ЛитМир - Электронная Библиотека

Лакей наполнил его стакан вином, и он сделал маленький глоток, еле сдерживаясь, чтобы не выпить все залпом. Взглянув на окружающих, он с облегчением заметил, что впервые за весь ужин на него никто не смотрел. По правую руку от него леди Делия увлеченно вела дискуссию с его отцом, сидевшим во главе стола. Напротив Натана посадили Колина, леди Викторию и Гордона Ремминга, а точнее, уже графа Элвика, получившего свой титул после того, как Натан видел его в последний раз, той кошмарной ночью три года назад. Гордон наклонил свою светлую голову к леди Виктории так, будто она делилась с ним тайной бриллианта мудрости, чего он никак не мог пропустить. Виктория сидела между Колином и Гордоном и была в отличном настроении: активно участвовала в разговоре, улыбалась и шутила. Ну, естественно, ведь и тот и другой одаривали ее комплиментами и вниманием. Черт возьми, как будто они никогда прежде не видели привлекательной женщины! Вообще-то ему, Натану, а не им велели присматривать за ней! Но он еще успеет, ведь ее отец поручил это дело только ему.

Натан посмотрел на Гордона, и тяжелое чувство вины и сожаления, от которого он так старался избавиться, вновь проснулось. Когда они здоровались, Гордон был скрытен, а в их и без того коротких разговорах возникали неловкие паузы. Натан протянул ему руку, и тот после некоторого колебания пожал ее, глядя с некоторым подозрением, но лучшего ожидать и не следовало, Натан понимал это.

– Я видел, какой загон ты воздвиг для животных, Наган, – сказал отец, отвлекая его внимание от веселой троицы, – впечатляет.

– Спасибо, – ответил он, удивившись и обрадовавшись похвале.

– Конечно, тебе не пришлось бы так пачкать руки, если бы пациенты платили как надо.

Обратная сторона комплимента была менее приятной. Он ответил:

– Мне нравится работать руками, это тренирует ловкость пальцев.

– Они не будут ловкими, если ты попадешь по ним молотком или один из твоих зверей укусит тебя!

– Какой загон для животных? – вмешалась леди Делия. – Что за звери?

– С тех пор как я поселился в Литл-Лонгстоуне, у меня образовался небольшой зверинец, – объяснил Натан. При этом разговор на противоположной стороне стола прекратился, и он опять почувствовал, что все смотрят на него. А пара ярко-голубых глаз делала это с особым интересом.

– Кошки-собаки? – продолжила расспросы леди Делия.

– Ну, там свиньи и куры, но и собака тоже есть...

– Ага, размером с пони! – вставил Колин.

– И кошка...

– Уже требовавшая снять ее с дерева. Он вам не сказал, там еще корова, ягненок, пара уток, целое стадо гусей и непослушная коза, которая питается пуговицами. А у многих зверей имена в честь цветов. Все они шумные, вонючие, обожают гоняться друг за другом, когда не заняты поглощением тех же пуговиц или уничтожением цветочных бутонов, и Натан любит их, как собственных детей!

– Спасибо за столь подробное описание, дядя Колин, – поблагодарил брата Натан.

Колин покачал головой:

– Я отказываюсь быть дядей этой одичавшей козы.

– Петуния тебя очень любит.

– Она съела мою пуговицу! И личную корреспонденцию!

– Поверь, это любя, – сказал Натан очень серьезно. – Я не помню, чтобы сегодня утром ты жаловался, завтракая яйцами Нарцисса, Тюльпанчика и Джиневры.

– Джиневры? А петуха по имени Ланселот у тебя нет?

– Нет, но расширить стадо – блестящая мысль, и я воплощу ее в жизнь, как только вернусь в Литл-Лонгстоун. Три курицы будут в среднем приносить два яйца в день. Значит, чтобы получать не два, а целую дюжину яиц, нужно...

– Восемнадцать куриц, – сказала леди Виктория. Все повернулись в ее сторону, но ей не было до них никакого дела – она смотрела на Натана. – Вы, должно быть, очень любите яйца, доктор Оливер.

Кажется, вопрос был задан с ноткой сарказма. Натан ответил:

– Хм, я, честно, даже не знаю, смогу ли съесть столько яиц... ну, сколько там получится в год.

– Четыре тысячи триста восемьдесят, – сказала Виктория после секундного раздумья.

Такой быстрый подсчет и сказанное наобум число всех рассмешило, кроме, как заметил Натан, леди Делии, которая одобрительно кивала. Он быстро посчитал в уме и был поражен: Виктория не ошиблась.

– Судя по постоянным прибавлениям в животном семействе Натана, к концу года у него одних только кур будет это самое количество, – сказал Колин.

– А зачем вам столько яиц, доктор Оливер? – спросила леди Виктория.

– Видимо, чтобы кидаться ими из окна в ничего не подозревающих прохожих, – сухо ответил Колин. – Я был его жертвой пару раз, в детстве. – Он почесал затылок и поморщился от мрачных воспоминаний.

– Не забывай, – сказал Натан брату, не отводя глаз от Виктории, – ты всегда получал только заслуженно.

– Но я никогда не кидал в тебя яйца!

– А ты и не мог. – Он посмотрел на Колина и ухмыльнулся. – Ты такой, что не можешь отомстить воде, если выпадешь из лодки. Кстати, поэтому я и закидал тебя яйцами однажды – ты толкнул меня в воду.

– Значит, мы были квиты.

– Очевидно, да.

– А, ясно. Я все-таки могу ударить по воде. Тобой.

– Да, ведь это я упал. А у меня, кроме яиц, есть еще и три курицы, несущие их.

На лице Колина появилась едва заметная улыбка, а во взгляде промелькнули воспоминания о совместных проделках.

– В следующий раз я дважды подумаю, прежде чем бросать тебя в воду, – сказал Колин. – Вообще-то и тогда я хорошенько подумал, но идея эта мне и сейчас кажется превосходной.

Все рассмеялись, а леди Виктория сказала:

– Но вы так и не ответили, зачем вам столько яиц, доктор Оливер!

Натан пожал плечами:

– У меня есть соседи, а у них – большие семьи, которым могут понадобиться яйца.

– Зачем ты вообще держишь весь этот зверинец? – спросил Гордон. – И почему привез его сюда?

– Мы все уже задавали этот вопрос, – пробормотал отец.

– Я не знал, как долго меня не будет, и не хотел обременять соседей, расселяя животных по разным семьям, чтобы за ними присматривали. Они очень привыкли друг к другу, а мне не доставляют никаких хлопот. Я наслаждаюсь их обществом.

– Они ужасно пахнут! – воскликнул Колин, скорчив гримасу страдальца. Затем он повернулся к Виктории и сказал: – Я советую вам обходить их за милю, леди Виктория, особенно козу. Как заприметите ее, бегите в противоположном направлении!

– Не самая удачная мысль, – сказал Натан. – Это только раздразнит ее, и она побежит за вами. Хоть я и помню, леди Виктория, что вы считаете себя превосходной бегуньей, боюсь, от козы будет не так легко удрать, как от настойчивого поклонника.

– А у вас, я уверен, таковых поклонников видимо-невидимо! – сказал Гордон, лучезарно улыбаясь Виктории, что почему-то задело Натана.

– Это и сделало меня такой ловкой и быстрой, – ответила она, улыбнувшись ему в ответ.

Все опять засмеялись. Натану это далось сложно, и он просто выдавил из себя улыбку. Виктория в тот момент смотрела точно таким же взглядом, как и три года назад. Тогда за этим последовал поцелуй, который он тщетно пытался стереть из памяти.

– Но скоро забеги прекратятся, не правда ли, дорогая? – сказала тетя Делия.

Щеки Виктории зарумянились, и, прежде чем она успела ответить, Гордон прижал руку к груди, как будто был смертельно ранен, затем, изобразив великое горе, воскликнул:

– Пожалуйста, не говорите, что вы помолвлены!

– Я не...

– Отлично, – ответил он, просияв.

– Пока нет.

– Хм... – Гордон щелкнул пальцами. – Уже не так отлично. Так поведайте же нам, кто этот счастливец, с которым вы пока не помолвлены!

– Сейчас есть два претендента: лорд Брэнрипл и лорд Дрейвенсби.

– А что, они все еще живы? – удивленно спросил Натан.

Леди Виктория посмотрела на него ледяным взглядом и резко ответила:

– Вы, видимо, говорите об их отцах, так как, насколько мне известно, лорд Брэнрипл моложе вас на год, доктор Оливер, а Дрейвенсби лишь на несколько лет старше.

– Простите. Как же я не догадался! Так они оба просят вашей руки?

9
{"b":"6403","o":1}