ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– «Пиджен», это «Даллас», проверка связи. Приём.

– «Даллас», это «Пиджен». Слышу вас хорошо, приём, – ответил капитан спасательного судна по кодированному радиоканалу.

– Посылка на месте. Конец связи.

– Капитан, офицер на авианосце «Инвинсибл» передал сообщение сигнальным прожектором. Вы можете обращаться с сигнальным прожектором? – спросил Райан.

– И принять участие в вашей операции? Думаете, откажусь?

План был достаточно простым, хотя на первый взгляд мог показаться и несколько мудрёным. Было ясно, что «Красный Октябрь» хочет перейти к американцам. Не исключалась даже возможность того, что вся команда попросит политического убежища, хотя это казалось маловероятным. Предстояло снять с ракетоносца всех, кто могли потребовать возвращения домой, затем сделать вид, что «Красный Октябрь» затоплен командиром с помощью тех мощных зарядов, которые, как известно, находятся на русских военных кораблях. Тем временем оставшиеся на ракетоносце члены команды направят свой корабль на северо-запад, в пролив Памлико, где и будут ждать, пока русский флот не вернётся на свои базы, убедившись, что «Красный Октябрь» потоплен, о чём засвидетельствуют ещё и спасённые с него моряки. План был достаточно надёжным. Что могло помешать его осуществлению? Тысяча неожиданностей.

Подводный ракетоносец «Красный Октябрь»

Рамиус смотрел в перископ. Единственным кораблём в поле его зрения был «Пиджен», хотя, судя по сигналам, принятым высокочастотной антенной, на севере за горизонтом находилась пара фрегатов с действующими радиолокаторами, несущих охрану. Итак, таков план американцев. Рамиус смотрел на сигнальный прожектор, направленный прямо на него, и переводил мигающие сигналы с английского на русский.

Медицинский центр ВМС в Норфолке

– Спасибо, что пришли, док. – Офицер разведывательной службы занял кабинет заместителя администратора госпиталя. – Значит, ваш пациент проснулся.

– Да, час назад, – подтвердил Тейт. – Он был в сознании около двадцати минут. Сейчас снова спит.

– Это означает, что он выживет?

– То, что он пришёл в сознание, является положительным симптомом. Вёл он себя достаточно осмысленно, так что явных нарушений деятельности мозга незаметно. Я немного беспокоился по этому поводу, капитан. Думаю, сейчас вероятность выздоровления заметно возросла, хотя при гипотермии осложнения могут наступить совершенно неожиданно. Он по-прежнему в тяжёлом состоянии, тут уж ничего не попишешь. – Тейт сделал паузу. – У меня вопрос, капитан: почему русские так недовольны?

– Откуда вы взяли?

– Это бросается в глаза. К тому же Джейми нашёл врача, понимающего по-русски, среди персонала госпиталя и поручил ему лечение матроса.

– Почему вы не сказали мне об этом?

– Русские ничего не подозревают. Решение принято по медицинским соображениям, капитан. Для лечения больного полезно иметь при нём врача, способного говорить на его родном языке. – Тейт улыбнулся, довольный собой, потому что ему удалось придумать свою разведывательную операцию, при которой медицинская этика не противоречит правилам военно-морского флота. Он достал из кармана листок бумаги. – Как бы то ни было, имя пациента – Андрей Катышкин. Он действительно кок, живёт в Ленинграде. Название его подлодки – «Политовский».

– Примите мои комплименты, доктор. – Офицер признал разумным замысел Тейта, хотя и не мог понять, почему дилетанты так чертовски умны в вопросах, которые их совершенно не касаются.

– Итак, почему русские так недовольны? – Ответа на вопрос Тейта не последовало. – И почему у вас нет своего человека рядом с пациентом? Вы ведь знали все это и без меня, правда? Знали, с какого корабля он спасся, и знали, почему затонула подлодка… Таким образом, если русским больше всего хотелось выяснить, с какого корабля спасся матрос, и теперь им не нравятся полученные новости – выходит, у них пропала ещё одна подводная лодка?

Штаб-квартира ЦРУ

– Джеймс, немедленно зайди ко мне вместе с Бобом! – произнёс Мур в трубку телефона.

– В чём дело, Артур? – спросил Грир через минуту.

– От Кардинала только что прибыло донесение. – Мур передал каждому из своих заместителей по ксерокопии. – Насколько быстро можно сообщить об этом?

– На таком расстоянии? Придётся воспользоваться вертолётом – выходит, не меньше двух часов. Действовать следует как можно быстрее. – В голосе Грира ощущалась тревога.

– Мы не можем подвергать Кардинала опасности – точка. Подготовьте текст сообщения, и пусть ВМС или ВВС передадут его из рук в руки. – Муру самому не нравилось это, но выбора не было.

– Для этого потребуется слишком много времени! – громко возразил Грир.

– Мне тоже нравится твой парень, Джеймс. Разговоры тут не помогут. Принимайтесь за дело.

Грир вышел из кабинета директора, ругаясь, как может только старый морской волк. Впрочем, им он и был.

Подводный ракетоносец «Красный Октябрь»

– Товарищи матросы, старшины и офицеры «Красного Октября». С вами говорит ваш командир. – Голос Рамиуса был подавленным. Паника, возникшая на ракетоносце несколько часов назад, едва не кончилась настоящим мятежом. – Мы не сумели отремонтировать двигатель. Наши аккумуляторные батареи разряжены. Мы слишком далеко от Кубы, чтобы рассчитывать на помощь, как не можем рассчитывать и на помощь Родины. Системы жизнеобеспечения могут проработать всего несколько часов. У нас нет другого выхода. Придётся покинуть корабль.

Американский корабль оказался так близко от нас, предлагая то, что они называют помощью, совсем не случайно. Позвольте объяснить вам, товарищи, что произошло на самом деле. Вражеский агент совершил диверсию на нашем корабле, и каким-то образом американцам стало известно содержание наших приказов. Они ждали нас, товарищи, ждали нашего появления, надеясь захватить корабль в свои грязные лапы. Но это им не удастся! Команда будет снята с корабля, но наш славный «Красный Октябрь» американцам не достанется! Старшие офицеры вместе со мной останутся на корабле, и мы взорвём его. Глубина здесь пять тысяч метров. Наша подлодка не достанется врагу. Всей команде за исключением вахтенных собраться в кубриках. Это все. – Рамиус обвёл взглядом присутствующих в центральном посту. – Мы проиграли, товарищи. Бугаев, передайте соответствующие радиограммы в Москву и на американский корабль. Затем опустимся на сто метров. Я не хочу, чтобы у противника появилась возможность захватить нашу лодку. Всю ответственность за этот позор я беру на себя. Запомните это, товарищи. Один я виновен в случившемся – и никто более.

Спасательное судно «Пиджен»

– Получен сигнал SOS, – доложил радист.

– Вам приходилось бывать на подводной лодке, Райан? – спросил Кук.

– Нет. Надеюсь, это не так опасно, как полёты на самолёте. – Райан пытался шутить, но на самом деле это его страшно пугало.

– Ну что ж, размещайтесь в «Мистике».

Глубоководное спасательное устройство «Мистик»

ГСУ «Мистик» представляло собой всего лишь три металлические сферы, сваренные вместе, с гребным винтом позади. Мощная обшивка из толстых стальных листов, герметически закрывающая весь корпус, предохраняла его от давления воды. Первым через люк спустился Райан, за ним последовал Уилльямз. Они уселись в ожидании отправки. Команда ГСУ из трех человек уже работала.

«Мистик» был готов к погружению. По команде Кука лебёдки «Пиджена» опустили его в воду между двумя корпусами катамарана, и он сразу начал погружаться. Электрические двигатели устройства работали почти бесшумно. Его акустическая система малой мощности тут же обнаружила русскую подлодку, находящуюся в полумиле, на глубине девяносто футов. Команде «Мистика» сообщили, что это простая спасательная операция. Все трое были профессионалами. Через десять минут «Мистик» завис над носовым спасательным люком русского ракетоносца.

98
{"b":"641","o":1}