ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

«Как они это делают? — пробормотал Булли дрожащими губами. — Господи, как они это делают? Мы мчимся к Луне. Тора…»

Последнее слово он прокричал. Родан обернулся. Спутник Земли висел в небе, ясно видимый на переднем телеэкране. Несколько секунд спустя стали видны отдельные участки поверхности.

Сверкающие потоки огня вырывались из соплоподобных отверстий экваториального кольцеобразного обруча корабля в направлении, противоположном движению. Поэтому не было необходимости гасить достигнутую скорость путем разворота основного двигателя. Родан был в растерянности. Он пытался побороть свой взбунтовавшийся разум, пытавшийся доказать ему, что такие вещи попросту невозможны.

Это были сбивчивые мысли, не поддающиеся никакому осмыслению. Родан очнулся только от резкого окрика Торы. Она указывала рукой вверх. На одном из экранов показались три светящиеся точки.

«Ракеты! — сказал Булли. — Они над Южным полюсом. Я…»

Они находились в свободном падении. После того, как телеуправляемые станции пилотируемого спутника осуществили первый виток вокруг Луны, автоматические сигналы управления были прерваны.

Майор Родан был чуть ли не смертельно поражен этим. Но подполковника Фрейта, командира «Стардаста II», ничуть не взволновал неожиданный выход из строя телеуправления. Три корабля оставались на точно заданных орбитах. В остальном не произошло ничего, что Фрейт мог бы зарегистрировать как оборону. После второго витка от полюса к полюсу командование принял капитан Род Ниссен. Его визир работал с абсолютной точностью. Автоматика самоуправления трех ракетных бомб постоянно получала новые сигналы через командный прибор «Стардаста II».

Ниссен подождал, пока светящийся сигнал не станет красным. На телеэкране прибора обнаружения объектов появилось шарообразное сооружение. Оптическая телелокация, управляемая лейтенантом Рекертом, доложила о точной идентификации цели. Автоматические расчеты установили габариты объекта. Подполковник Фрейт предпринял отчаянную попытку:

«Командир „Стардаста II“ сопровождающим кораблям: цель обнаружена, местонахождение установлено. Внимание боевым офицерам: слушайте указания относительно обстрела. Капитану Ниссену: огонь».

Ниссен был само спокойствие. Он отсчитывал последние секунды. В грузовых отсеках развернувшихся лунных кораблей раздался щелчок в приборах самоуправления трех ракетных головок. Была проведена окончательная корректировка: установленная радиолокационным прибором управления артиллерийским огнем цель была введена в электронную «память» автоматического управления.

«…три… два… один… огонь», — скомандовал Ниссен через радиотелефонную связь.

Осуществленное им включение вызвало зажигание орудий. Военным техникам обеих сопровождающих ракет не оставалась ничего другого, как следить за безупречным выполнением команды.

Из развернутых бомбовых шахт выдвинулись три огнедышащих орудия. После непродолжительной вспышки телеэкрана наружного борта они уже исчезли. Тотчас пришла в действие автоматика самоуправления космических кораблей. Взревевшие двигатели невероятно большим ускорением вырвали их с орбиты.

Подполковник Фрейт думал только о своевременном спасении. Взрывы были страшными. Корабли мчались под острым углом. Далеко под ними, на расстоянии уже более 800 километров, перемещались поворотные регулирующие сопла реактивных снарядов. Цель была поймана автоматикой абсолютно точно.

Осуществленный в абсолютном вакууме атомный взрыв никогда не происходит так, как это было бы внутри плотной воздушной оболочки.

Значительное разрушительное действие, а именно ударная волна высокосжатых, раскаленных воздушных масс, отсутствует на безвоздушной Луне.

Поскольку сведений о силе действия атомных взрывов в безвоздушном пространстве пока еще нет, было решено осуществить зажигание трех зарядов водородных бомб самого тяжелого калибра. Цель находилась точно под нулевой точкой грунта одновременно происходящих ядерных реакций. Радиоактивные излучения считались несущественными, по крайней мере, в данном особом случае. Действие ударной волны должно было быть в безвоздушном пространстве гораздо более быстрым, чем в плотных слоях атмосферы. Собственно, оно было ограничено исключительно способностью расширения освобождаемых газов.

Поэтому никто не рассчитывал на возникновение искусственного солнца. Сначала засветились лишь очертания бело-голубого раскаленного шара, а потом он с неслыханной быстротой стал огромным и сияющим, словно солнце.

Атомного гриба тоже не было. Но зато южная полярная область Луны превратилась в кипящий ландшафт.

Постоянно увеличивающийся энергетический шар высвобожденных могучих сил можно было видеть теперь и с космических станций. Он стал таким мощным, что простирался уже за лунный горизонт.

Вспомогательная лодка арконидов с бешеной скоростью мчалась внутрь самых предельных участков действия взрыва. Родан потом уже не мог вспомнить, что он думал или чувствовал во время длящегося секунды прорыва сквозь горящий ад.

Он знал только, что все реакторы корабля с помощью невероятно быстро реагирующей позитроники были настроены на энергетический заслон.

Лодку вырвало с орбиты и швырнуло в космос. Только там она была принята и стабилизирована автоматическими устройствами.

Через десять минут после нападения шар неподвижно висел в пустом космосе. Тора была странно спокойна. Потухшими глазами она смотрела на энергетические экраны, ясно говорящие о катастрофе. Внутри этого сущего бурлящего ада лежали останки исследовательского крейсера.

Подождав несколько минут, Родан тихо спросил:

«Предполагаю, Выдумаете теперь о мести? Это похоже на Вас».

«Я думаю, что совершила ошибку», — спокойно ответила она.

Родан почувствовал, что наступил момент, когда он может приблизиться к этой женщине.

«Вы должны были бы лучше защитить корабль», — сказал он.

«Я недооценила людей, вот и все, — возразила она. — Не думайте, что командиршу Великой империи можно сломить уничтожением одного космического корабля. Что Вы предлагаете?»

Этот вопрос относился не только к сиюминутной ситуации. Так же, как и Родан, арконидка знала, что означало уничтожение материнского корабля.

Оба арконида, Тора и Крэст, были теперь окончательно отрезаны от Великой империи. Для них уже не существовало обратного пути. Поэтому Родан серьезно сказал:

«Давайте сначала приземлимся. Я попытаюсь добиться признания „Третьей власти“ как суверенного государства. Его существование должно быть гарантом мира».

Тора была внутренне подавлена. Родан догадывался об этом. Всего час спустя шаровидный корабль вновь сел на каменистой земле Гоби.

Снаружи в космосе, пока еще далеко от Земли, двенадцать мужчин облегченно вздохнули. Это были экипажи трех возвращающихся ракет.

«Неужели все позади! — прошептал подполковник Фрейт, взглянув на энергетические экраны. — Вы видели этот летящий призрак? С такими кораблями мы сможем пробиться в Галактику».

22.

Примерно через двадцать шесть часов после приземления вспомогательной лодки арконидов часть осадных войск была вновь собрана и снова открыла огонь по ставшему больше и стабильнее защитному экрану. Однако, около полудня командиры, кажется, поняли, что таким путем они ничего не добьются, и обстрел стал менее интенсивным.

Булли, игравший в шахматы с доктором Маноли, снял с головы шумозащитные наушники и улыбнулся своему партнеру.

«Сдавайся, Эрик, — предложил он. — Эту партию ты проиграл».

Маноли откинулся в кресле.

«А что ты думаешь? — осведомился Булли у Перри Родана, стоявшего позади врача и наблюдавшего за игрой.

«Я думаю, что будет ничья, — принял Родан Соломоново решение и занялся роботами арконидов, которые принесли уйму вещей из вспомогательной лодки.

Родан выглядел озабоченным.

«С этим добром Тора за несколько дней совершит революцию в мировой экономике», — сказал он задумчиво.

«Замечательная женщина, — заметил доктор Хаггард и посмотрел в сторону грузового отсека, где была арконидка. — Мне кажется, она развивает слишком бурную деятельность».

57
{"b":"6415","o":1}