ЛитМир - Электронная Библиотека

Испытывая одновременно и благодарность, и раздражение, Остин опустился на кожаное сиденье. Прежде чем он успел протянуть руку Элизабет, ей помог сесть в экипаж хозяин конюшни. Остин заметил восхищение в его глазах и бросил на него испепеляющий взгляд. Черт, надо выучить французскую фразу «Перестань таращиться на мою жену, ублюдок». Отнюдь не испуганный его взглядом, хозяин конюшни лишь усмехнулся и ушел.

Натянув вожжи, Остин тронул лошадей и задумался о предстоящем деле. Приблизительно через час они будут в Марке. Если все пойдет, как было задумано, он разыщет Гаспара и наконец узнает обо всем, что мучило его, — о письмах шантажиста и, возможно, о местонахождении Уильяма.

Экипаж съехал с колеи, и Остин ударился плечом об Элизабет. Искоса взглянув на нее, он заметил, что она побледнела и сжала руки. У него и в мыслях не было брать ее с собой на встречу с Гаспаром. Этот человек опасен. Надо найти гостиницу и там оставить Элизабет.

Он догадывался, что ей это не понравится, но… Она схватила его за руку:

— Остин!

Повернувшись, он увидел, что она очень испугана.

— В чем дело?

— Мы должны поторопиться.

От настойчивости, звучавшей в ее голосе, у него похолодела спина.

— Почему?

Прижав к вискам пальцы, она покачала головой:

— Я не уверена. Все так неясно. Но он совсем близко. И я знаю, что мы должны спешить. — Ее лицо стало белым как мел. — Пожалуйста, речь идет о жизни и смерти.

Остин дернул вожжи, пуская лошадей галопом. Экипаж помчался по дороге, и Элизабет ухватилась за сиденье. В ее голове кружились какие-то образы — туманные, но темные и угрожающие.

— Когда мы приедем в деревню, я оставлю тебя в гостинице, — сказал Остин, изо всех сил сдерживая несущихся лошадей.

Элизабет открыла рот, чтобы возразить, но в этот момент он остановил лошадей. Они стояли на развилке. Обе дороги шли через лес и выглядели одинаково.

— Проклятие! — Остин запустил пальцы в волосы. — Куда ехать?

Элизабет поочередно осмотрела дороги, но ничего не почувствовала.

— Помоги мне сойти.

Он несколько секунд смотрел на нее, затем спрыгнул на землю и помог ей сойти. Как только ее ноги коснулись земли, она побежала к развилке. Глубоко вдохнув, Элизабет опустилась на колени и закрыла глаза, затем прижала ладони к земле.

Образы, мелькавшие в голове, мешали ей, и она, заставив себя расслабиться, попыталась сложить их в ясную картину. Прошло несколько минут, и когда появилось видение, оно было кристально ясным.

И ужасным.

Она увидела себя. Истекающей кровью. Теряющей сознание. Умирающей. Боже милосердный, что же ей делать? Если она расскажет Остину о том, что видела, он не позволит ей сопровождать его. Он будет настаивать, что ее необходимо отвезти в деревню, — и время будет упущено. Они опоздают.

Она знала, что кто-то тогда умрет.

Но она знала и то, что если поедет с ним, то скорее всего не вернется живой.

Открыв глаза, она встала и посмотрела на Остина:

— Нам надо ехать по левой дороге.

Глава 23

Остин подошел к ней и схватил за плечи:

— Что случилось?

— Ничего. Я…

Он с силой встряхнул ее:

— Не лги мне. Ты страшно побледнела. Испугалась. Что ты увидела?

— Мы должны повернуть налево. Там мы его найдем.

— Я не возьму тебя…

— Если мы сейчас же не тронемся, будет поздно. — Элизабет высвободилась из его рук и побежала к экипажу. — Пожалуйста. Быстрее.

Остин догнал ее и снова схватил за плечо.

— Поздно для чего?

Она старалась не поддаться панике.

— Кто-то погибнет. Я не знаю кто. Знаю только, что мы теряем время. А у нас его мало. — Понимая, что надо как-то убедить его в своей безопасности, она добавила:

— Я останусь в двуколке или спрячусь в лесу. Я сделаю все, что ты сочтешь нужным, но мы должны ехать сию же минуту.

Остин больше не колебался. Усадив Элизабет, он вскочил в экипаж и схватился за вожжи. Резким рывком он тронул лошадей с места, и они помчались по левой дороге.

Прошло четверть часа, прежде чем Элизабет увидела это. Схватив Остина за руку, она указала:

— Смотри.

Он остановил лошадей. Вдалеке над деревьями поднималась струйка дыма.

— Похоже на дым из трубы. Элизабет закрыла глаза.

— Да. Каменная печь. Домик. — Она открыла глаза и взглянула на Остина. — Это Гаспар. Он там.

Его лицо стало суровым. Не говоря ни слова, он соскочил на землю. Когда она сделала движение, чтобы последовать за ним, он ледяным взглядом остановил ее:

— Не двигайся.

Взяв лошадей под уздцы, он свел их с дороги в лес и поставил экипаж там, где его не могли заметить. Он подошел к Элизабет:

— Спрячешься здесь. Если через час я не вернусь, поезжай в деревню и остановись там в гостинице. Я найду тебя.

Ее охватил страх.

— Ты с ума сошел? Я не оставлю…

— Ты обещала, что сделаешь все, что я скажу.

— Это опасный человек.

В его глазах появился стальной блеск.

— Я тоже.

— Он вооружен.

— Я тоже.

От страха Элизабет покрылась холодным потом. По-видимому, ужас отразился и на ее лице, потому что он протянул ей руку. Без колебаний она сжала ее. Она молилась.

Остин ответил пожатием.

— Со мной все будет в порядке, Элизабет.

Страх сжимал ей горло, и она не смогла ответить и лишь кивнула. Он освободил руку из ее ладоней и побежал туда, где виднелась струйка дыма.

Она соединила ладони, сохраняя тепло, оставленное его рукой, и смотрела, как он исчезает за деревьями.

«Со мной все будет в порядке, Элизабет».

— Да, Остин, — прошептала она. — Я позабочусь об этом.

Как только он исчез из виду, она вылезла из экипажа. У нее не было оружия, но, может быть…

Она взяла с сиденья свою медицинскую сумочку. Открыв ее, Элизабет вынула мешочек и положила его в карман. Если она подберется к Гаспару достаточно близко, чтобы бросить ему в глаза смесь перечных трав, тот на какое-то время ослепнет. Толку от этого немного, но она не может пренебречь и малым. Если она ничего не сделает сейчас же, то кто-то погибнет.

Решительно набрав в легкие воздуха, Элизабет направилась в лес по следам Остина. Платье мешало ей идти по бугристой тропе. Острые ветки цеплялись за волосы, и искры сыпались у нее из глаз, когда она вырывалась от них. Дважды она споткнулась. Во второй раз, упав на каменистую землю, она ободрала ладони. От обжигающей боли слезы брызнули у нее из глаз, но она сразу же поднялась на ноги и поспешила дальше.

Наконец, тяжело дыша от усталости, она остановилась, увидев вдали небольшой дом. Ей стало страшно, и от тяжелого предчувствия по спине пробежала дрожь. Отогнав мрачные мысли, она двинулась дальше, прячась за деревьями и держась в тени, отбрасываемой ими от лучей послеполуденного солнца. Все ее внимание и все силы были устремлены к одной цели — помочь Остину.

«Где ты, Остин? Господи, да где же ты?»

И в эту минуту она услышала женский крик.

Остин услышал женский крик.

Сердце его глухо стучало, когда он подобрался поближе к ветхому домишке и присел на корточки под окном. До него доносился приглушенный голос, явно мужской. Осторожно приподнявшись, он заглянул за оконный карниз.

С ужасом он увидел, как человек, которого он искал, поднял руку и ударил по лицу ребенка. В убогом жилище раздался женский крик. Маленькая девочка свалилась на пол, волосы рассыпались по ее лицу, и Остин не смог увидеть, сильно ли она пострадала. Гаспар, словно кучу тряпок, отшвырнул ребенка ногой и направился к женщине. Остин увидел, что женщина привязана к стулу. Следы побоев обезобразили ее лицо, на плечи падали спутанные волосы. Она, рыдая, пыталась освободиться от своих уз.

— Ублюдок! — кричала она. — Не трогай ее!

Гаспар повернулся к окну, и Остин пригнул голову. Прислонившись к стене, он старался дышать ровно, чтобы сдержать гнев и собраться с мыслями. Он должен освободить женщину и ребенка. Ему не хотелось убивать Гаспара, не допросив его, но сейчас надо помешать Гаспару. Достав пистолет, Остин убедился, что он заряжен. «Один выстрел. Я должен остановить негодяя одним выстрелом. Я не промахнусь».

58
{"b":"6405","o":1}