ЛитМир - Электронная Библиотека

– С вами действительно все в порядке, леди Бикли? – взволнованно спросил Эндрю.

– Да, я... – ответила Кэтрин, обернувшись к нему. – Господи! А что с вашим лицом? – Она смотрела на Эндрю с удивлением и участием.

– Эндрю тоже подвергся нападению вчера вечером, – объяснил Филипп.

Он коротко рассказал сестре о последних событиях и о записках с угрозами. Не успел он закончить, как вновь раздался стук в дверь. Бакари открыл ее и передал хозяину записку. Филипп торопливо прочитал несколько строчек, и на его лице появилось облегчение.

– Это от Мередит. Она пишет, что зайдет ко мне сегодня утром, – он вытащил из кармана часы и взглянул на циферблат, – ровно через час. Ее привезет Годдард, значит, она будет в безопасности. Хорошо. – Он повернулся к Эндрю, Эдварду и Бакари: – Сейчас мы с Кэтрин поедем к отцу. Я хочу убедиться, что его дом под надежной охраной и что сам он в безопасности. А вы втроем отправляйтесь на склад и проверьте оставшиеся ящики. Заодно и присмотрите за ними. Я присоединюсь к вам, после того как встречусь с Мередит. Когда закончим с этими ящиками, пойдем в порт и будем ждать там прибытия «Морского ворона».

– «Морского ворона»? – переспросил Эдвард.

– Да, мне сообщили, что он встанет к причалу сегодня вечером. Вы трое возьмите мой экипаж.

– А ты как доберешься? – спросил Эндрю.

– До дома отца мы доедем в коляске Кэтрин, а потом я найму кеб. – Взяв трость с бронзовой подставки, Филипп вышел на улицу. – Будьте настороже, – предупредил он друзей и вслед за сестрой забрался в коляску.

Особняк отца был недалеко, и они быстро добрались до него. Всю дорогу Филипп крепко сжимал локоть сестры и мысленно благодарил Бога за то, что она жива и здорова.

Кэтрин сразу же прошла на второй этаж в спальню отца, а Филипп задержался в прихожей, чтобы поговорить с дворецким.

– Скажите слугам, что никто, кроме меня, не должен входить в этот дом, Эванс. И еще я хочу, чтобы леди Бикли и отец никуда не выходили.

– Вы думаете, что им что-то угрожает, милорд? – спросил Эванс, бледнея.

– Нет, Эванс. Я не думаю, а знаю. – Он коротко рассказал дворецкому о предыдущих нападениях и о человеке, проникшем ночью в спальню Кэтрин.

Эванс решительно расправил плечи:

– Будьте спокойны, милорд. Я не допущу, чтобы что-нибудь случилось с вашим отцом или сестрою.

– Я знаю, Эванс. А сейчас мне надо повидаться с отцом. – Дворецкий собрался сопровождать его. – Я знаю дорогу, Эванс. Лучше поскорее поговорите со слугами и не оставляйте входную дверь без присмотра.

– Да, милорд.

Филипп поднялся по лестнице, прошел по коридору и постучался в дверь спальни герцога. Приглушенный голос попросил его войти. По темно-синему пушистому ковру Филипп подошел к кровати. Кэтрин сидела рядом с ней в кресле и держала отца за руку.

У Филиппа сжалось сердце, когда он увидел забинтованную голову и гипсовую повязку на руке герцога. Лицо отца было бледным и осунулось от боли, но, увидев сына, он слабо улыбнулся.

– Рад видеть тебя, Филипп.

– И я рад видеть тебя, отец. Как ты себя чувствуешь?

– Слегка потрепанным, надо признаться, но доктор уверяет, что все скоро заживет. – Он поморщился. – Чертовски непочтительный тип. Сказал, что мне повезло, потому что у меня очень твердая голова. Я спросил, помнит ли он, с кем разговаривает, а он имел наглость подмигнуть мне и повторить: «У вас очень твердая голова, милорд». Представляете, что он себе позволяет? Он считает, что, если мы знаем друг друга с детства, он может не соблюдать приличий. Ну ладно, я пообещал ему, что, как только встану на ноги, задам ему головомойку и еще разобью в пух и прах в шахматы.

У Филиппа стоял комок в горле. Несмотря на боль, отец мужественно старался казаться веселым, чтобы не огорчать его и Кэтрин, и от этого делалось еще грустнее. Он с трудом выдавил улыбку и тоже постарался говорить беззаботно:

– Держу пари, доктор Гиббинс ответил, что будет ждать этого с нетерпением.

– Так и сказал. Именно этими словами.

– Ясновидение – один из моих многочисленных талантов. Я еще не говорил тебе об этом?

– Нет. И должен заметить, что голова у меня вовсе не твердая.

– Ну конечно, отец, – согласились Филипп и Кэтрин хором.

Герцог поморщился от боли, и веселость Филиппа тут же испарилась. Взяв отца за руку, он рассказал ему обо всех предыдущих событиях.

– Я считаю, что между этими нападениями и поисками недостающего куска Камня слез есть какая-то связь, – заключил он. – Кто-то пытается причинить мне вред, заставляя страдать тех, кто мне дорог. К сожалению, пока ему это удавалось. – Филипп твердо посмотрел в глаза отцу. – Но я найду этого человека и остановлю его. Обещаю тебе, отец.

Отец с сыном молча смотрели друг на друга. Потом герцог кивнул и сжал руку Филиппа:

– Ты настоящий мужчина, сынок. Я знаю, что ты сдержишь слово.

Филипп облегченно выдохнул, и ему показалось, что груз, давящий ему на сердце с того самого дня, как умерла мать, стал менее тяжелым. Они с отцом были не из тех людей, которые охотно говорят о своих чувствах, и, возможно, поэтому враждебность и напряжение между ними растянулись на долгие годы. Но сейчас этими простыми словами отец будто перебросил мост через разделявшую их пропасть. И Филипп был рад пойти ему навстречу. Он надеялся, что следующая новость станет еще одним шагом к их сближению:

– Отец, что касается моей женитьбы... Я должен сказать тебе, что сделаю все возможное, чтобы избавиться от проклятия, потому что наконец встретил женщину, на которой действительно хочу жениться. Я даже не допускаю мысли о том, что она не станет моей.

Кэтрин радостно прижала руки к груди:

– Ах, Филипп! Я так рада, что тебе кто-то понравился!

– Прекрасные новости. Я знал, что эта мисс Чилтон-Гриздейл что-нибудь придумает. Умная девочка, хотя сначала ей и пришлось нелегко. Ну и какую же юную леди ты выбрал? Должен сказать, что в моем клубе больше всего ставок делают на леди Пенелопу.

– Но на самом деле это мисс Чилтон-Гриздейл.

– Что мисс Чилтон-Гриздейл?

– Она – та леди, которую я выбрал.

– Она – та леди, которую ты выбрал для того, чтобы она помогла тебе найти достойную супругу, так?

– Нет. Она —та леди, которая станет моей достойной супругой.

На несколько секунд в комнате повисло молчание. Потом Кэтрин порывисто встала с кресла, подошла к брату и остановилась прямо перед ним.

– Я хочу задать тебе один вопрос, – сказала она, взволнованно глядя на Филиппа. – Ты ее любишь?

– Несомненно.

– А она любит тебя? – спросила Кэтрин уже спокойнее.

– Это уже два вопроса.

– Ответь мне, пожалуйста. – Кэтрин ласково дотронулась рукой до его щеки. – Я желаю тебе счастья, Филипп. – Она опустила голову и добавила почти шепотом: – Я не хочу, чтобы ты повторил мою ошибку и женился на женщине, которая не будет любить тебя.

Вспыхнув от гнева, Филипп напомнил себе, что ему надо серьезно поговорить с зятем, как только появится такая возможность.

– Не волнуйся, сестренка, – шепнул он Кэтрин на ухо. – Она будет меня любить. И я буду счастлив с ней. И она будет счастлива со мной. И у тебя появится много племянников и племянниц.

Кэтрин радостно улыбнулась, а Филипп подумал, что мог бы уже никогда не увидеть этой улыбки, если бы сегодня ночью негодяю удалось совершить свое черное дело.

– Ну, тогда я должна поздравить тебя. Я желаю вам с мисс Чилтон-Гриздейл счастья.

– Спасибо, – Филипп поцеловал сестру в щеку. Старый герцог на кровати откашлялся.

– Должен сказать, что твоя новость очень удивила меня, Филипп. – Он взглянул на Кэтрин: – Ты позволишь нам поговорить наедине?

– Я буду в гостиной. – Пожав руку Филиппу, она вышла из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь.

– Боюсь, что сейчас у нас нет времени на долгие разговоры, отец. Да и разговаривать особенно не о чем, потому что я уже принял решение. Я женюсь на Мередит.

Лицо герцога побагровело.

58
{"b":"6406","o":1}