ЛитМир - Электронная Библиотека

До чего же, черт возьми, невыносимое положение! Хорошо ли он объяснил ей все? Поняла ли она? Позавчера, во время обеда, устроенного ее отцом, у Филиппа почти не было возможности поговорить с невестой наедине. Она отсутствовала за столом из-за сильной головной боли и неудачного падения, приключившегося с ней утром того дня. Сначала падение, потом головная боль. Будь все проклято, как раз этого он и боялся.

В гостиной, однако, леди Сара присоединилась к ним. После нескольких минут любезного пустого разговора Филипп попросил показать ему галерею, и она, разумеется, согласилась. Он воспользовался этой единственной возможностью, чтобы рассказать ей... предостеречь. Она слушала с вежливым интересом, а когда он закончил, небрежно заметила:

– Как это все... необычно. Я подумаю.

И после этого опять оставила их, сославшись на головную боль. Когда на следующий день он зашел с визитом, дворецкий сообщил ему, что леди Сара не принимает, так как ей по-прежнему нездоровится. Он хотел побеседовать с ее отцом, но графа не оказалось дома. Филипп оставил для его светлости записку, но ответа на нее так и не получил. Вероятно, граф явился домой слишком поздно. А Филипп провел весь остаток вчерашнего дня на складе, среди множества тюков и ящиков в поисках того единственного предмета, который мог спасти их. Поиски его оказались безрезультатными, а это означало, что наступивший день, как бы он ни сложился, ничем, кроме несчастья, закончиться не мог.

Филипп в сотый раз посмотрел на часы. Сейчас кто-нибудь зайдет и сообщит ему, что леди Сара приехала. Или что ее нет. В волнении он запустил пальцы в волосы, потом попытался ослабить душивший его галстук. Честь требует, чтобы этот брак состоялся, и она же запрещает ему жениться на ком-либо. Он представил себе свою прелестную юную невесту. Любой был бы счастлив назвать ее женой. Но у него при одной мысли об этом останавливалось сердце.

В дверь постучали, и он нетерпеливо распахнул ее. На пороге стоял его отец. Молча глядя в глаза герцога, Филипп ждал, когда тот заговорит. Он с печалью отмечал следы болезни, изменившие лицо отца: глубокие складки, вокруг губ, бледно-желтый цвет щек и черные круги под глазами. Герцог сильно похудел с тех пор, как Филипп видел его в последний раз, и казался почти истощенным. В по-прежнему густых черных волосах появилось много седины. И только взгляд пронзительно-голубых острых глаз оставался прежним. В целом отец лишь отдаленно напоминал того сильного и здорового мужчину, с которым Филипп расстался десять лет назад. В годы, предшествовавшие его отъезду, их отношения не были особо сердечными. Вся теплота исчезла из них в тот день, когда умерла мать Филиппа. Расставаясь, они заключили сделку, согласно которой отец до определенного срока не препятствовал любимым занятиям сына.

Герцог медленно подошел и остановился, когда их разделяло всего два фута. В мозгу у Филиппа навязчиво звучали слова, которые он старался и не мог забыть все эти долгие годы: «Мужчина стоит ровно столько, сколько стоит данное им слово. Если бы ты помнил об этом, твоя мать была бы сейчас жива».

– Время начинать церемонию, – произнес герцог. Выражение его лица оставалось непроницаемым.

– Я знаю.

– К сожалению, твоя невеста еще не приехала. Слава Богу!

– Вот как?

– Ты все рассказал ей. – Это было утверждение, а не вопрос.

? Да.

– Мы же договорились, что ты не станешь этого делать!

– Нет. Ты потребовал, чтобы я этого не делал, но я не согласился с тобой. Я должен был ей рассказать, она имеет право знать. – Пальцы Филиппа непроизвольно сжались в кулаки.

– Лорду Хедингтону тоже все известно? Филипп отрицательно покачал головой.

– Нет. Леди Сара просила, чтобы я не говорил ему. По крайней мере до тех пор, пока она сама не решит, как поступить.

– Что ж, с каждой минутой все очевиднее, какое именно решение она приняла.

Филипп отчаянно надеялся, что так и будет.

Дрожа от возбуждения, Мередит стояла в тени колонны в мраморном вестибюле собора и от всей души надеялась, что она не похожа на ребенка, разглядывающего сладости через витрину кондитерского магазина. Поток элегантных экипажей обтекал собор, на минуту останавливаясь у величественного западного входа, чтобы высадить своих пассажиров – сливки лондонского общества, решившего украсить своим присутствием свадьбу леди Сары Маркем и лорда Грейборна. Гул приглушенных голосов разносился по всему вестибюлю, но поглощался при входе в церковь торжественными звуками органа. До Мередит доносились обрывки разговоров: «...что Грейборна чуть не убили во время какого-то столкновения с племенем...», «...кажется, собирается основать собственный музей вместе с коллегой из Америки...», «...леди Сару, с его странными пристрастиями и после того скандала...».

Гости все шли и шли – сначала широким потоком по проходу, потом разоиваясь на отдельные ручейки и занимая свои места, поканаконец все пять сотен человек не расселись по скамьями не замерли в ожидании.

Где же невеста?

Господи, ведь не может же быть, что она до сих пор не оправилась от последствий падения в мастерской портнихи? Нет, это исключено. Лорд Хедингтон непременно предупредил бы Мередит. Накануне она попыталась повидаться с леди Сарой. Ей не терпелось узнать, как прошла встреча с лордом Грейборном, но лорд Хедингтон сказал, что дочь не может ее принять, так как все еще страдает от сильной головной боли. Вероятно, заметив волнение на лице Мередит, он успокоил ее, заверив, что Сара только что приняла лекарство и теперь Уснула и, несомненно, к свадьбе совершенно поправится. Еще он рассказал ей, что Сара провела с лордом Грейборном не менее часа и что все прошло «чертовски удачно». Все это немного успокоило Мередит. В заключение лорд Хедингтон Добавил, что, несмотря на некоторый беспорядок в одежде и безобразно повязанный галстук – проблемы, которые, несомненно, можно решить, наняв хорошего камердинера, – лорд Грейборн оказался «вполне приличным парнем».

Ну и слава Богу! Хотя Мередит предпочла бы лично убедиться в этом. Нельзя сказать, что она не старалась: вчера она три раза пыталась встретиться с ним, но каждый раз лорд Грейборн отвечал ей запиской, сообщая, что «в настоящий момент очень занят». Скажите на милость, какие такие важные дела могут быть у человека накануне свадьбы? Он просто забыл, что такое элементарная вежливость.

Часы на башне собора пробили полдень – время начала церемонии, а невесты все не было.

По спине Мередит пробежал холодок, и неприятное предчувствие превратилось в уверенность, когда она увидела растерянное лицо лорда Хедингтона, торопливо выходящего в вестибюль. Мередит поспешила ему навстречу:

– Ваша светлость, вы уверены, что леди Сара действительно чувствовала себя хорошо?

– Она сама уверяла меня в этом. Но должен признаться, что я начинаю волноваться! Сара никогда не опаздывает и очень гордится этим. – Он покачал головой. – Мне не следовало уезжать в церковь без нее, но она так настаивала... – Лорд Хедингтон внезапно замолчал, а потом вздохнул с заметным облегчением. – Вот наконец и наш экипаж.

Мередит тоже выглянула на улицу и увидела, как у крыльца останавливается элегантный черный экипаж, запряженный серой четверкой. Из него выпрыгнул лакей в ливрее и торопливо поднялся по ступенькам.

– Ваша светлость, я должен передать это письмо лорду Грейборну, – сказал он, доставая конверт с желтой восковой печатью. – Леди Сара велела вручить его перед самым началом церемонии.

– Леди Сара велела вручить? – Граф не отрываясь смотрел на распахнутую дверь экипажа. – Да где же, черт возьми, сама леди Сара?

Глаза лакея округлились.

– А разве ее здесь нет? Она уехала через несколько минут после вас, ваша светлость.

__ Но если экипаж здесь, в чем же она могла уехать? – Граф уже почти кричал.

– За ней заехал барон Уэйкрофт, ваша светлость. Леди Сара и ее девушка отправились в его экипаже.

Граф недоумевал.

3
{"b":"6406","o":1}