ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Когда штурмовые группы разведчиков-диверсантов ворвались во дворец, участвовавшие в бою спецназовцы «мусульманского» батальона создали огневое кольцо, уничтожая вокруг все живое и защищая атакующих. Офицеры и солдаты личной охраны Х. Амина и его личные телохранители отчаянно сопротивлялись, не сдаваясь в плен: они приняли спецназовцев за собственную мятежную часть, от которой нельзя было ждать пощады. Но, услышав русские крики и мат, стали поднимать руки — многие из них прошли обучение в десантной школе в Рязани, и узнали, что такое мат. А русским сдавались потому, что считали их высшей и справедливой силой.

Бой шел не только во дворце. Одному из подразделений удалось отрезать личный состав танкового батальона от танков, а затем захватить эти танки. Спецгруппа взяла в плен личный состав зенитного полка и захватила его вооружение. Практически без боя было захвачено здание министерства обороны ДРА. Лишь начальник генерального штаба Якуб сумел забаррикадироваться в одном из кабинетов и начал по рации вызывать подмогу. Но, убедившись, что никто не спешит ему на помощь, сдался. В группе захвата присутствовал афганец, один из функционеров партии «Парчам», который зачитал «предателю» приговор "от имени партии и народа" и тут же застрелил его.

А что же происходило в это время с Х. Амином и советскими врачами? Вот что пишет Ю. И. Дроздов в своей книге "Вымысел исключен", приводя воспоминания одного из участников боя:

"Советские врачи попрятались кто куда мог. Сначала думали, что напали моджахеды, затем — сторонники Н. М. Тараки. Только позднее, услышав русский мат, они поняли, что действуют советские военнослужащие.

А. Алексеев и В. Кузнеченков, которые должны были идти оказывать помощь дочери Х. Амина (у нее был грудной ребенок), после начала штурма нашли «убежище» у стойки бара. Спустя некоторое время они увидели Х. Амина, который шел по коридору, весь в отблесках огня. Был он в белых трусах и в майке, держа в высоко поднятых, обвитых трубками руках, словно гранаты, флаконы с физраствором. Можно было только представить, каких это усилий ему стоило и как кололи вдетые в кубитальные вены иглы.

А. Алексеев, выбежав из укрытия, первым делом вытащил иглы, прижав пальцами вены, чтобы не сочилась кровь, а затем довел его до бара. Х. Амин прислонился к стене, но тут послышался детский плач — откуда-то из боковой комнаты шел, размазывая кулачками слезы, пятилетний сынишка Амина. Увидев отца, бросился к нему, обхватил за ноги. Х. Амин прижал его голову к себе, и они вдвоем присели у стены.

Спустя много лет после тех событий А. Алексеев рассказывал мне, что они не могли больше находиться возле бара и поспешили уйти оттуда, но когда шли по коридору, то раздался взрыв, и их взрывной волной отбросило к двери конференц-зала, где они и укрылись. В зале было темно и пусто. Из разбитого окна сифонило холодным воздухом и доносились звуки выстрелов. Кузнеченков стал в простенке слева у окна, Алексеев — справа. Так судьба их разделила в этой жизни".

По свидетельству участников штурма, в конференц-зале осколком гранаты был сражен врач полковник Кузнеченков. Однако все время находившийся рядом с ним Алексеев утверждает, что когда они вдвоем прятались в конференц-зале, то какой-то автоматчик, заскочив туда, дал, на всякий случай, очередь в темноту. Одна из пуль попала в Кузнеченкова. Он вскрикнул и сразу же умер…

Как умер Х. Амин? По свидетельству очевидцев, спецгруппа КГБ прорвалась к помещению, где находился Хафизулла Амин, и в ходе перестрелки он был убит офицером этой группы. Труп Амина завернули в ковер и вынесли.

Убитых афганцев (их число не установлено), в том числе и двух малолетних сыновей Амина, закопали в братской могиле неподалеку от дворца Тадж-Бек. Завернутый в ковер труп Х. Амина той же ночью был погребен там же, но отдельно от других. Никакого надгробия поставлено не было. Оставшихся в живых членов семьи Амина новая афганская власть посадила в тюрьму Пули-Чархи, где они сменили семью Н. М. Тараки. Даже дочь Амина, которой во время боя перебило ноги, оказалась в камере с холодным бетонным полом. Но милосердие было чуждо людям, у которых по приказу Амина были уничтожены их родные и близкие. Теперь они мстили.

Бой во дворе продолжался недолго — всего 43 минуты. Наступила тишина. В. В. Колесник и Ю. И. Дроздов перенесли командный пункт во дворец.

В тот вечер потери спецназа (по данным Ю. И. Дроздова) составили четверо убитых и 17 раненых. Был убит общий руководитель спецгрупп КГБ полковник Г. И. Бояринов. В «мусульманском» батальоне погибли 5 человек, ранены 35, из которых 23 остались в строю.

Вполне вероятно, что в суматохе ночного боя кое-кто пострадал от своих. На следующее утро спецназовцы обезоружили остатки бригады охраны. Более 1400 человек сдались в плен. Однако и после поднятия белого флага с крыши здания раздались выстрелы, один русский офицер и два солдата погибли.

"В ту драматическую ночь в Кабуле произошел не просто очередной государственный переворот, — вспоминал позже офицер «мусульманского» батальона, — при котором власть из рук «халькистов» перешла в руки «парчамистов», поддержанных советской стороной, а было положено начало резкой активизации гражданской войны в Афганистане. Была открыта трагическая страница как в афганской истории, так и в истории Советского Союза. Солдаты и офицеры — участники декабрьских событий — искренне верили в справедливость своей миссии, в то, что они помогают афганскому народу избавиться от тирании Х. Амина и, выполнив свой интернациональный долг, вернутся к себе домой. Они не были политологами и историками, учеными и социологами, которые должны были бы предсказать дальнейший ход событий и дать ему оценку. Они были солдатами, выполнившими приказ".

"Кокон" на кабеле

Однажды в советское посольство в США позвонил, а затем и лично явился американец, назвавшийся мистером Лонгом, бывшим сотрудником АНБ. Он предложил свои услуги и в качестве расчетной единицы пожелал использовать золотые слитки. Это было в 1980 году.

О себе он рассказал, что в 1979 году, после увольнения из АНБ, его финансовое положение резко ухудшилось. Затеянное строительство собственного дома потерпело крах из-за того, что приобретенные строительные материалы были разворованы, а страховка оказалась недостаточной для компенсации убытков. Семья проживала в лачуге, а его заработка — немногим больше 2000 долларов в месяц — едва хватало на то, чтобы содержать ее. Это и явилось причиной его поступка. Предложение мистера Лонга о сотрудничестве было принято.

Ему тут же, в посольстве, сбрили бороду, переодели в другой костюм и, посадив в микроавтобус, вместе с посольскими работниками отвезли в жилой комплекс посольства. Там накормили и затем скрытно вывезли к месту парковки его автомобиля. Следующая встреча с мистером Лонгом была назначена в Вене.

Первая поездка в Вену состоялась в октябре 1980 года. Теперь мистер Лонг раскрыл свое настоящее имя — Рональд Пелтон — и передал встретившемуся с ним сотруднику советской разведки подробные сведения о себе и о деятельности АНБ (он их выкладывал в течение четырех дней, по 8 часов в день).

Пелтон рассказал, что после окончания школы в родном городке Бентон-Харбор в штате Мичиган он, хотя и обладал достаточными знаниями и способностями, чтобы поступить в колледж, из-за недостатка средств был вынужден пойти на службу в ВВС. В 1964 году, проработав в ряде разведывательных подразделений и выучив русский язык, оставил военную службу, а в 1965 году перешел а АНБ, где и трудился до 1979 года.

Основная задача АНБ — информирование руководства и разведывательных ведомств США. Над получением, анализом и обработкой материалов трудятся сразу несколько служб и подразделений. Основной источник получения материалов — перехват и дешифровка радио, телефонной телеграфной и другой информации. Ее количество таково, что архив АНБ содержит миллионы километров бумажной ленты записей перехвата. По данным за 1980 год, АНБ засекречивало в среднем от 50 до 100 миллионов документов в год, а уничтожению подлежало около 40 тысяч секретных бумаг в день.

143
{"b":"6416","o":1}