Содержание  
A
A
1
2
3
...
241
242
243
...
284

Первый час полёта был скучным и однообразным. Две четвёрки истребителей летели на юго-запад с поблёскивающими габаритными огнями, чтобы исключить всякую возможность столкновения. Внутри кабин велась проверка приборов и бортовых систем. Самолёты приближались к воздушным заправщикам.

Экипажи заправщиков, состоявшие из резервистов, в гражданской жизни обычно летающих на авиалайнерах, постарались выбрать для дозаправки районы с наименьшей атмосферной турбулентностью, что вызвало чувство благодарности у пилотов истребителей, хотя всех остальных лётчиков они относили ко второму разряду. Чтобы наполнить топливные баки, потребовалось не более сорока минут. Затем заправщики вернулись к барражированию в отведённом им районе, по-видимому, для того чтобы их экипажи могли возобновить чтение своих «Уолл-стрит джорнэл», подумали пилоты истребителей, снова направляясь на юго-запад.

Теперь ситуация изменилась. Наступило время заняться делом.

Их делом.

Начать операцию выпало, разумеется, Санди Рихтеру, потому что с самого начала это была его идея, возникшая несколько месяцев назад на авиабазе ВВС Неллис. Там у него все получалось, и вот теперь оставалось узнать, получится ли это здесь. При этом он, по-видимому, ставил на карту собственную жизнь.

Рихтер занимался этим делом с семнадцати лет — тогда он солгал о своём возрасте и был принят в ВВС потому, что оказался высоким и крепким. Затем были внесены исправления в его официальные данные, но для него все равно шёл двадцать девятый год службы, и скоро он должен был перейти на более спокойную работу. Все это время Рихтер летал на «змеях», и только «змеях», Если на вертолёте не стояло вооружение, аппарат не интересовал его. Он начал свою карьеру на АН-1 «хьюи-кобра», затем перешёл на АН-64 «апачи» и летал на нём во время своей второй, более короткой войны в небесах Арабского полуострова. И вот теперь, разместившись в кресле последней «птички», на которой ему предстояло летать, он включил двигатели «команча», и наступил, судя по личному журналу пилота, его 6751-й лётный час.

Два турбовинтовых двигателя заработали как обычно, с нормальным здоровым рёвом, и винты начали вращаться. Наспех сформированная из рейнджеров наземная команда стояла наготове с единственным огнетушителем, который имелся в их распоряжении, способным, недовольно подумал Рихтер, разве что погасить сигарету. Он увеличил мощность и оторвался от земли. Разреженный горный воздух отрицательно сказывался на лётных качествах вертолёта, но не так уж заметно, да и к тому же он скоро окажется на уровне моря. Пилот потряс, как обычно, головой, чтобы убедиться, что шлем надёжно закреплён, и направил винтокрылую машину на восток, скользя вдоль склона поросшей лесом горы Шираиши-сан.

* * *

— Вот они, — пробормотал про себя пилот ведущего F-22. Первым признаком стало попискивание в наушниках, и тут же на экране предупреждения об опасности появилась надпись:

РАДИОЛОКАТОР ПВО ВОЗДУШНОГО БАЗИРОВАНИЯ, ТИП J, ПЕЛЕНГ 213. Затем поступила информация с Е-ЗВ, находившегося в воздухе достаточно долго, чтобы успеть рассчитать координаты японского Е-767. На этот раз американский АВАКС не включал свой радиолокатор. В конце концов, прошлой ночью японцы преподали американцам урок, и требовалось время, чтобы его освоить… РАССТОЯНИЕ ДО ПЕРВОЙ ЦЕЛИ 456 МИЛЬ — высветилось на дисплее. Поскольку истребители все ещё находились далеко за горизонтом — слишком далеко, чтобы их обнаружили японские самолёты, — командир подал первую команду открытым текстом:

— Ведущая «молния» — остальным. Роспуск по группам!

Мгновенно две группы по четыре самолёта в каждой разделились на пары, на расстоянии две тысячи ярдов одна от другой. В обоих случаях во главе летели F-22, а следующие за ними F-15E уткнулись едва ли не в выхлопные дюзы ведущих. Это создавало опасную ситуацию, зато на экранах радиолокаторов два самолёта превращались в один световой всплеск. Полковник, руководивший операцией, старался лететь прямо и ровно, насколько это позволяли его профессиональные навыки. Он улыбнулся, вспомнив про замечание майора. Ей нравится видеть такой привлекательный зад, да? Она была первой женщиной, летавшей на «тандербердах». Сейчас он не мог увидеть её лицо, даже если бы и захотел. Мигалки были выключены, и полковник надеялся, что очки ночного видения на её шлеме действуют нормально. Расположенный южнее всех Е-767 находился теперь в четырех сотнях миль. Истребители для экономии топлива летели на крейсерской скорости пятьсот узлов и на высоте тридцати пяти тысяч футов.

* * *

Режим рабочего дня, типичный для японских служащих, помог им войти в здание проще, чем это было бы в Америке. В вестибюле сидел охранник, но он не отрывался от телевизора, и Кларк с Чавезом прошли мимо, делая вид, что знают, куда идут, а проблемы преступности в Токио не существовало. С чуть более учащённым дыханием они вошли в кабину лифта и нажали на кнопку подъёма, облегчённо посмотрев друг на друга, хотя через несколько секунд испытываемое ими облегчение снова сменилось тревожным ожиданием. Динг держал в руке свой кейс. Руки Кларка были свободны. Оба надели лучшие костюмы с белыми рубашками и галстуками, чтобы походить на бизнесменов, пришедших на позднее деловое совещание. Лифт остановился в пяти этажах от верхнего — этот этаж они выбрали потому, что все его окна оказались тёмными. Кларк высунул голову из кабины, понимая, что само по себе это выглядит подозрительно, но коридор пустовал.

Они вышли из лифта, обогнули центральную несущую ось здания, нашли пожарную лестницу и начали подниматься по ней. Кларк огляделся по сторонам в поисках телекамер службы безопасности, но, к счастью, на этом этаже их не было. Он посмотрел вверх и вниз. Никого. Они продолжили подъем, озираясь по сторонам и прислушиваясь перед каждым шагом.

* * *

— Наши друзья вернулись, — сообщил один из военных авиадиспетчеров по системе внутренней связи. — Пеленг ноль-три-три, расстояние четыре-два-ноль километров. Один — нет, два контакта, летят рядом друг с другом, это военные самолёты, скорость пятьсот узлов, — поспешно закончил он свой доклад.

— Очень хорошо, — спокойно отозвался старший диспетчер, выбирая сектор на своём экране и рдновременно переключая каналы связи. — Радиолокационная активность на северо-востоке?

— Никакой, — тут же ответил офицер службы электронного противодействия. — Разумеется, они могут следить за нами.

— Вакаремас.

После этого старший авиадиспетчер предупредил пилотов двух истребителей, барражирующих к востоку от самолётов «ками». Оба F-15J только что заняли свою позицию, и потому их топливные баки были почти полны. Кроме того, он вызвал ещё два истребителя с базы ВВС в Читозе. Им понадобится пятнадцать минут, чтобы прибыть в зону, но с этим можно не торопиться, подумал диспетчер. Времени у него достаточно.

— Осветите их и ведите, — приказал он оператору.

* * *

— Ага, вы уже заметили нас, верно? — пробормотал полковник. — Отлично. — Он продолжал лететь прежним курсом и с прежней скоростью, рассчитывая, что японцы убедятся в направлении его полёта. Всё остальное было простой арифметикой. Будем считать, что «иглы» сейчас в двухстах милях и скорость сближения примерно тысяча узлов. До расхождения шесть минут. Он посмотрел на часы и заставил себя оглядеть небо впереди в поисках светящейся точки, более яркой, чем звезда.

* * *

На верхней площадке лестницы, перед пентхаусом Яматы, находилась телевизионная камера. Значит, Ямата остерегается, подумал Кларк. Но даже у параноиков есть враги, решил он, увидев, что камера направлена на следующий лестничный пролёт. Десять ступеней до первой площадки, ещё десять до второй, где находится дверь. Кларк решил не спешить и обдумать ситуацию. Чавез повернул ручку двери справа от себя. Она оказалась незапертой. По-видимому, этого требуют правила противопожарной безопасности, подумал Кларк, кивая в знак того, что понял, и всё-таки достал отмычки из сумки.

242
{"b":"640","o":1}