ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Привет, — обратился он к копу.

Постовой Питер Доукинс из городской полиции Денвера уже изрядно замёрз, хотя родился и вырос в Колорадо. Ему поручили стоять у ворот, отведённых для проезда прессы и важных лиц, — он получил этот пост лишь потому, что был одним из самых младших полицейских. Те, что постарше, выбрали себе места потеплее.

— Кто вы такой? — спросил Доукинс.

— Технический персонал, — ответил Расселл. — Это ведь въезд для прессы, верно?

— Да, но вас нет в моём списке. — На стоянке для особо важных лиц количество мест было ограничено, и Доукинс не собирался пропускать кого угодно.

— В фургоне «А» вышел из строя видеорекордер, вон там, — объяснил Расселл, делая жест в сторону фургона компании Эй-би-си. — Нам пришлось привезти запасной.

— Никто не предупредил меня об этом, — заметил полицейский.

— И меня никто не предупредил до шести вечера накануне. Пришлось тащить проклятую штуку из Омахи. — Расселл взмахнул блокнотом куда-то в направлении штаб-квартиры телевизионной компании. Госн, сидящий сзади, вне поля зрения полицейского, затаил дыхание.

— А почему не доставили самолётом?

— Да потому что «Федерал-экспресс» не работает по воскресеньям, а чёртов аппарат слишком велик и не пролезает в дверь «Лиэрджета». Но я не жалуюсь, приятель. Я — техник из Чикаго, понимаешь? Мне платят сверхурочные — в три с половиной раза больше, чем в обычные дни, ясно? Это когда мы работаем далеко от дома, по особым случаям и в выходные дни.

— Звучит совсем неплохо, — согласился Доукинс.

— Больше, чем я зарабатываю в будние дни за всю неделю, так что продолжайте расспрашивать, приятель. — Расселл усмехнулся. — Я получаю доллар с четвертью каждую минуту.

— У вас, должно быть, крепкий профсоюз.

— Это уж точно, — засмеялся Марвин.

— Знаешь, куда ехать?

— Конечно, сэр.

Расселл тронулся с места. Госн с облегчением вздохнул, когда фургон снова покатил вперёд. Он слышал каждое слово, уверенный, что сейчас все сорвётся.

Доукинс смотрел вслед фургону. Он глянул на часы и сделал пометку в своём блокноте. По какой-то причине капитан требовал, чтобы рядом с номером каждого приехавшего автомобиля стояло время появления у стадиона. Доукинс не понимал смысла этого приказа, но далеко не все распоряжения капитана имеют смысл, правда? Лишь мгновение спустя он понял, что на только что въехавшем фургоне компании Эй-би-си номерные знаки штата Колорадо. Странно, подумал он, и в этот момент подъехал роскошный «линкольн». Этот автомобиль был внесён в список — в нём приехал президент Американской конференции НФЛ. Важные лица стараются приехать пораньше, подумал Доукинс, чтобы расположиться в своих ложах и взяться за выпивку. Накануне ему довелось попасть в число тех полицейских, которым было поручено следить за безопасностью во время вечеринки, организованной этим самым президентом, и у него на глазах каждый богатый придурок из Колорадо напился вусмерть вместе с разными политиками и другими важными лицами, съехавшимися со всей Америки, — почти все полные болваны, подумал молодой полицейский, видевший своими глазами, что они вытворяли. По-видимому, Хемингуэй был всё-таки прав: богатые отличаются от остальных лишь тем, что у них больше денег.

В двухстах ярдах от полицейского Расселл остановил фургон и вытянул ручной тормоз, не выключая двигателя. Госн перелез в заднюю часть машины. Матч должен начаться в 16.20 по местному времени. Важные события, решил Ибрагим, всегда начинаются с опозданием. По-видимому, игра начнётся не раньше 16.30. К этому он прибавил ещё полчаса и установил момент взрыва на 17.00 поясного времени Скалистых гор. Выбранные наугад моменты всегда устанавливают на час с нулями, да и к тому же сам момент взрыва был выбран ещё несколько недель назад — в течение первого часа после начала матча.

У этого устройства не было очень уж надёжного предохранительного приспособления. На каждой из дверок, ведущих внутрь корпуса, Госн установил защищающий её простой взрыватель, но у него не было времени заняться этим всерьёз, защитить устройство, находящееся внутри, чем-то более надёжным и совершенным. Впрочем, подумал Госн, это даже к лучшему. Сильные порывы северо-западного ветра сотрясали фургон, и чувствительный выключатель с перекидной головкой мог оказаться здесь совсем неуместным, даже опасным.

Между прочим, понял он с опозданием, даже если сильно захлопнуть дверцу… Что же ещё ты забыл предусмотреть? — подумал он. Госн напомнил себе, что в такие моменты его всегда охватывают самые пугающие мысли. Он ещё раз вспомнил, что проделывал до этого момента. Все, абсолютно всё было проверено по сотне раз и даже больше. Устройство готово. Ну, разумеется, после такой работы… Разве он не потратил несколько месяцев на самую тщательную подготовку?

Инженер ещё раз проверил электрические цепи. Все контуры функционировали нормально. Низкая температура почти не сказалась на аккумуляторах. Он присоединил провода к таймеру — вернее, попытался присоединить. Его руки настолько замёрзли, что пальцы едва шевелились и дрожали от волнения. Госн тут же прекратил работу, преодолел волнение и со второй попытки закрепил провода на клеммах таймера, надёжно завернув гайку.

Вот и все, подумал он, закрыл дверцу, ведущую внутрь механизма, чем привёл в действие защитное устройство — теперь уже открыть дверцу не сможет никто, — и осторожно отодвинулся от бомбы, готовой к взрыву. Сейчас это была уже настоящая бомба.

— Кончил? — спросил Расселл.

— Да, Марвин, — тихо произнёс Госн и опустился на переднее сиденье рядом с Расселлом.

— Тогда пошли отсюда.

Марвин подождал, пока Ибрагим вышел из кабины, и запер правую дверцу. Затем спрыгнул на асфальт сам и повернул ключ в замке. Фургон был теперь заперт. Они повернулись и пошли на запад, мимо больших телевизионных фургонов спутниковой связи с огромными параболическими антеннами. Каждый из них стоит миллионы, подумал Марвин, и все до единого будут уничтожены вместе с сидящими в них техниками и комментаторами — вроде тех, которые превратили убийство его брата в низкопробное зрелище. Их смерть ничуть не беспокоила Марвина, ничуть. Через несколько секунд огромное здание стадиона заслонило Расселла и Госна от пронизывающего ветра. Они шли через автомобильную стоянку, мимо начавших приезжать болельщиков, уже заполнявших стоянку, большинство их было из Миннесоты. В машинах сидели люди в тёплой одежде и с пакетиками арахиса в руках. У некоторых на головах красовались шляпы с рогами — ну, конечно, подумал Марвин, поклонники «Викингов».

Куати ждал их в арендованном автомобиле, стоявшем в переулке. Он передвинулся с места водителя, уступив руль Марвину. Движение становилось все более напряжённым, и, чтобы избежать пробок, Расселл поехал кружным путём, который он выбрал накануне.

— Знаете, ребята, всё-таки жаль нарушить такой матч.

— Почему ты так считаешь? — спросил Куати.

— Вот уже пятый раз «Викинги» играют в финале Суперкубка. На этот раз у них все шансы одержать победу. Этот их новичок, Уиллс, — он выступает в нападении — какое-то чудо. Со времён Сэйерса не было такого футболиста. А вот теперь из-за нас никто не увидит, что происходит на поле. Жаль. — Расселл покачал головой и ухмыльнулся при мысли о иронии судьбы. Ни Госн, ни Куати даже не подумали, чтобы ответить на его замечание, но Расселл и не ждал от них ничего другого. Разве у арабов есть чувство юмора? Стоянка у мотеля выглядела пустой. Все, кто жил здесь, были болельщики той или другой команды, подумал Марвин, открывая дверь.

— Готовы к отъезду?

— Да. — Госн переглянулся с командиром. Жаль, конечно, но другого выхода нет.

В комнате ещё не убирали, но какое это имеет значение? Марвин вошёл в туалет и закрыл за собой дверь. Выйдя, американец увидел, что оба араба стоя ждут его.

— Пошли?

— Пошли, — ответил Куати. — Ты не поможешь мне с чемоданом, Марвин?

— Конечно. — Расселл повернулся и протянул руки к чемодану, который лежал на металлической полке. Он не видел стального стержня, который ударил его по затылку. Коренастое мускулистое тело опустилось на изношенный ковёр. Куати понял, что, хотя удар был сильным, американец остался жив, только потерял сознание. Командир слабел с каждым днём. Госн помог перенести тело Расселла в ванную, и они положили его на пол, лицом кверху. Мотель был дешёвым, и ванная комната оказалась маленькой, слишком маленькой для предстоящей работы. Сначала потерявшего сознание индейца хотели уложить в ванну, но тогда им не хватало места, чтобы обоим стоять рядом. Куати пришлось опуститься на колени, а Госн, разочарованно пожав плечами, взял с вешалки полотенце и обмотал шею Расселла. Тот уже начал приходить в себя. Его руки зашевелились. Госн понял, что нужно торопиться. Куати передал ему острый нож, который прихватил в кафе во время вчерашнего ужина. Госн взял нож и глубоко вонзил его в шею Расселла, под правым ухом. Струя крови брызнула, словно из разрезанного шланга, так что Ибрагиму пришлось закрыть рану полотенцем, чтобы его не забрызгало кровью. Затем он точно так же перерезал сонную артерию на левой стороне шеи. Мужчины прижимали полотенце к ранам, будто пытаясь остановить поток крови.

205
{"b":"642","o":1}