Содержание  
A
A
1
2
3
...
125
126
127
...
136

– Мы сможем найти его с помощью одного звукового сигнала?

Старший акустик на мгновение задумался.

– Этого недостаточно для огневого решения, но всё-таки получим представление, где он находится.

– Тогда один «пинг». Действуйте.

– Слушаюсь. – Лаваль быстро настроил приборы на своём пульте и нажал на кнопку активной системы.

Ударная подлодка «В. К. Коновалов»

Туполев поморщился. Он слишком поторопился. Ему бы подождать, дать им пройти мимо – но в этом случае, если бы ожидание слишком затянулось, пришлось бы догонять их, а теперь все три американские подлодки дрейфуют совсем рядом.

Все четыре субмарины двигались с минимальной скоростью, при которой могли управлять рулями глубины. Нос русской подлодки был направлен на юго-восток, и четыре лодки образовали геометрическую фигуру, напоминающую трапецию, обращённую широкой стороной в сторону моря. «Поги» и «Даллас» находились к северу от «Коновалова», а «Красный Октябрь» – к юго-востоку от него.

Подводный ракетоносец «Красный Октябрь»

– Кто-то послал одиночный активный сигнал в сторону этой подлодки, – негромко заметил Джоунз. – Пеленг примерно на северо-восток, но она двигается слишком тихо, чтобы мы могли засечь её. Если бы кто-то вызвал меня на пари, сэр, я сказал бы, что она совсем рядом.

– Почему ты так считаешь? – спросил Манкузо.

– Я услышал исходящий импульс – одиночный «пинг» для измерения расстояния, по-моему. Он исходил из BQQ-5. Затем пришёл отражённый от цели сигнал. С помощью математики можно дать два возможных объяснения, но всё-таки разумно предположить, что цель находится между нами и нашими остальными подлодками, немного к западу. Я знаю, это кажется не слишком убедительным, но более надёжных данных у нас нет.

– Расстояние километров десять, может быть, меньше, – заметил Бугаев.

– И это тоже может показаться не очень убедительным, но всё-таки нужно исходить из какой-то цифры. Понимаю, данных маловато. Извините, шкипер. Но это все, что у нас есть, – закончил Джоунз.

Манкузо кивнул и вернулся в центральный пост.

– Что случилось? – спросил Райан. Рычаг управления рулями глубины был отведён до предела вперёд, чтобы удерживать подлодку на заданной глубине. Райан не понимал смысла происходящего.

– Где-то поблизости находится вражеская субмарина.

– У нас есть сведения о ней? – спросил Рамиус.

– Совсем немного. На северо-западе замечен контакт, расстояние до него неизвестно, но, по-видимому, он недалеко. Зато мы точно знаем, что это не одна из наших подлодок. Из Норфолка сообщили, что район чист. Это оставляет всего одну возможность. Будем дрейфовать?

– Будем дрейфовать, – эхом отозвался Рамиус, поднял телефонную трубку и отдал приказ.

Турбины «Октября» вращались, обеспечивая мощность, достаточную для того, чтобы ракетоносец плыл вперёд со скоростью чуть больше двух узлов, чего едва хватало для управления кораблём, но было недостаточно для поддержания заданной глубины. Со своей небольшой положительной плавучестью «Октябрь» всплывал на несколько футов в минуту, хотя плоскости рулей глубины были до предела опущены вниз.

Ударная подлодка «Даллас»

– Давайте вернёмся обратно на юг. Мне не нравится, что эта «альфа» находится ближе к нашему приятелю, чем мы. Курс один-восемь-пять, две трети мощности, – скомандовал наконец Чеймберз.

– Слушаюсь, сэр, – произнёс Гудмэн. – Рулевой, право руля пятнадцать градусов, переходим на новый курс один-восемь-пять. Вперёд машина, две трети мощности.

– Право руля пятнадцать градусов, – отрепетовал рулевой и повернул штурвал. – Сэр, руль положен на правый борт пятнадцать градусов, переходим на новый курс один-восемь-пять.

Торпедные аппараты «Далласа» были заряжены тремя торпедами Мк-48, а в четвёртой находился дорогостоящий МЛС, мобильный лодочный симулятор. Одна из торпед «Далласа» была нацелена на «альфу», но огневое решение не было достаточно точным. Рыбе придётся самой регулировать наведение. Зато обе торпеды «Поги» были наведены на цель с почти максимальной точностью.

Проблема заключалась в том, что ни одна из лодок не получала приказа открывать огонь. Обе ударные подлодки действовали, соблюдая мирные правила. Им разрешалось пускать торпеды только при самообороне, а защищать «Красный Октябрь» следовало обманом и хитростью. Вопрос заключался лишь в одном: знает ли «альфа», что представляет собой обнаруженный крупный объект.

Ударная подлодка «В. К. Коновалов»

– Направляемся к «огайо», – приказал Туполев. – Скорость три узла. Нужно проявить терпение, товарищи. Теперь, когда американцам известна наша позиция, они больше не будут посылать в нас активные гидролокационные импульсы. Мы бесшумно уйдём отсюда и займём другую позицию.

Бронзовый гребной винт «Коновалова» начал вращаться быстрее. Отключив все электрические системы, не имеющие решающего значения для подлодки, механики сумели увеличить скорость, не меняя мощности реактора.

Ударная подлодка «Поги»

На «Поги», ближайшей ударной подлодке, заметили, что контакт стал менее заметен, и потому пеленг на него утратил чёткость. Капитан третьего ранга Вуд подумал, а не стоит ли послать в него ещё один активный импульс, чтобы уточнить направление, но решил не делать этого. Стоит включить гидролокационную систему в активном режиме, и он будет походить на полицейского, разыскивающего грабителя в тёмном здании с включённым фонарём в руке. Активные гидролокационные импульсы дадут противнику больше информации о положении «Поги», чем Вуду о положении противника. В таких случаях приходилось полагаться на пассивные акустические системы.

Главный акустик Палмер доложил командиру о том, что «Даллас» прошёл мимо «Поги» по левому борту. Вуд и Чеймберз договорились не пользоваться для связи своими подводными телефонами. Сейчас они не могли пойти на риск привлечь к себе внимание противника дополнительным шумом.

Подводный ракетоносец «Красный Октябрь»

Ракетоносец медленно в течение получаса полз вперёд. Райан курил, сидя в кресле, одну сигарету за другой. Ладони вспотели, но он старался сохранять самообладание. Райан не был готов к такого рода боевым действиям – вот так сидеть, сложа руки, внутри стального цилиндра, ничего не видя и ничего не слыша. Он знал, что где-то поблизости находится советская подлодка и какой приказ отдан её командиру. Если командир советской подлодки поймёт, кто они, – что он предпримет? Райан обратил внимание, что оба капитана, и русский и американский, ведут себя на удивление спокойно.

– Ваши подлодки способны защитить нас? – спросил Рамиус.

– Вы имеете в виду – могут ли они выпустить торпеды в русскую подлодку? – покачал головой Манкузо. – Только если она нападёт на них первой. При нормальных условиях мы вынуждены удержаться от стрельбы.

– Что? – Райан был поражён услышанным.

– Вы хотите начать войну? – улыбнулся Манкузо, словно ситуация, в которой они оказались, была забавной. – Это и произойдёт, если боевые корабли двух стран начнут обмениваться торпедными залпами. Нужно выпутаться из этого положения иным способом.

– Успокойтесь, Райан, – заметил Рамиус. – Такова наша обычная игра. Ударные подлодки пытаются найти нас, а мы делаем все, чтобы им это не удалось. Скажите, капитан Манкузо, на каком расстоянии вы обнаружили нас у берегов Исландии?

– Я не успел внимательно изучить ваши карты, капитан, – задумчиво произнёс Манкузо. – Думаю, милях в двадцати – это примерно тридцать километров.

– А тогда мы шли со скоростью тринадцать узлов – шум возрастает быстрее, чем скорость. Мне кажется, нам следует направиться сейчас на восток, медленно, стараясь не обнаружить себя. Включим гусеницу и пойдём со скоростью шесть узлов. Вы ведь знаете, что советские гидролокаторы не столь чувствительны, как американские. Согласны, капитан?

126
{"b":"641","o":1}