ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Сила других. Окружение определяет нас
Путь к характеру
Instagram. Секрет успеха ZT PRO. От А до Я в продвижении
Твой второй мозг – кишечник. Книга-компас по невидимым связям нашего тела
Финская система обучения: Как устроены лучшие школы в мире
Темное удовольствие
Эмма и Синий джинн
Люди с безграничными возможностями: В борьбе с собой и за себя
Про глазки. Как помочь ребенку видеть мир без очков

По спине у нее пробежал холодок.

– Вы уверены, что с моим отцом ничего не случилось? – спросила она, пристально глядя на него и стараясь не выдавать сильного волнения.

– Конечно! Я знаю вашего отца, и если он говорит, что все в порядке, значит, так оно и есть. Он очень находчив и уже не раз успешно отражал нападения.

Виктория побледнела.

– Если вы пытаетесь так меня успокоить, то лучше не надо.

– Я с вами абсолютно честен. Он знает, как позаботиться о себе. Кроме того, он никогда не станет обманывать.

– А откуда мне знать, что мой отец именно так и написал? Вдруг вы что-то скрыли от меня?

– Да, вы действительно не можете этого знать. Но если вы все еще хотите участвовать, то вам придется доверять мне.

Верить этому шпиону? Человеку, который свою жизнь построил на лжи и хочет в одиночку, без нее, отыскать свою пропажу? Который одним только взглядом лишает ее самообладания и успешно доказал, что остаться с ним наедине значит только одно? Надо быть дурой, чтобы доверять ему. Хотя... в нем все-таки было что-то, позволявшее на него положиться. И наверняка отец считал Натана надежным, иначе не просил бы его оберегать свою дочь. Кроме того, она уже извлекла немало пользы из их личного контакта.

Она вернулась к записке.

– Как вам удалось расшифровать это сообщение?

– Я же говорил вам, что я непревзойденно гениален.

– Сверх всяких ожиданий.

– Благодарю.

– Кто такой Бэйлор?

– Нанятый человек. Он не говорил точно, с чьей стороны пришел, с нашей или французской, но работал на обе, передавая информацию то туда, то сюда. Это один из самых хитрых и недобросовестных людей, каких я когда-либо встречал. В тот момент, когда я уходил со службы, его разыскивали и Англия, и Франция.

– А откуда у него информация о драгоценностях? Он мог быть причастен к их пропаже?

Натан пожал плечами.

– Возможно. Дело в том, что Бэйлор был как крыса – рыскал повсюду, выведывая секреты, а потом продавал их заинтересованной стороне. Думаю, он случайно узнал что-то о сокровищах и пытался в очередной раз продать информацию, а тут ваш отец нашел его.

Виктория взглянула на рисунок.

– Но это вообще не похоже на карту.

– А вы ничего больше припомнить не можете?

– Нет. Я думала, что это просто пучки травы, но в письме говорится, что это скала.

– Да, но какая? В нашем имении их множество.

– С чего начнем?

– Я нарисую карту всей территории, и мы будем искать. А вы ни с кем не обсуждайте это.

Она удивленно посмотрела на него и, готовая возразить, спросила:

– А как же ваш брат и лорд Элвик?

– Ни с кем.

– Но почему? Они же знают о письме. И им известно, что я знаю.

– Ваш отец попросил этого не делать. – Он показал на два слова в конце письма. – «Будь осторожен» – это секретный код. Означает, что проблема ни с кем не обсуждается. К сожалению, обстоятельства сложились так, что вы первая обнаружили письмо, а это вашему отцу, конечно, не понравится. А еще неприятнее ему будет узнать, что не успели вы оказаться в Корнуолле, а за вами уже воровство и шантаж.

– Ничего подобного!

– Неужели? А как тогда назвать ваше поведение? Присвоили себе мое письмо, да еще и требовали выполнения своих условий!

Виктория сразу затихла, но через секунду решительно ответила:

– Да, мне пришлось пойти на это, иначе я бы опять осталась в стороне. Как современная женщина, я решила положить этому конец.

– Очень смелое высказывание. Однако вам лучше не бросаться этими словами по возвращении в Лондон. Вряд ли ваши женихи будут счастливы услышать такое. Боюсь, перспектива иметь в женах, как вы говорите, современную женщину их не очень прельстит.

Не комментируя задевшие ее слова, Виктория спросила:

– А зачем мой отец попросил все держать в тайне, даже от вашего брата и лорда Элвика?

– Откуда мне знать, что у него на уме? Возможно, он подозревает, что кто-то здесь, включая Гордона и Колина, причастен к пропаже драгоценностей.

Виктория воззрилась на него в недоумении:

– Ой, думаете, они участвовали в этом?

– Нет, – последовал довольно быстрый и резкий ответ. – Дело в том, – продолжал он уже мягче, – что мне не следовало обсуждать это дело ни с кем, и я хочу, чтобы вы мне пообещали то же самое.

– А что, если кто-то из них спросит меня?

– Хм, действительно. Значит, старайтесь избегать их общества. Жаль, конечно, они ведь так бегают за вами.

Она не поняла, был ли он настроен серьезно или шутил.

– Избегать? Два красивых, достойных мужчины увлеклись мною, а я должна сторониться их общества? Мне эта идея совсем не нравится! Но даже если бы я и согласилась, то я ведь гость в вашем доме, и лорд Элвик здесь регулярно появляется, так что у меня не получится.

– Значит, меняйте тему, если спросят, – сказал Натан, упрямо глядя на нее, – сошлитесь на головную боль, припадки ипохондрии, в конце концов! Приложите руку ко лбу и слабеющим голосом попросите принести вам лекарство.

До чего же несносный человек! Да, он привлекателен и прекрасно владеет искусством поцелуя, но говорить с ним невозможно, решила Виктория. Прежде чем она успела сообщить ему, что не страдает ни головными болями, ни ипохондрией, в коридоре послышались голоса.

– Я взял с вас слово, – напомнил Натан тихо, но жестко.

– Хорошо, считайте, что мой рот на замке.

Он взглянул на ее губы.

– Боже, какая утрата, – пробормотал он.

Виктория не успела ответить. Натан быстро собрал бумаги со стола – за мгновение до появления тети Делии. Сияющая, она впорхнула в библиотеку в сопровождении отца Натана.

– Я просто поверить не могу, что герцог мог сказать такое...

Оживленная реплика тети оборвалась, как только она увидела Натана и Викторию.

– А, вот и вы! – воскликнула она, направившись к столу. – А у меня для вас чудесные известия!

Это сразу объяснило румянец на щеках, сияние глаз и широкую улыбку. Больше всего на свете тетя Делия любила сообщать интересные новости.

– Мы с лордом Ратледжем как раз возвращались с экскурсии по саду, а навстречу ехал лорд Элвик к себе в имение. Представляете, он всех нас пригласил на ужин сегодня в Элвик-Холл! Правда, мило? Виктория, твое новое голубое платье, надень его, оно так тебе идет! Будешь выглядеть как принцесса! – Она повернулась к Натану. – Вам стоит увидеть это платье, доктор Оливер, оно восхитительно!

Виктория покраснела. Зачем тетя все это говорит?

– Буду считать минуты, – сказал Натан. – Хотя уверен, что леди Виктории идет любой цвет. Как и вам, леди Делия.

Тетя издала звук, походивший на хихиканье молоденькой девушки. Виктория с изумлением посмотрела на нее.

– Благодарю вас, доктор Оливер.

Отец Натана откашлялся.

– Кстати, о наряде... – Приподняв бровь, он взглянул на сына, намекая на отсутствие пиджака и галстука.

Натан встал со стула.

– Что ж, прошу извинить, я должен вас покинуть. Дела ждут.

– И галстук, – вставил отец.

– Да... до вечера. – Он поклонился и направился к двери, зажав бумаги в руке.

До вечера? Виктория смотрела, как он покидал комнату с письмом и картой. На что он потратит свободные часы?

После обеда Натан, сидя в гостиной Гордона, пытался сосредоточиться на шахматной партии, разыгранной между ним и отцом, но в течение этого бесконечного вечера все его мысли были прикованы к одному и тому же. Точнее, к одной и той же – к Виктории.

Пытка началась три часа семнадцать минут назад, как только он, ожидая в фойе всех собравшихся ехать к Гордону, увидел, как она спускалась по лестнице. В бледно-голубом муслиновом платье с короткими пышными рукавами, она шла медленно и изящно по широким ступеням, будто плыла по воздуху, как морская нимфа с картины Боттичелли. На шее – прекрасное ожерелье, блестящие кудри схвачены лентой. Настоящая принцесса.

Они встретились взглядами, и Виктория остановилась на мгновение, держась одной рукой за перила, а вторую вдруг приложила к животу, будто хотела унять неожиданное волнение. Натану показалось, что он тоже почувствовал какой-то всплеск внутри. Он никогда не считал себя сверхчувствительным, но был абсолютно уверен, что именно в тот момент между ними пролетело что-то странное и неуловимое и задело их обоих. Это было нечто теплое и искреннее, наполненное тоской, которую он не мог ни объяснить, ни опровергнуть.

28
{"b":"6403","o":1}