ЛитМир - Электронная Библиотека

Самми тяжко вздохнула, потом осторожно закрыла дневник. Неужели всего три месяца тому назад она была действительно так наивна? Конечно, в те времена вряд ли какой-либо джентльмен интересовался ею. Теперь же она поняла, какими глупыми и неосуществимыми были ее фантазии.

Если судить по опыту, приобретенному ею за последнее время, такого мужчины, которого она сотворила на страницах своего дневника, попросту не существует. Хотя все они и держались вежливо, по крайней мере, в ее присутствии, ни один из тех, кто оказывал ей внимание, ее не привлекал. Стоило ей заговорить о серьезных вещах, как глаза у них стекленели. Они, казалось, смотрели сквозь нее, когда приносили ей пунш и вели с ней беседу, оживляясь, лишь когда разговор заходил о Похитителе Невест, и тогда смотрели на нее, будто на редкий экземпляр под микроскопом.

Сама она ни для кого из них не представляла интереса. Никто не разделял ее склонности к приключениям, жажды знаний. Она и прежде понимала это, но в самых дальних тайниках души лелеяла надежду.

Только с этими веленевыми страницами она делилась своими тайными желаниями. Глупые, несуразные мечты, которым не суждено осуществиться, но она не могла изгнать их из головы. И из сердца. Она записывала их и перечитывала в долгие одинокие ночи, когда сон бежал от нее.

Ее сестры и мать были бы потрясены, узнай они об этом. Нестерпимо было бы видеть их красивые лица, полные жалости, ненужной ей жалости, хоть и проистекала она из самых добрых побуждений. Они знали, что мечты «бедной Самми» несбыточны. Что она никогда не найдет своего принца.

Она росла среди трех красавиц сестер и знала, что мужчина больше всего ценит в женщине красоту. И если Бог не дал женщине хорошенькой мордашки, она должна обладать хоть какими-то талантами — умением вести беседу, петь и танцевать, разбираться в моде.

Не существует на свете мужчины, который не заметил бы ее недостатков. Он существует только в ее мечтах, он — плод ее воображения.

И вот в ее мечты ворвался образ Похитителя Невест. Теперь он будет вдохновлять ее. Впервые в жизни она жадно прочитывала светские страницы «Таймс» в поисках сообщений о нем. Узнала, что несколько человек организовали на него охоту. За его поимку предлагалось целое состояние, опасность, грозящая Похитителю, возросла в несколько раз. Удалось ли ему спасти кого-нибудь еще? В безопасности ли он? Она молилась об этом каждую ночь перед сном.

Она тщательно обдумывала ответы на вопросы, которые задавали ей все, начиная от судьи и кончая соседями, умолчав о том, что могло бы ему повредить. Да и вряд ли она смогла бы рассказать обо всех удивительных подробностях того короткого, но замечательного времени, что они провели вместе.

В Похитителе Невест воплотились многие черты созданного ее воображением героя. Она никогда не забудет о проведенных с ним часах, о том, как весело и страшно было мчаться по темному лесу. Совсем как в сказке. И сам он сказочный герой.

Интересно, какой он? Ведь она не видела его без маски. Где живет? Быть может, в крепости? Ей стало смешно. Какие глупые мысли порой приходят в голову! Конечно, она никогда этого не узнает. Единственное, в чем она убеждена, что он достоин восхищения. Конечно, он не разбойник, как полагают многие. В том числе и лорд Уэсли.

Она сдвинула брови. Опять мысли ее вернулись к этому несимпатичному ей человеку. Почему она то и дело вспоминает о нем?

Может быть, потому, что он говорил с ней не о моде и не о погоде? Потому, что смешил ее? Ей было с ним приятно и интересно. До того, как разговор зашел о Похитителе Невест, когда оказалось, что он ничем не отличается от всех остальных ее обожателей.

Ну да ладно. Вряд ли она снова встретится с ним. Ведь они не виделись несколько лет. И хотя ее родители занимают видное положение в Танбридж-Уэллз, граф вращается в совершенно другом обществе. От матери она знала, что граф проводит большую часть времени в Лондоне. Можно не сомневаться, ведет распутный образ жизни, как почти все аристократы.

Глаза лорда Уэсли светились добротой, и это привлекало ее. С ним было легко.

Она вздохнула. Любой женщине он показался бы привлекательным, но красивое лицо еще ни о чем не говорит. Если мужчина при этом надменен и самоуверен, как мог он назвать безумием ее желание помочь благородному человеку?

Конечно же, он ей несимпатичен. А вспоминает она об этом джентльмене только потому, что ему удалось ее рассердить. Вот и все.

Она перевязала дневник атласной ленточкой и сунула в потайной ящик секретера.

Поднявшись, подошла к окну. Солнце клонилось к западу, бросая яркие лучи на цветастое покрывало у нее на кровати.

Раздвинув темно-зеленые бархатные занавеси, девушка открыла окно и посмотрела вниз. Воздух был напоен ароматом алых роз. Ни у кого в деревне не было роз лучше, чем у Корделии Бриггем, и Самми любила гулять по мамочкиному саду, наслаждаясь пьянящим ароматом.

Шаги на террасе привлекли ее внимание. Посмотрев вниз, она увидела Хьюберта. Он шел, чуть ли не падая под тяжестью огромной коробки.

— Что там у тебя, Хьюберт? — окликнула его Самми.

Хьюберт остановился, поднял голову и расплылся в улыбке. Завиток каштановых волос лежал у него на лбу, придавая ему ребяческий вид. Ему уже исполнилось шестнадцать.

— Добрый вечер! — сказал он. — Наконец-то прибыл новый телескоп! Я иду в палату. Пойдешь со мной?

— Конечно. Я сейчас. — Она махнула рукой, а потом смотрела, как Хьюберт направился к старому сараю, где несколько лет назад устроил лабораторию.

Самми вышла из своей комнаты и пошла к лестнице, взволнованная перспективой увидеть новый телескоп. Когда она подходила к площадке, до нее донесся голос матери:

— Как мило, что вы пришли, милорд. И какие прекрасные цветы! Честер, проводите, пожалуйста, его милость в гостиную. Я велю позаботиться о цветах и скажу Саманте, что у нее гость.

— Слушаю, миссис Бриггем! — ответил Честер своим глубоким, как и положено дворецкому, голосом.

Какая досада! Без сомнения, «милорд», направляющийся в гостиную, невыносимый виконт Карсдейл, приехал поговорить о погоде. Самми прислонилась к стене, борясь с желанием убежать обратно в свою комнату и спрятаться в гардеробе. Она бы так и сделала, если бы у нее была хоть какая-то возможность избежать матери и ее гостя, но материнские юбки уже шуршали на ступенях, уже были слышны ее шаги, а это значило, что Самми попала в ловушку. Вздохнув и собравшись с духом, она встретилась с матерью наверху лестницы. В руках у Корделии был огромный букет летних цветов, а на лице — сияющая улыбка.

— Саманта! — проговорила она взволнованным полушепотом. — К тебе гость, милочка. И ты ни за что не угадаешь, кто это!

— Виконт Карсдейл?

Мать широко раскрыла глаза.

— Господи, неужели он тоже собирался зайти к нам? Ты обязана сообщать мне о таких вещах, милочка.

— Что значит «тоже»? Кого еще Честер провел в гостиную?

Миссис Бриггем подалась вперед, лицо у нее горело от восторга:

— Лорда Уэсли.

Это имя она проговорила с благоговением, словно речь шла о святом или монархе.

К великому раздражению Самми, по спине у нее пробежала дрожь, подозрительно напоминающая приятное предчувствие. Что ему понадобилось? Продолжить разговор о Похитителе Невест? Если так, визит его будет коротким, потому что у нее нет ни малейшего желания отвечать на расспросы или выслушивать недобрые слова в адрес этого замечательного человека. А может быть, у него другая причина? Но какая? И с какой стати он привез ей цветы?

Мать сунула букет прямо в нос Самми и сказала:

— Вот что он тебе привез. Великолепные цветы, не так ли? Ах! Цветы от графа… Как мне не терпится рассказать об этом Лидии! — Она быстро окинула взглядом скромное серое платье Саманты. — Милочка, хорошо бы тебе надеть одно из своих новых платьев, впрочем, и это сойдет. Не стоит заставлять его милость ждать.

Схватив Самми за руку, Корделия буквально стащила ее с лестницы и повела по коридору к гостиной, шепотом наставляя дочь по дороге:

16
{"b":"6401","o":1}