ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Одетый в свой защитный костюм со свинцовой подкладкой, Парсонс тяжело шагал по лужайке, покрытой снегом. Похоже, в доме жила пожилая пара. Дети не станут вместо снежной бабы лепить ангелов. Радиометр щёлкал все чаще… Вот здесь.

По размеру осадки чуть превышали частицы пыли, но их оказалось много. Скорее всего это превращённые в пыль гравий и асфальт с автомобильной стоянки, подумал Парсонс. Если ему повезло, то эти осадки втянуло в центр огненного шара и они слились с частицами вещества самой бомбы. Если повезло. Парсонс подцепил совком тёмные частицы и высыпал их в пластиковый мешочек. Затем бросил мешочек своему напарнику, тут же опустившему его в свинцовое ведро.

— Очень высокая степень радиации, Ларри!

— Знаю. Возьму ещё один образец.

Он подцепил совком ещё горстку тёмных частиц и тоже высыпал их в мешочек. Затем поднёс к губам портативную рацию.

— Говорит Парсонс. Нашли что-нибудь?

— Да, три хороших образца, Ларри. Думаю, для анализа достаточно.

— Встретимся у вертолёта.

— Иду.

Парсонс вместе с напарником пошёл прочь, не обращая внимания на любопытные глаза, наблюдающие за ними из окон дома.

В данный момент эти люди не интересовали его. Слава Богу, подумал он, что они не докучали вопросами. Вертолёт со все ещё вращающимся ротором стоял посреди улицы.

— Куда теперь? — спросил Энди Боулер.

— Летим на командный пункт, это там, где раньше был торговый центр. Там, должно быть, поуютнее. А ты забирай образцы и прогони их через спектрометр.

— Тебе тоже стоило бы присутствовать при этом.

— Не могу, — качнул головой Парсонс. — Должен позвонить в Вашингтон. Это не то, о чём нам говорили. Кто-то напортачил, и я должен сообщить об этом. Нужно где-то найти наземную линию связи.

* * *

В конференц-зал было проведено не меньше сорока телефонных линий, причём одна из них была прямой линией Райана. Его внимание привлекло электронное жужжание. Джек нажал на мигающую кнопку и поднял трубку.

— Райан слушает.

— Джек, что происходит? — спросила мужа Кэти Райан. В её голосе звучала тревога, хотя паники не было.

— Что ты имеешь в виду?

— Местная телевизионная станция сообщила, что в Денвере взорвалась атомная бомба. Это — война, Джек?

— Кэти, я не могу… — нет, милая, это не война.

— Джек, они показали разрушения. Может быть, мне нужно что-то предпринять?

— Нет, Кэти. Ты знаешь почти столько же, сколько и я. А мы знаем только, что там что-то произошло. Но обстоятельства неизвестны, и мы пытаемся выяснить их. Президент со своим советником по национальной безопасности находится в Кэмп-Дэвиде и…

— С Эллиот?

— Да. Сейчас они ведут переговоры с русскими. Прости, дорогая, у меня много работы.

— Может быть, увезти куда-нибудь детей?

Правильным ответом на этот вопрос, честным, хотя и тревожным, сказал себе Джек, будет ответить жене, что ей нужно остаться дома, что им нужно разделить опасность со всеми остальными, однако беда в том, что он сам не знает, где его семья окажется в безопасности. Райан посмотрел в окно, медля с ответом.

— Нет.

— Лиз Эллиот даёт советы президенту?

— Да.

— Джек, она маленький, слабый человек. Может быть, она умна, но внутренне слаба и нерешительна.

— Мне это известно. Кэти, я действительно должен заниматься работой.

— Я люблю тебя, Джек.

— И я тоже люблю тебя, дорогая. До свиданья. — Джек положил трубку. — Новости стали всеобщим достоянием, — громко произнёс он. — Вместе с фотографиями.

— Джек! — окликнул его старший дежурный офицер. — Только что поступила молния из «Ассошиэйтед пресс»: перестрелка между американскими и советскими частями в Берлине. Агентство Рейтер сообщило о взрыве в Денвере.

Райан позвонил Мюррею.

— Ты получил сообщения из службы новостей?

— Джек, я знал, что из этого ничего не выйдет.

— Что ты имеешь в виду?

— Президент отдал нам приказ закрыть телевизионные компании. Думаю, мы где-то допустили ошибку.

— Просто великолепно! Тебе следовало отказаться выполнять такое распоряжение, Дэн.

— Я попытался.

* * *

В мире коммуникаций было слишком много дублирования, слишком часто пересекались интересы. Два спутника связи, обслуживающие Соединённые Штаты, все ещё функционировали, и система микроволновых ретрансляторов, предшествовавшая спутниковой связи, продолжала действовать. Основные телевизионные компании управлялись не только из Нью-Йорка и Атланты. Бюро компании Эн-би-си, получив тайное сообщение из центра Рокфеллера, взяло на себя управление всей телевизионной сетью. Си-би-эс и Эй-би-си сделали то же самое, передав управление сетями соответственно Вашингтону и Чикаго. Раздражённые репортёры сообщили телезрителям, что агенты ФБР грубейшим образом нарушили первую поправку к Конституции США и «захватили в качестве заложников» сотрудников служб новостей главных телевизионных компаний в их штаб-квартирах. Эй-би-си была вне себя от ярости из-за гибели всей своей группы в Денвере, но даже смерть сотрудников мало что значила по сравнению с масштабами сенсации. Общеизвестный «кот» вырвался из мешка, и телефонные линии в комнате для прессы в Белом доме раскалились докрасна. Многим репортёрам был известен номер телефона в Кэмп-Дэвиде. Там неизменно отвечали, что президент не может сейчас сделать никакого заявления. Это только ухудшило ситуацию. Филиал компании Си-би-эс в Омахе, штат Небраска, всего лишь послал своих сотрудников, которые проехали мимо штаба стратегической авиации и сразу обратили внимание на усиленную охрану и на то, что аэродром опустел. Эти фотографии будут опубликованы по всей стране и разойдутся по всем телевизионным станциям уже через несколько минут, но наилучшую — или наихудшую — службу сослужили местные станции. В Америке вряд ли найдётся город, где не было бы арсенала национальной гвардии или базы для резервистов. Попытка скрыть лихорадочную деятельность, повсеместно охватившую их, была равносильна попытке скрыть восход солнца, и службы новостей немедленно информировали всех об этом. Для того чтобы подтвердить серьёзность этих сообщений, понадобилось всего лишь несколько минут показа сделанной в Денвере станцией KOLD видеозаписи, которая повторялась снова и снова, и сразу стало понятно, что происходит.

* * *

Все телефоны в Пресвитерианской больнице Авроры были заняты. Парсонс знал, что в его власти освободить любой из них, но ему показалось проще перейти улицу к почти пустому торговому центру. Там он увидел агента ФБР в синей служебной куртке, на которой крупными буквами значилось место его работы.

— Вы — тот самый парень со стадиона? — спросил Парсонс. Он уже снял шлем, но на нём всё ещё был металлический защитный костюм.

— Да.

— Мне нужен телефон.

— Можете сберечь свои четвертаки.

Они стояли у магазина мужской одежды. На его двери была наклейка, что магазин принят на охрану с сигнализацией, но сигнализация выглядела дешёвой и ненадёжной. Агент достал свой табельный револьвер и выстрелил пять раз в толстое стекло.

— Прошу, дружище.

Парсонс подбежал к прилавку, снял трубку телефона, принадлежащего магазину, и набрал номер своей штаб-квартиры в Вашингтоне. Телефон молчал.

— Вы куда звоните?

— Вашингтон, округ Колумбия.

— Междугородная связь не действует.

— Почему? Телефонная компания не должна была так пострадать от взрыва.

— Мы отключили междугородную связь. По приказу из Вашингтона, — объяснил агент.

— И кто же отдал этот идиотский приказ?

— Президент.

— Поразительно. Мне нужно немедленно позвонить.

— Подождите. — Агент снял трубку и набрал номер своего отделения.

— Хоскинс слушает.

— Говорит Парсонс, руководитель группы по чрезвычайным ситуациям при ядерных катастрофах. Вы можете передать в Вашингтон то, что я сейчас вам скажу?

— Конечно.

— Тогда слушайте. Бомба взорвалась на поверхности, её мощность менее пятнадцати килотонн. Мы отобрали образцы осадков для анализа. Сейчас их везут в Рок-Флэтс, где будут изучать на спектрометре. Вы уверены, что сможете передать это?

245
{"b":"642","o":1}