ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Мы сохраняем полный контроль над ситуацией, Райан.

— Я и не имел в виду ничего иного, Лиз, — ответил Джек, удерживаясь от слов, которые ему хотелось произнести. — Создалась сложная ситуация, и он обеспокоен не меньше нас. Нармонов пытается понять, что происходит, — как и все мы. Дело в том, что никто не знает всех обстоятельств происходящего.

— А кто в этом виноват? Это ведь ваша работа, правда? — раздражённо спросил Фаулер.

— Вы совершенно правы, господин президент, и мы занимаемся этой проблемой. Множество людей вовлечено в сбор информации.

— Роберт, текст телеграмм из Москвы похож на обычную нармоновскую манеру говорить? Ты ведь встречался с ним, беседовал с глазу на глаз.

— Элизабет, я не знаю.

— Только это может дать нам какое-то логическое объяснение…

— Почему ты считаешь, Лиз, что эти события подчиняются логике? — спросил Райан.

— Скажите, генерал Борштейн, ведь это была мощная бомба?

— Судя по показаниям наших приборов, да.

— Кто владеет бомбами такой мощности?

— Мы, русские, англичане, французы. Возможно, такие бомбы есть у китайцев, но мы не уверены в этом; их ядерные устройства велики размером и тяжелы. Израиль обладает боеголовками в диапазоне такой мощности. Вот и все. Индия, Пакистан и ЮАР имеют, наверно, атомное оружие, но его мощность недостаточно велика для этого.

— Райан, это надёжная информация? — спросила Эллиот.

— Да.

— Значит, если ответственными за взрыв являются не Англия, Франция или Израиль, то кто, черт побери?

— Боже мой, Лиз! Мы не знаем этого, неужели не понятно? Мы просто не знаем, и это не идиотская тайна Шерлока Холмса. Если мы устраним из списка тех, кто не мог произвести взрыв, то ни на шаг не приблизимся к разгадке того, кто его произвёл! Нельзя превратить отсутствие информации в конечный результат.

— ЦРУ известны все, кто обладает оружием такого типа? — спросил Фаулер.

— Да, сэр, мы считаем, что нам это известно.

— Насколько уверены вы в этом?

— До сегодняшнего дня я готов был бы поклясться жизнью.

— Значит, вы снова не говорите мне правду, — холодно заметил Фаулер.

* * *

Райан поднялся со своего кресла.

— Сэр, даже будучи президентом Соединённых Штатов, вы не смеете обвинять меня во лжи! Мне только что позвонила жена и спросила, не следует ли ей увезти детей куда-нибудь подальше от Вашингтона, и если вы считаете меня таким идиотом, который будет в подобное время заниматься играми, то вам, сэр, нужна помощь психиатра!

— Спасибо, Райан, у меня все.

Связь прервалась.

— Боже милостивый! — заметил старший дежурный офицер. Райан оглянулся по сторонам в поисках мусорной корзины и едва успел вовремя найти её. Он упал на колени возле корзины, и его стошнило. Затем, протянув руку за банкой кока-колы, он сполоснул рот и выплюнул жидкость в корзину. Пока он не встал, никто не произнёс ни слова.

— Они просто не понимают, — тихо произнёс Джек, потянулся и закурил. — Просто ничего не понимают. Видите ли, все не так сложно. Существует разница между незнанием чего-то и пониманием, что ты не знаешь. Сейчас у нас кризис, и все участники превращаются в тех, кем были когда-то. Президент мыслит как юрист, пытаясь сохранить спокойствие, занимается тем, в чём он разбирается: изучает доказательства и старается создать версию, допрашивает свидетелей — короче говоря, упрощает все до предела, играет в свою игру. Лиз смертельно напугана тем, что могла погибнуть от взрыва в Денвере; выше её сил выбросить это из головы. Тут ничего не поделаешь. — Райан пожал плечами. — Пожалуй, мне это понятно. Я ведь тоже был бы там. Эллиот — политолог и старается построить теоретическую модель. Это она и советует президенту. Это действительно элегантная модель, но она основана на дерьме. Правда, Бен?

— Ты кое о чём забываешь, Джек, — напомнил ему Гудли. Райан покачал головой.

— Нет, Бен, у меня просто ещё не дошли до этого руки. Из-за того, что я не могу справиться со своим идиотским нравом, теперь они не будут прислушиваться к моим советам. Мне следовало это предвидеть, я получил своевременное предупреждение — даже видел, что произойдёт, но опять же не сумел обуздать свой характер. А знаете, что самое смешное? Если бы не я, Фаулер по-прежнему оставался бы губернатором в Колумбусе, Огайо, а Эллиот преподавала бы молодым румяным студенткам в Беннингтоне.

Джек снова подошёл к окну. Снаружи стемнело, и стекло, освещённое изнутри, превратилось в зеркало.

— Почему?

— Это, джентльмены, секрет. Может быть, на моём надгробном камне будет выбито: «Здесь лежит Джон Патрик Райан. Он хотел, чтобы всё кончилось хорошо, — и посмотрите, что получилось». Интересно, удастся ли Кэти и детям спастись…

— Ну, не надо, все не так уж плохо, — заметил старший дежурный офицер, но остальные, кто присутствовал в комнате, словно ощутили дыхание ледяного ветра.

Джек повернулся.

— Не так уж плохо? Неужели вы не видите, куда все идёт? Они отказываются прислушиваться к мнению остальных. Деннис Банкер или Брент Талбот мог бы попытаться убедить их, но оба превратились в радиоактивные осадки, загрязняющие окружающую среду где-то в Колорадо. Из всех в городе я сейчас лучший советник — и меня только что выбросили на свалку.

Глава 41

Поле Камлана

«Адмирал Лунин» мчался вперёд слишком быстро, и это было небезопасно. Капитан первого ранга Дубинин понимал это, однако такая возможность может никогда больше не повториться. Такой шанс выпал ему впервые и, подумал Дубинин, будет скорее всего последним. Почему американцы объявили состояние боевой готовности? Да, конечно, ядерный взрыв в их стране — дело очень серьёзное, но ведь не такие же они безумцы, чтобы предположить, что Советский Союз несёт за него ответственность?

— Дайте мне карту полярной проекции, — приказал он мичману. Дубинин знал, что он увидит на карте, но сейчас время было не для воспоминаний, а для точных фактов.

Через несколько мгновений на столе перед ним лежал метровый квадрат жёсткой бумаги. Дубинин взял измерительный циркуль и, шагая им по карте, смерил расстояние от предполагаемого местонахождения американского ракетоносца «Мэн» до Москвы и затем до ракетных баз стратегического назначения в центральной части страны.

— Да. — Ситуация была предельно ясной.

— Ну что, капитан? — спросил старпом.

— Судя по разведданным, «Мэн» находится сейчас в самой северной части патрульной зоны, выделенной для подводных ракетоносцев, базирующихся в Бангоре. Логично?

— Да, товарищ капитан, если исходить из тех скудных данных, которые нам известны об их методах патрулирования.

— У него на борту находится двадцать четыре баллистических ракеты D-5 и у каждой восемь или больше боеголовок… — Он сделал паузу. Было время, когда такие вычисления он мгновенно производил в уме.

— Сто девяносто две боеголовки, товарищ капитан, — закончил за него старпом.

— Совершенно верно, спасибо. Это равняется почти всем нашим СС-18, да ещё нужно вычесть те, что уже демонтированы в результате выполнения условий договора. С учётом вероятной круговой ошибки эти сто девяносто две ракеты уничтожат около ста шестидесяти целей, а это в свою очередь эквивалентно более одной пятой всех наших боеголовок — причём самых точных. Поразительно, правда? — тихо спросил Дубинин.

— Вы действительно полагаете, что их ракеты обладают такой высокой точностью?

— Американцы продемонстрировали искусство нанесения хирургических ударов в Ираке. Лично я никогда не сомневался в высоком качестве их вооружения.

— Товарищ капитан, мы знаем, что американские баллистические ракеты D-5, запускаемые с подводных ракетоносцев, являются прежде всего оружием первого удара…

— Продолжайте свою мысль.

Старпом взглянул на карту.

— Да, конечно. Это самое короткое расстояние до цели.

— Разумеется. Ракетоносец «Мэн» представляет собой острие копья, нацеленного на нашу страну. — Дубинин циркулем постучал по карте. — Если американцы предпримут атаку, первые ракеты взлетят именно из этого района и через девятнадцать минут попадут в цель. Сомневаюсь, что наши товарищи из ракетных войск стратегического назначения смогут ответить на этот удар с такой же быстротой…

248
{"b":"642","o":1}