ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Правительства сменяются, — произнёс Ньютон и несколько минут объяснял, что стоит за его словами.

— Из-за такой тривиальной причины?

— Подобного стоит ждать и в вашей стране. Если ты думаешь иначе, то просто обманываешь себя. — Ньютон не понимал, как можно недооценивать столь очевидную истину. Разве люди, которые занимаются маркетингом, не информируют руководство компаний о том, сколько автомобилей в Америке покупают женщины, не говоря уж о спросе на дамские электробритвы. Чёрт возьми, да ведь один из филиалов корпорации самого Мураками занимается их производством! Таким образом, проблемы маркетинга в Америке в значительной мере направлены на привлечение покупательниц, в то же время, по мнению японцев, аналогичная ситуация никогда не возникнет у них в стране. Это, подумал Ньютон, для японцев своего рода мёртвая зона.

— Неужели это действительно может подорвать позиции Дарлинга? — спросил Мураками. Ведь благодаря принятию закона о реформе торговли президент приобретал значительный политический капитал.

— Да, безусловно, если разумно приняться за дело. Сейчас он препятствует расследованию серьёзного уголовного преступления, не так ли?

— Нет, судя по твоим словам, он всего лишь попросил отложить… — Это верно, но он сделал это из политических соображений, Биничи. — Ньютон редко обращался к своему клиенту по имени. Японец не любил такой фамильярности. Высокомерный сукин сын, подумал Ньютон. Впрочем, разве он не щедро платит за оказанные ему услуги? — Понимаешь, Биничи, у нас не принято мешать уголовному расследованию, особенно по политическим причинам. И тем более в случаях, когда речь идёт об оскорблении женщины. Таково уж своеобразие американской политической системы, — терпеливо объяснил он.

— Но разве мы можем вмешиваться во внутреннюю жизнь вашей страны? — Вопрос был скороспелым и объяснялся тем, что японцу ещё никогда не приходилось задумываться о действиях на таком уровне.

— А за что вы тогда платите мне?

Мураками откинулся на спинку кресла и закурил сигарету. Только ему разрешалось курить здесь.

— Как ты собираешься взяться за это?

— Дай мне несколько дней на то, чтобы разработать план, ладно? А тем временем следующим же рейсом отправляйся домой. Здесь ты приносишь нашему делу один вред, понимаешь? — Ньютон сделал паузу. — Ты должен также понять, что это самый сложный проект, который мне когда-либо приходилось осуществлять для вас. И самый опасный, — добавил лоббист.

Продажный шакал! — пронеслась яростная мысль в голове японца, но он скрыл её за бесстрастным выражением лица, спокойного и равнодушного. Ну и что? По крайней мере этот американец умеет добиваться успеха.

— Один из моих коллег находится в Нью-Йорке. Я повидаюсь с ним и вылечу домой оттуда.

— Отлично. Только постарайся не слишком показываться на людях, ладно?

Мураками встал и вышел в приёмную, где его ожидали помощник и телохранитель. Он выглядел впечатляюще: высокий для японца — пять футов десять дюймов, — с иссиня чёрными волосами и по-юношески гладким лицом, несмотря на свои пятьдесят семь лет. За его плечами было много успешных деловых операций в Америке, однако это никак не проливало света на создавшуюся ситуацию. Последние десять лет ему ни разу не приходилось закупать американских товаров меньше чем на сотню миллионов долларов в год, и он неоднократно выступал с заявлениями, отстаивая более свободный допуск Америки на японский рынок продовольствия. Сын и внук фермеров, он приходил в ужас при мысли о том, что многие из его соотечественников готовы заниматься подобной работой. В конечном счёте труд фермера поразительно неэффективен, а американцы, несмотря на присущую им лень, настоящие волшебники по части выращивания сельскохозяйственной продукции. Жаль, что они не умеют разбивать сады, подумал он. Сады были подлинной страстью Мураками.

Служебное здание находилось на Шестнадцатой улице, всего в нескольких кварталах от Белого дома, и, выйдя на тротуар, японец посмотрел на внушительное строение, в котором живут американские президенты. Действительно, производит впечатление. Это не императорский замок в Осаке, но от него веет мощью.

— Японский ублюдок!

Мураками повернулся, увидел побелевшее от ярости лицо мужчины, судя по внешнему виду рабочего, и был настолько потрясён, что даже не почувствовал оскорбления. Телохранитель мгновенно оттеснил американца.

— Ты ещё получишь своё, желтомордая сволочь! — выкрикнул мужчина и пошёл прочь по тротуару.

— Подождите! — окликнул его Мураками, все ещё слишком удивлённый, чтобы обидеться. — Что плохого я вам сделал?

Если бы он знал Америку лучше, то догадался бы, что это один из тысяч бездомных Вашингтона и, как большинство из них, погряз во множестве самых разных проблем. В данном случае американец был алкоголиком, потерявшим семью и работу из-за неспособности отказаться от спиртного, и его контакты с действительностью ограничивались общением с такими же людьми, как и он сам. Испытываемая им ненависть к жизни искусственно усиливалась алкоголем. В руке он держал пластмассовый стаканчик с дешёвым пивом и, неожиданно вспомнив, что когда-то работал на сборочном конвейере завода «Крайслер» в Ньюарке, штат Делавэр, решил, что вместе с пивом отделается от терзающих его мыслей об увольнении с работы, где бы она ни находилась. И, забыв, что сам навлёк на себя все несчастья, он повернулся и плеснул пивом в лица трех стоявших перед ним людей, а затем пошёл дальше, испытывая такое удовольствие, что даже не жалел, что выпивки не осталось.

Телохранитель рванулся, словно собираясь преследовать его. В Японии он просто повалил бы наглого бакаяро на землю. Тут же вызвали бы полицейского и этого кретина арестовали бы, но сейчас телохранитель понимал, что находится на чужой территории, он остановился и быстро огляделся по сторонам, чтобы убедиться, что этот выпад не был манёвром, предназначенным для того, чтобы отвлечь его внимание от более серьёзного нападения. Он увидел, что Мураками замер, выпрямившись во весь рост, и выражение растерянности на его лице сменилось яростью. Дорогой английский пиджак был залит дешёвым безвкусным американским пивом. Не говоря ни слова, Мураками сел в машину. Телохранитель, испытывая такое же унижение, опустился на переднее сиденье, и автомобиль направился в Национальный аэропорт Вашингтона.

Человек, который добился всего в жизни благодаря упорному труду, который помнил жизнь на ферме, где его отец выращивал овощи на огороде размером с почтовую марку, который все силы отдавал учёбе, стремясь получить стипендию в Токийском университете, и начал свою трудовую жизнь с самого низа, чтобы достичь сегодняшних вершин, Мураками часто испытывал сомнения относительно американцев, критически относился к некоторым сторонам их жизни, но в то же время считал себя справедливым и беспристрастным судьёй, когда речь заходила о проблемах торговли. Но, как нередко случается в жизни, пустяк смог изменить его точку зрения.

Они варвары, заключил он, поднимаясь на борт самолёта, который чартерным рейсом доставит его в Нью-Йорк.

* * *

— Премьер-министр потерпит поражение и будет смещён, — сообщил Райан в беседе с президентом, которая проходила примерно в то же самое время, когда в нескольких кварталах от Белого дома произошёл описанный выше случай.

— Как надёжны эти сведения?

— Вполне надёжны, — заверил его Джек. — У нас там действует пара оперативников. Правда, они занимаются другой проблемой, но получили эту информацию от нескольких агентов.

— Госдепартамент об этом ничего не знает, — несколько наивно возразил Дарлинг.

— Господин президент, — Райан поправил папку на коленях, — вы ведь знаете, что за этим событием последуют самые серьёзные последствия. Кога возглавляет коалицию, состоящую из шести различных фракций, и не потребуется больших усилий, чтобы расколоть её. — И нанести удар по нам тоже, мысленно добавил Джек.

— Ну хорошо. И что дальше? — спросил Дарлинг, он только что ознакомился с данными последних социологических опросов о собственном рейтинге.

71
{"b":"640","o":1}