ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

В конце 1970 — начале 1980-х годов АНБ состояло из 10 подразделений. Четыре были непосредственно связаны с добыванием информации из каналов связи. В одном из них, именуемом «Производство», и работал мистер Лонг — Рональд Пелтон. Первоначально подразделение делилось на несколько частей, которые занимались: советскими шифросистемами высокой стойкости и методами их вскрытия; советскими шифрами средней и слабой стойкости; шифросистемами социалистических стран; шифросистемами всех остальных стран. В начале 1960-х годов, после бегства в СССР двух криптоаналитиков АНБ Уильяма Мартина и Бернона Митчелла, «Производство» было реорганизовано. В нем были организованы так называемые группы, которые именовались по буквам английского алфавита: «A» — СССР и его союзники, «B» — социалистические страны Азии, «G» — страны третьего мира, а также сообщения, посылаемые из США в США, «C» — машинная обработка и «W» — перехват. В 1965 году при агентстве была открыта Национальная криптографическая школа (НКШ) для подготовки квалифицированных кадров. Как сообщает о нем американский, автор Рональд Кесслер, Пелтон успешно окончил НКШ и работал в группе «A» "подразделения". По его же данным, Пелтон успешно сотрудничал с советской разведкой пять лет, получив около 35 тысяч долларов, плюс деньги на оперативные расходы. Он был арестован весной 1985 года и в июне 1986 года предстал перед судом.

Но вернемся немного назад. Начало 1960-х годов можно назвать периодом наибольшего противостояния двух сверхдержав — СССР и США. Именно в этот период произошли скандалы, связанные с полетом шпионского самолета У-2, с обнаружением американского шпионского туннеля из Западного Берлина в Восточный. Именно тогда США начали проводить рассчитанную на многие годы крупномасштабную программу охвата Советского Союза блокадным кольцом стационарных и передвижных станций перехвата для слежения за его территорией.

Одной из самых секретных американских разведывательных программ в конце 1970-х годов было использование подводных лодок, которые систематически проникали в советские территориальные воды, иногда даже добираясь до военных портов.

Гордостью разведки ВМС США стала сверхсекретная операция «Вьюнок» — перехват информации с подводных кабельных линий связи. При этом исходили из того, что русские, полагая, что подводные кабели подслушивать невозможно, используют сравнительно несложные шифры, а в ряде случаев ведут переговоры открытым текстом.

Первое время для перехвата переговоров использовались подводные лодки. Но неудобство заключалось в том, что субмарины были вынуждены длительное время неподвижно стоять над кабелем. Требовалось заменить подводные лодки стационарным аппаратом, работающим автоматически, способным накапливать информацию и периодически «давать» ее подводной лодке, приходящей на связь. Такой аппарат был создан специалистами из АНБ в сотрудничестве с военными моряками. Аппарат, получивший название «Кокон», имел довольно сложное устройство и состоял из двух контейнеров, которые могли снимать информацию с кабеля без вскрытия его внешних оболочек. Источником питания служил атомный реактор.

При проведении операции «Вьюнок» "Кокон" был прикреплен к советскому подводному кабелю, проложенному по дну Охотского моря и соединяющему материк с полуостровом Камчатка. Именно по нему, по мнению АНБ, проходила информация, связанная с испытанием советских баллистических ракет, которую и намеревались получить американцы. Водолазы с подводной лодки установили «Кокон» с помощью робота. На аппарате красовалась табличка: "Собственность правительства США", словно специально оставленная как улика!

"Кокон" проработал недолго. Как-то раз, в 1981 году, на снимках, полученных со спутника, американцы заметили скопление советских судов именно там, где находился «Кокон». Сначала этому не придали серьезного значения, полагая, что рыбаки обнаружили крупные косяки рыбы и спешат взять большой улов. Но когда американская подводная лодка несколько позже прибыла в этот район для замены пленок, выяснилось, что «Кокон» исчез.

Вот что рассказал в газетном интервью бывший командующий Тихоокеанским флотом СССР, адмирал в отставке, Владимир Сидоров:

"Рыбаки, выйдя в море за камбалой и крабами, зацепили телефонный кабель и порвали его. Мне позвонили с Камчатки и сообщили, что из-за недисциплинированности рыбаков (в навигационных картах район, где пролегал кабель, был объявлен запретным для рыбной ловли) полуостров лишился связи. Попросили прислать кабельное судно, чтобы найти обрыв и восстановить связь.

Судна под рукой не оказалось — шли работы по прокладке кабеля в районе острова Сахалин. И только после окончания работ кабельное судно «Тавда» было мною переброшено в район предполагаемого обрыва.

Обрыв был обнаружен быстро, однако на Охотское море надвигался глубокий циклон, в районе прогнозировался ветер силой до 30 метров в секунду. Решили до окончания штормовой погоды направить судно в Магаданский порт. И вдруг ночью от командира кабельного судна приходит донесение о том, что во время поиска обрыва на кабеле обнаружен огромный контейнер иностранного производства, поднять который из-за плохой погоды нельзя. Кроме того, он настолько тяжел, что поднять его можно только носовым краном, на что потребуется не менее 2 часов.

В 5 утра командир «Тавды» доложил, что контейнер весом 7 тонн, длиной 5 метров поднят на борт. В голосе командира чувствовалась тревога — в хвостовой части контейнера повышается температура.

В Магаданскую гавань по погодным условиям судно зайти в тот день не смогло. И только через сутки оно было поставлено к стенке разгрузки, а затем контейнер на большом грузовике доставили на аэродром.

Там контейнер осмотрела большая группа экспертов КГБ и специалистов флота. Пришли к выводу, что он взрывоопасен. Кто-то предложил, от греха подальше, вывезти его за пределы аэропорта и взорвать. Но после дополнительных консультаций все же решили не взрывать, а направить в Москву. Так и поступили".

В Москве «Кокон» был тщательно обследован. Было установлено, что он является подслушивающим устройством, а повышение температуры, взволновавшее советских моряков, было вызвано ядерным реактором.

Естественно, что исчезновение «Кокона» встревожило спецслужбы США. В секретном докладе, подготовленном разведкой ВМС США в 1982 году в связи с расследованием обстоятельств пропажи «Кокона», случайность, как причина его обнаружения русскими, полностью отрицалась. В докладе утверждалось: "Русские точно знали, где и что искать". "Козла отпущения", вольного или невольного, нашли в Рональде Пелтоне. В первый же день судебного разбирательства ему было предъявлено обвинение в том, что данные об операции «Вьюнок» он передал советской разведке. В качестве свидетелей были допрошены два сотрудника АНБ, давшие оценку ущербу, который Пелтон нанес США. Руководитель группы «A» Уильям Кроуэлл подтвердил, что подслушивающее устройство в Охотском море "давало нам возможность взглянуть изнутри на вооруженные силы, их относительную численность и планируемые ими маневры". Дэвид Бейкон, бывший непосредственный начальник Пелтона, под присягой заявил, что те 57 кабельных каналов связи, проходивших по дну Охотского моря, на перехвате которых АНБ сконцентрировало свои усилия, позволяли АНБ проникать на "самые высшие уровни власти в СССР". Правда, эти показания привели к тому, что АНБ и в целом американскому государству пришлось признать, что они занимались неблаговидным делом — перехватом чужих сообщений. Но это уже "издержки производства".

Каким образом американская контрразведка вышла на Пелтона? В конце 1980-х годов в американскую печать просочились сведения, что обстоятельства утечки информации об операции «Вьюнок» стали ясны после показаний одного из бывших сотрудников КГБ в 1985 году. Эта наводка, по сообщениям американских СМИ, помогла сузить круг подозреваемых в работе на советскую разведку путем «прочесывания» всех сотрудников АНБ, которые имели или могли иметь отношение к операции в Охотском море и таким образом выйти на Пелтона.

144
{"b":"6416","o":1}