Содержание  
A
A
1
2
3
...
248
249
250
...
271

— Но, товарищ капитан, что можем мы предпринять? — обеспокоенно спросил старпом.

Дубинин убрал карту со стола и спрятал её в открытый ящик.

— Ничего. Абсолютно ничего. Мы не можем нанести упреждающий удар, не получив приказа или в случае грубой провокации, верно? Согласно нашей наиболее надёжной развединформации, «Мэн» способен запускать свои ракеты с интервалом в пятнадцать секунд, возможно даже меньше. В условиях войны действуешь не всегда по инструкции, правда? Скажем, всего четыре минуты с момента запуска первой ракеты до последней. Им придётся наносить удары с рассеиванием в северном направлении, чтобы избежать случайностей. Впрочем, это не имеет значения, если принять во внимание физические аспекты запуска ракет. В своё время, учась в училище Фрунзе, я интересовался этим. Поскольку наши ракеты работают на жидком топливе, их нельзя запускать при непосредственной атаке противника. Даже если их электронные компоненты смогут выдержать электромагнитное воздействие взрывов, они слишком хрупки, чтобы устоять против физических сил. Таким образом, если мы не будем полностью уверены в неизбежности нападения и запустим наши ракеты ещё до того, как вражеские боеголовки начнут сыпаться на Советский Союз, наша тактика заключается в том, чтобы выждать и нанести ответный удар спустя несколько минут. Что касается нас, если американский ракетоносец способен выпустить все свои ракеты за четыре минуты, нам следует находиться на расстоянии не более шести тысяч метров от него и, услышав шум первого запуска, немедленно нанести торпедный удар, чтобы не дать ему запустить последнюю ракету. Понятно?

— Трудная задача.

Дубинин покачал головой.

— Нет, не трудная. Невозможная. Единственное, что имеет смысл, это уничтожить его ещё до того, как он получит приказ о запуске своих ракет, но мы не можем пойти на это, не получив приказа, а такого приказа у нас нет.

— И как же мы поступим?

— Мы почти ничего не можем предпринять. — Дубинин склонился над штурманским столиком. — Допустим, что «Мэн» действительно потерял ход и у нас есть его точные координаты. Нам все ещё нужно обнаружить его. Если двигатель «Мэна» работает на минимальных оборотах, услышать его будет практически невозможно, особенно если он находится у самой поверхности и маскируется шумом волн. А если мы включим активный гидролокатор, что помешает ему тут же запустить в нас торпеду? Если он сделает это, мы сможем ответить тем же — и, не исключено, уцелеем. Наша торпеда может даже попасть в него — а может и пройти мимо. Предположим, он не пустит в нас торпеду, после того как мы начнём активную гидролокацию… может быть, нам удастся сблизиться с ним и заставить его погрузиться. Когда «Мэн» уйдёт под слой термоклина, мы опять потеряем его, но если нам удастся загнать его на большую глубину, а сами мы останемся над слоем температурного скачка, всё время работая активным гидролокатором, может быть, он не решится всплыть на такую глубину, с которой можно запускать ракеты. — Дубинин сердито нахмурился.

— Не слишком блестящий план, а? Выдвини такое предложение один из них, — он сделал жест в сторону младших офицеров, находящихся на мостике, — я содрал бы шкуры с их молодых спин. Но я не вижу иного выхода. А вы?

— Товарищ капитан, в этом случае мы окажемся в очень уязвимом положении для нападения противника.

Старпом подумал, что лучше было бы назвать их положение самоубийственным, но он знал, что это понимает и сам Дубинин.

— Это верно, но если нам придётся пойти на такой шаг, чтобы помешать этому сукиному сыну всплыть на глубину запуска ракет, я предлагаю сделать именно это. Другой альтернативы у нас нет.

* * *

ПРЕЗИДЕНТУ НАРМОНОВУ:

ПРОШУ ВАС ПОНЯТЬ ПОЛОЖЕНИЕ, В КОТОРОМ МЫ ОКАЗАЛИСЬ. БОМБА, УНИЧТОЖИВШАЯ ДЕНВЕР, ОТНОСИТСЯ К ТАКОМУ ТИПУ И ОБЛАДАЕТ ТАКОЙ МОЩНОСТЬЮ, ЧТО ВЕСЬМА МАЛОВЕРОЯТНО, ЧТОБЫ ЭТО ПРЕСТУПЛЕНИЕ МОГЛИ СОВЕРШИТЬ ТЕРРОРИСТЫ. И ТЕМ НЕ МЕНЕЕ МЫ НЕ ПРЕДПРИНЯЛИ НИКАКИХ ОТВЕТНЫХ МЕР ПРОТИВ КОГО-ЛИБО. ЕСЛИ БЫ НАПАДЕНИЕ БЫЛО СОВЕРШЕНО ПРОТИВ ВАШЕЙ СТРАНЫ, ВЫ ТОЖЕ ПРИВЕЛИ БЫ В БОЕВУЮ ГОТОВНОСТЬ ВОЙСКА СТРАТЕГИЧЕСКОГО НАЗНАЧЕНИЯ. МЫ ПРИВЕЛИ ИХ В БОЕВУЮ ГОТОВНОСТЬ ВМЕСТЕ С ОБЫЧНЫМИ ВОЙСКАМИ. ПО ТЕХНИЧЕСКИМ ПРИЧИНАМ ОКАЗАЛОСЬ НЕОБХОДИМЫМ ОБЪЯВИТЬ БОЕВУЮ ГОТОВНОСТЬ ВСЕМ АМЕРИКАНСКИМ ВОЙСКАМ, ВМЕСТО ТОГО ЧТОБЫ ОСУЩЕСТВИТЬ ЗЛЮ ИЗБИРАТЕЛЬНО. ОДНАКО Я НИКОГДА НЕ ОТДАВАЛ ПРИКАЗА ПРИСТУПИТЬ К НАСТУПАТЕЛЬНЫМ ДЕЙСТВИЯМ. ДО НАСТОЯЩЕГО МОМЕНТА НАШИ ДЕЙСТВИЯ НОСИЛИ ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО ОБОРОНИТЕЛЬНЫЙ ХАРАКТЕР, ПРИЧЁМ ВЕСЬМА СДЕРЖАННЫЙ.

У НАС НЕТ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ ТОГО, ЧТО ИМЕННО ВАША СТРАНА ПРОИЗВЕЛА НАПАДЕНИЕ НА СОЕДИНЁННЫЕ ШТАТЫ, НО НАМ СООБЩИЛИ, ЧТО ВАШИ ВОЙСКА В БЕРЛИНЕ НАПАЛИ НА НАШИ, А ТАКЖЕ СБИЛИ САМОЛЁТЫ, ПЫТАВШИЕСЯ ОСМОТРЕТЬ РАЙОН ПРОИСШЕСТВИЯ. НАМ СООБЩИЛИ ТАКЖЕ. ЧТО СОВЕТСКИЕ ИСТРЕБИТЕЛИ ПРИБЛИЗИЛИСЬ К АМЕРИКАНСКОЙ АВИАНОСНОЙ ГРУППЕ В СРЕДИЗЕМНОМ МОРЕ. ПРЕЗИДЕНТ НАРМОНОВ, Я НАСТАИВАЮ, ЧТОБЫ ВЫ ВЗЯЛИ ПОД СВОЙ КОНТРОЛЬ ДЕЙСТВИЯ ВАШИХ ВООРУЖЁННЫХ СИЛ. ЕСЛИ МЫ СМОЖЕМ ПОКОНЧИТЬ С ЭТИМИ ПРОВОКАЦИЯМИ, ТО СУМЕЕМ, ПОЛОЖИТЬ КОНЕЦ КРИЗИСУ, НО Я НЕ МОГУ ТРЕБОВАТЬ ОТ СВОИХ ЛЮДЕЙ, ЧТОБЫ ОНИ НЕ ЗАЩИЩАЛИ СЕБЯ.

— «Взяли под свой контроль действия ваших вооружённых сил»? Черт побери, — выругался министр обороны. — Ведь мы ничего не предпринимали! Он обвиняет нас в провокациях! Это его танки ворвались в Восточный Берлин, его истребители-бомбардировщики напали там на наши войска, и он только что сам подтвердил, что его самолёты с американского авианосца атаковали наши! И вот теперь этот надменный безумец настаивает, чтобы мы не провоцировали его! Что он хочет от нас — чтобы наши солдаты спасались бегством при виде американца?

— Это было бы самым разумным с нашей стороны, — заметил Головко.

— Бежать, словно вору при виде полицейского? — спросил министр обороны, не скрывая сарказма.

— Я настаиваю, чтобы мы изучили такую возможность. — Первый заместитель председателя КГБ, заметил Нармонов, не собирался отступать.

— Самой важной частью этой телеграммы является второе предложение, — напомнил министр иностранных дел. Его аналитический подход казался ещё более холодным из-за того, что был таким сухим и прозаичным. — Они утверждают, что взрыв в Денвере не был, по их мнению, террористическим актом. Кто тогда мог быть нападающей стороной? Далее он продолжает, что Америка до сих пор не нанесла ответного удара. До сих пор. Последующее заявление относительно того, что у них нет доказательств, что мы являемся виновниками этого ужасного преступления, кажется мне неискренним, если сравнить его с первым параграфом.

— А попытки спастись бегством лишь ещё ярче продемонстрируют американцам, что это мы заварили все это, — добавил министр обороны.

— Ещё ярче продемонстрируют? — переспросил Головко.

— Я должен согласиться с такой оценкой, — сказал Нармонов, оторвав голову от спинки кресла, в котором он сидел. — Я вынужден исходить из того, что Фаулер потерял способность здраво мыслить. В этом коммюнике отсутствуют разумные выводы. Он обвиняет нас в случившемся, причём почти не скрывает этого.

— Какова природа этого взрыва? — спросил Головко у министра обороны.

— Мощность такой бомбы действительно слишком велика для террористов. Наши исследования показывают, что атомные бомбы первого или даже второго поколения могут быть созданы террористами, однако их максимальная мощность значительно меньше ста килотонн — скорее всего меньше сорока килотонн ТНТ. -А в данном случае приборы показали, что тротиловый эквивалент этого устройства намного превышал сто тысяч тонн. Это значит, что взрыв был вызван атомной бомбой третьего поколения или, что более вероятно, многоступенчатым термоядерным устройством. Создать такое устройство не по плечу дилетантам.

— Тогда кто мог взорвать такую бомбу? — спросил Нармонов. Головко посмотрел на своего президента.

— Я не имею ни малейшего представления. Нам удалось узнать, что в бывшей ГДР разрабатывали ядерное оружие. Там производили плутоний, как это вам известно, но у нас есть все основания считать, что этот проект так и не смог далеко продвинуться. Мы проверили работы такого рода, ведущиеся в Южной Америке, но и они не достигли заключительной фазы. У Израиля есть такие возможности, но зачем им нападать на своего собственного ангела-хранителя? Приди подобная мысль китайцам, они скорее напали бы на нас. У нас имеется территория и естественные ресурсы, которые им нужны, тогда как Америка куда полезнее им в качестве торгового партнёра, а не врага. Нет, для того чтобы это был проект одной из стран, нужно иметь в виду, что всего горстка государств обладает способностью осуществить его, да и проблемы оперативной безопасности практически непреодолимы. Если бы вы, Андрей Ильич, отдали приказ КГБ произвести такой взрыв, мы, наверно, потерпели бы неудачу. Для подобной операции требуется такой тип человека — я имею в виду профессиональное мастерство, преданность делу, интеллект, — качества которого невозможно найти у психопата. Чтобы вызвать убийство тысяч людей и поставить мир на грань катастрофы, нужен человек с совершенно извращённой психикой. В КГБ нет таких людей — по очевидным причинам.

249
{"b":"642","o":1}