стоящего рядом полицейского в мундире и с пистолетной кобурой на поясе.

— Здравствуйте, — улыбнулся Джон. — Какое приятное утро, не правда ли?

— Да, — отозвался полицейский. — Скажите, Токио заметно отличается от Америки?

— В это время года ваша столица ещё больше отличается от Москвы.

— От Москвы?

Кларк сунул руку в карман и достал паспорт.

— Мы русские журналисты, — пояснил он.

Полицейский перелистнул красную книжку и отдал её обратно.

— Но ведь в Москве сейчас гораздо холоднее?

— Куда холоднее, — подтвердил Кларк. Полицейский кивнул и пошёл прочь, удовлетворив своё любопытство.

— Я не уверен в этом, Иван Сергеевич, — заметил Динг, когда полицейский ушёл. — Здесь тоже бывает очень холодно.

— Думаю, ты всегда сможешь подыскать себе другую работу.

— Вот как? Но разве она будет такой интересной? — Они встали и направились к стоящей поблизости машине. Там в отделении для перчаток уже лежала карта.

* * *

Персонал русской базы ВВС в Верино отличался любопытством, а с прибытием американцев это любопытство особенно возросло. Сейчас на русской базе находилось больше сотни американских военнослужащих, размещённых в лучших помещениях местных казарм. Все три вертолёта и два колёсных трейлера закатили в ангар, построенный для истребителей МиГ-25. Транспортные самолёты оказались для этого слишком большими, но их тоже постарались спрятать от любопытных глаз, насколько позволяли размеры, так что наружу торчало только хвостовое оперение, и потому их вполне можно было принять за русские ИЛ-86, иногда прилетавшие сюда. Русский наземный персонал установил охранный периметр вокруг американских самолётов, лишив тем самым русских лётчиков, к их великому разочарованию, всякой возможности поближе познакомиться с американской техникой.

Стоявшие в крайнем восточном ангаре два трейлера соединял толстый чёрный коаксиальный кабель. Ещё один кабель выходил наружу и был подсоединён к портативной спутниковой антенне, укоторой тоже несли охрану.

— О'кей, поворачиваем её, — сказал американский сержант. За действиями американцев наблюдал русский офицер — протокол требовал, чтобы кто-то из состава принимающей стороны постоянно находился здесь; офицер, несомненно, был из разведки — и он увидел, как фигура на экране компьютера, очертаниями похожая на птичью клетку, начала вращаться. Далее изображение поднялось вверх по вертикальной оси. — Все, он понял нас, — заметил сержант, закрывая окно на компьютерном экране и нажимая кнопку «ЗАГРУЗКА» для передачи информации на все три неподвижных вертолёта.

— Что вы только что сделали? Можно спросить? — поинтересовался русский офицер.

— Сэр, мы научили компьютеры, что именно им следует искать. — Ответ оставил русского в полном недоумении, хотя он целиком соответствовал правде.

Понять то, что происходило во втором трейлере, было легче. Высококачественные фотографии нескольких высотных зданий были осмотрены и переведены в цифровую форму, их местонахождение запрограммировано с допусками всего в несколько метров, затем фотографии сравнили с другими, сделанными с большой высоты и под утлом — это означало, что съёмка велась камерами, находившимися на космическом спутнике. Русский офицер наклонился вперёд, чтобы лучше разобраться в изображении. Это обеспокоило старшего американского офицера, который, однако, ничем этого не проявил, — он получил указание не предпринимать никаких действий, которые могли бы оскорбить русских.

222
{"b":"640","o":1}