ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A
* * *

Значительный вклад в информирование Москвы о надвигающейся опасности гитлеровского нашествия внесли нелегальные резидентуры военной разведки.

В Бельгии действовали две резидентуры — Леопольда Треппера, не имевшая названия, и Константина Ефремова («Паскаль») Впоследствии обе они вошли в историю под именем «Красной капеллы».

Талантливый вербовщик Треппер создал агентурную сеть, состоящую из ценных источников. Ему на связь были переданы также агенты, завербованные легальным резидентом. Разведупра, генералом Суслопаровым, занимавшим пост советского военного атташе при правительстве Виши. Благодаря этому Треппер стал направлять через Суслопарова материалы о численности и дислокации немецких войск во Франции. В середине мая 1941 года Треппер передал особо важное сообщение о том, что немцы через Швецию и Норвегию перебросили в Финляндию около 500 тысяч солдат, а все высшие руководители «Организации Тодта» переведены в Польшу. Он также сообщил о передвижении немецких войск из Франции к советским границам и называл дату возможного нападения на СССР — 20—25 мая 1941 года. Сообщение с точной датой начала войны Треппер передал через Суслопарова 21 июня 1941 года.

После отъезда Суслопарова Треппер и его резидентура остались без связи с Москвой.

В Швейцарии обосновалась нелегальная резидентура «Дора», руководителем которой был венгерский коммунист Шандор Радо. В его резидентуре были люди, одновременно работавшие на советскую, английскую, чешскую и швейцарскую разведки. К тому же польская «Экспозитура», германская и французская спецслужбы нередко привлекали агентов, используемых «Дорой».

И не случайно в сообщения Радо нередко проскальзывала дезинформация, что он и сам признает в своей книге воспоминаний «Под псевдонимом „Дора“. Например:

«06.06.40. Директору.

По высказыванию японского атташе Гитлер заявил, что после быстрой победы на Западе начнется немецко-итальянское наступление на Россию. Альберт».

В мае 1941 года, в связи с тем, что возросла угроза нападения Германии на СССР, Центр приказал Радо установить контакт с резидентурой Р. Дюбендорфер («Сиси»), которая с сентября 1939 года не имела связи с Москвой.

Это было выполнено, но, несмотря на слияние групп, «Сиси» сохранила относительную самостоятельность. Советская разведка иногда работала непосредственно с ней, используя шифры, известные ей, но неизвестные Радо. Его это несколько задевало, но как дисциплинированный разведчик и хороший конспиратор, он принял этот приказ как должное.

Тревожные телеграммы продолжали поступать от «Доры»:

«02.06.41. Директору.

Все немецкие моторизованные части на советской границе в постоянной готовности, несмотря на то, что напряжение сейчас меньше, чем было в конце апреля — начале мая. В отличие от апрельско —майского периода подготовка на русской границе проводится менее демонстративно, но более интенсивно. Дора».

«17.06. 41. Директору.

На советско-германской границе стоят около ста пехотных дивизий, из них одна треть моторизованные. Кроме того, десять бронетанковых дивизий. В Румынии особенно много немецких дивизий у Галаца. В настоящее время готовятся отборные дивизии особого назначения, к ним относятся Пятая и Десятая, дислоцированные в генерал-губернаторстве. Дора».

18 июня 1941 года в Центр пришла шифровка:

«Директору.

Нападение Германии на Россию намечено на ближайшие дни. Дора».

Так началась война. И сразу же поступила еще одна, трогательная и волнующая радиограмма:

«23.06.41. Директору.

В этот исторический час с неизменной верностью, с удвоенной энергией будем стоять на своем посту. Дора»

И еще одна — знаменитая токийская нелегальная резидентура Рихарда Зорге («Рамзай»), о которой уже написано много всякой всячины, правдивой и не совсем. Но мы сейчас коснемся только информации, поступавшей от Зорге в период, предшествовавший нападению немцев на СССР. Сразу отметим, что сообщения Зорге, помимо достоверной, содержали и дезинформацию. Этого нельзя было избежать, — ведь он основывался на тех сведениях, которые получал от своих «друзей» из немецкого посольства.

Кроме того, нужно отметить еще один момент. Мне больно писать об этом, так как я и сам грешен, но приходится. Большинство авторов, писавших о Зорге, основывались не на архивных материалах, а на уже напечатанных, а зачастую и сфабрикованных. Дело в том, что никто из авторов полного доступа к архивам ГРУ не получил. Опирались либо на имеющиеся открытые источники, либо на материалы, выборочно представляемые цензорами из аппарата этого ведомства. В результате родился миф, в который, к сожалению, поверили и сами авторы, и их читатели.

Серьезный анализ информации, поступившей от Рихарда Зорге в 1941 году, стал возможен совсем недавно. Опубликован сборник документов об истории военно-политического противоборства СССР и Японии в 1930—1940-е годы. В нем впервые приводятся полные тексты радиограмм группы «Рамзай» за 1941 год.

Исследователь Е.А. Горбунов в своей глубокой и умной книге «Схватка с черным драконом» проанализировал все, что было напечатано о Зорге, начиная от первых публикаций 1965 года и до 2002 года. Он ссылается также на книгу другого исследователя, Фесюна, «Дело Зорге» с подзаголовком «Неизвестные документы». Это — наиболее полная подборка документов из «дела Зорге», хранящегося в архиве ГРУ. Читателям, которых особенно заинтересовала тема Зорге, я советую обратиться к этим источникам.

Тот факт, что в радиограммах Зорге содержится много дезинформационных сведений, объясняется просто. И посол, и военный атташе Германии имели задание распространять дезинформацию о сроках нападения Германии и численности войск, «поощрять всякую фантазию». И, даже вполне доверяя Зорге и делясь с ним «военной тайной», они допускали, что он, как журналист, в свою очередь, может с кем-то поделиться «новостями» и тем самым будет способствовать распространению дезинформации.

Поэтому обвинять Зорге ни в чем нельзя. Великий разведчик сделал все, что было в его силах.

Мы же используем лишь те достоверные документы кануна войны, которые Зорге направил в Москву. Их оказалось не так уж и много. И ни о какой дате 22 июня не может быть и речи.

2 мая: Гитлер исполнен решимости разгромить СССР и заполучить европейскую часть страны. С 30 мая сообщения о достаточно точных сроках нападения на СССР. 30 мая: война начнется во второй половине июня. 1 июня: срок начала войны переносится на 15 июня. 15 июня война задерживается до конца июня.

Последняя телеграмма перед войной поступила от Зорге 20 июня. В ней говорится: «Германский посол в Токио Отт сказал мне, что война между Германией и СССР неизбежна. Германское военное превосходство дает возможность разгрома последней большой европейской армии». Симптоматично, что в опубликованном тексте этой телеграммы нет никаких резолюций и пометок о рассылке. Следовательно, Сталину она не докладывалась. А новость, сообщенная в ней, уже не была новостью: о ней кричала вся мировая пресса.

* * *

Помимо легальных и нелегальных зарубежных резидентур военная разведка имела еще один важный источник информации. Это — разведотделы Прибалтийского, Белорусского (позднее Западного) и Киевского военных округов. Их разведсводки и спецсообщения докладывались в Центр, где с ними внимательно знакомились и во многих случаях использовали для доклада руководству страны. События 1939—1940 годов отрицательно повлияли на агентурные возможности разведотделов: границы передвинулись далеко на запад, и почти вся закордонная агентура оказалась в собственном глубоком тылу. Тем не менее разведотделы сумели частично перестроить свою работу.

* * *

Всю добываемую военными разведчиками информацию в виде сводок, спецсообщений и записок за подписью начальника управления рассылали руководителям государства и НКО. Об этом вспоминает бывший начальник ГРУ П.И. Ивашутин:

69
{"b":"6417","o":1}