ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Созданные в большом количестве детские дома, "дома ребенка", детские коммуны, колонии, интернаты и другие детские учреждения, эвакуация детей в благополучные районы, кампания по усыновлению беспризорных и другие меры дали свои результаты.

Кстати, колонии не носили нынешнего характера "исправительно-трудовых", как многие полагают сейчас. Достаточно обратиться к трудам А. С. Макаренко, чтобы убедиться в этом.

Количество беспризорных и безнадзорных детей в стране резко сокращалось. Может быть, это простое совпадение, но памятник Ф. Э. Дзержинскому был воздвигнут там, где высятся здания не только спецслужб, но и универмага "Детский Мир".

По просьбе Ф. Э. Дзержинского, перегруженного работой в ОГПУ и Наркомате путей сообщения, а также в ЦК РКП(б), осенью 1923 года он был освобожден от руководства комиссией, работа которой была уже налажена, но до конца дней не переставал заботиться о детях. Ф. Э. Дзержинский ушел из жизни в 1926 году, не успев полностью завершить начатое дело. Несмотря на все принятые меры, в 1926 году в СССР оставалось еще около 290 тысяч беспризорных детей.

Накануне Великой Отечественной войны позорное явление беспризорности в стране было практически ликвидировано.

Детские колонии и коммуны НКВД существовали до самой войны. Двумя из них (имени Ф. Э. Дзержинского и А. М. Горького, которые при объединении получили имя Ф. Э. Дзержинского) руководил великий педагог А. С. Макаренко. Как-то на вопрос о своих наградах он ответил: "Золотые часы от имени НКВД".

Из числа бывших воспитанников детских учреждений для беспризорных выросли сотни тысяч тех, кто встал грудью на защиту Родины в годы Великой Отечественной войны. Война принесла народу новые страдания, в том числе и всплеск детской беспризорности. Но уже несколько лет спустя с ней было покончено. Сейчас, в 2003 году, в мирное и неголодное время, в России, по разным данным, насчитывается от 2 до 3 миллионов беспризорных детей.

Операция "Синдикат-2"

Хрестоматийная операция «Синдикат-2» известна многим. Тем не менее книга о великих операциях разведки была бы неполной без хотя бы краткого рассказа о ней. Эта операция интересна не только сама по себе, но и тем, что стала образцом для многих других, проведенных российскими разведчиками в последующие годы.

После окончания Гражданской войны белогвардейские силы, разобщенные и изолированные друг от друга, уже не представляли серьезной опасности для советского строя. Однако в союзе с империалистическими разведками и внутренней контрреволюцией они еще могли причинить немало бед. Белая эмиграция, насчитывавшая от полутора до двух миллионов человек, имела остатки армии, издавала свыше полусотни газет и поддерживала многочисленные связи с международным капиталом. Из ее рядов разведки вербовали агентуру, создавали многочисленные антисоветские эмигрантские организации, строившие планы интервенции и свержения советской власти.

В эти годы основные акции, проводимые ВЧК — ОГПУ, были направлены не столько против иностранных разведок, сколько против различных зарубежных антисоветских центров и их филиалов в России. Сейчас многие относятся к ним как к некоему подобию "Меча и Орала", высмеянного Ильфом и Петровым в "Двенадцати стульях", но в те времена это были боевые, действенные организации, состоящие из молодых людей, рвавшихся в бой и представлявших серьезную опасность.

Одним из таких центров был "Народный союз защиты родины и свободы" (НСЗРиС), который возглавлял Борис Савинков, эсер, террорист, приговоренный к смертной казни царским судом; министр Временного правительства; организатор антисоветских мятежей в Ярославле, Рыбинске и Муроме; участник Первой мировой войны в рядах французской армии и Гражданской войны в России на стороне белых — Краснова, Колчака, мятежных чехословаков; создатель так называемой Русской народной армии, воевавшей на стороне польского правителя Пилсудского; лютый враг советской власти; незаурядный писатель. В общем, яркая и колоритная фигура.

В начале 1921 года, находясь в Польше, Савинков создал новую военную организацию — НСЗРиС. Ее вооруженными формированиями руководил полковник С. Э. Павловский. На создание НСЗРиС болезненно реагировало советское правительство, и после его ноты поляки предложили Савинкову покинуть страну. Он перебрался в Париж.

К этому времени на территории России уже было арестовано около 50 активных членов этой организации. Состоялся открытый судебный процесс, на котором были выявлены связи Савинкова с польской и французской разведками, подготовка мятежей и иностранного вторжения. Были получены сведения, что еще в январе 1921 года Савинков в своем обращении к военным министрам Франции, Польши и Великобритании указывал, что после падения Врангеля он представляет единственную "реальную антибольшевистскую силу, не сложившую оружия".

То, что савинковцы "не сложили оружия", доказали кровавые рейды отрядов полковника Павловского по территории Советской Белоруссии, когда десятки мирных граждан были убиты, растерзаны, изнасилованы бандитами.

Имея агентуру в России, Савинков снабжал шпионской информацией генеральные штабы Польши, Англии и Франции, за что получал немалые деньги: от французской миссии в Варшаве 1,5 миллиона польских марок, от польского генштаба 500–600 тысяч, а от МИДа Польши 15 миллионов ежемесячно. Поступления шли и из других источников, в том числе от русских капиталистов, вовремя пристроивших свои деньги за рубежом.

Агенты Савинкова занимались не только шпионажем, но и диверсиями, террором и организационной работой по созданию многочисленных ячеек и резидентур на советской территории, подготовкой к открытому вооруженному выступлению, первоначально намеченному на август 1921 года. Савинков рассчитывал, что успеху восстания будут способствовать трудности, связанные с хозяйственной разрухой и голодом в губерниях.

Однако, приняв в 1921 году нэп и заменив продразверстку продналогом, Советское правительство изменило внутриполитическую обстановку в стране, лишило Савинкова опоры на массы, тем самым нарушило его планы. Тем не менее он не унимался. Он произвел реорганизацию «Союза» и продолжал подрывную деятельность, стремясь восстановить связи с резидентурой и действовавшими в России агентами.

По указанию Ф. Э. Дзержинского, органы ОГПУ (Объединенное Государственное Политическое управление, сменившее ВЧК), воспользовавшись намерениями Савинкова, разработали операцию под условным названием «Синдикат-2» для установления контакта с Савинковскими центрами в Париже, Варшаве и Вильно через якобы существующую антисоветскую организацию и для вывода Савинкова на советскую территорию.

Летом 1922 года при нелегальном переходе польско-советской границы был задержан видный деятель «Союза» и доверенный сотрудник Савинкова Леонид Шешеня, направлявшийся в Смоленск и Москву для установления связи с ранее заброшенными агентами Герасимовым и Зекуновым, которые были на основании его показаний арестованы. Герасимов был осужден, его подполье — свыше 300 человек — разгромлено, а Шешеня и Зекунов завербованы для работы против Савинкова.

К этому времени был разработан план, включавший легендирование на территории России контрреволюционной организации "Либеральные демократы" (ЛД), которая якобы была готова к решительным действиям по свержению большевиков, но нуждалась в опытном политической руководителе, каковым она считала Б. В. Савинкова.

В Польшу был направлен Зекунов с рекомендательным письмом Шешени к его родственнику, видному деятелю «Союза» Фомичеву. В письме Шешеня сообщал о благополучном прибытии в Москву и о том, что ему удалось познакомиться с лицами, состоящими в некоей "эсеровской организации", членом которой является и Зекунов. При этом упоминался ответственный армейский чин — полковник Новицкий, давний знакомый Савинкова, который прислал для передачи полякам секретные документы генштаба Красной армии. Эти документы, переданные французам и полякам, заслужили высокую оценку их штабов, а Савинков удостоился благодарности и дополнительного вознаграждения для своих агентов.

39
{"b":"6416","o":1}