ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Всё дело в геологических условиях, — пояснил доктор Лоуэлл. — Голанские высоты имеют вулканическое происхождение, повсюду выступают базальтовые скалы, отсюда высокий радиоактивный фон. В таких условиях найти её было непросто, но всё же об утере следовало сообщить. В Ливерморской лаборатории есть приборы, которыми можно было бы воспользоваться. Мало кто знаком с ними.

— Весьма сожалею, но что сделано — то сделано, — ответил генерал Бен-Иаков. — Итак, вы летите в Дамаск?

* * *

Для этого перелёта они воспользовались личным самолётом принца Али, «Боингом-727», экипаж которого, как узнал Джек, состоял исключительно из лётчиков, обслуживавших раньше авиакрыло президента. Было приятно путешествовать первым классом. Их визит в Дамаск был негласным, и сирийцы оказали в этом содействие. Представители США, Советского Союза и посольства Саудовской Аравии собрались для короткой встречи в сирийском министерстве иностранных дел, а оттуда отправились в госпиталь.

Джек видел, что когда-то больной был могучим мужчиной, но сейчас он слабел и чахнул, превращаясь в гнилое мёртвое мясо. Несмотря на трубку, подающую кислород к его носу, кожа мужчины была почти синей. Посетителям пришлось надеть предохранительную одежду, и Райан старался не приближаться к кровати. Допрос вёл Али.

— Вы знаете, почему я здесь?

Мужчина кивнул.

— Сейчас, когда вы готовитесь предстать перед Аллахом, расскажите нам все, что вам известно.

* * *

Бронированная колонна Десятого бронетанкового полка пересекла пустыню Негев, направляясь к границе Ливана. Над головой кружились самолёты: целая эскадрилья истребителей F-16 и ещё одна эскадрилья истребителей «Томкэт», поднявшихся с авианосца «Теодор Рузвельт». Были развёрнуты и подразделения сирийской армии, хотя её авиация осталась на аэродромах, стараясь не мешать. Ближний Восток постиг урок, преподанный американской военно-воздушной мощью. Демонстрация силы была массивной и недвусмысленной. Всех предупредили: никто не должен вмешиваться. Боевые машины углубились в пересечённую заброшенную местность, пока не достигли дороги, пролегающей по дну оврага. Умирающий, готовый на все, чтобы сохранить то, что осталось от его души, пометил место на карте, и понадобился всего час, чтобы определить точное местоположение. Армейские сапёры очистили вход, проверили, нет ли замаскированных мин-ловушек, а затем пригласили остальных войти в помещение.

— Боже милостивый! — Доктор Лоуэлл обвёл лучом мощного портативного фонаря тёмную комнату. Сапёры обыскивали помещение, проверяя провода, ведущие к станкам, а также осторожно заглянули в каждый ящик каждого стола, прежде чем все остальные получили разрешение переступить порог. Теперь за работу взялся Лоуэлл. Он обнаружил пачку чертежей и вынес наружу, чтобы просмотреть их при дневном свете.

— Знаете, — произнёс он после пятнадцати минут полной тишины, — мне даже в голову не приходило, насколько все это просто. Нами владела иллюзия, что необходимо… — Он задумался. — Это совершенно точное слово — иллюзия.

— Что вы хотите этим сказать?

— Это должно было быть термоядерное устройство мощностью в пятьсот килотонн.

— Если бы действительно произошёл такой взрыв, мы пришли бы к заключению, что это дело рук русских, — произнёс Джек. — Никто не сумел бы остановить войну. Сейчас нас не было бы здесь.

— Да, мне кажется, что необходимо заново обдумать уровень угрожающей нам опасности.

— Док, мы тут кое-что нашли. — К ним подошёл армейский офицер. Доктор Лоуэлл заглянул внутрь, затем вернулся, чтобы надеть защитный костюм.

— Умные парни. Вы знаете, сколько от меня потребовалось усилий, чтобы убедить президента, что… простите. Похоже, я так и не сумел убедить его, правда? Если бы произошёл взрыв такой силы, я и сам поверил бы сообщениям.

— Что это за сообщения? — поинтересовался Головко.

— Мы не могли бы поговорить немного о наших делах?

— Отчего же и нет?

— У вас находится человек, который нам нужен, — сказал Джек.

— Лялин?

— Да.

— Он предал свою страну и понесёт наказание.

— Сергей, во-первых, он не сообщил нам ничего, что мы могли бы использовать против вас. Он всего лишь снабжал нас информацией от своей японской сети «Чертополох». Во-вторых, если бы не он и не переданные им сведения, нас скорее всего не было бы здесь. Отпустите его.

— В обмен на что?

— У нас есть агент, передавший нам информацию о том, что Нармонова шантажируют его военные и что ваши военные используют для этой цели исчезнувшие тактические ядерные боеголовки. Именно по этой причине у нас и возникло подозрение, что бомба, взорвавшаяся в Денвере, может быть вашей.

— Но это ложь!

— Его сведения звучали очень убедительно, — продолжал Райан. — Я сам едва не поверил им. А вот президент Фаулер и доктор Эллиот действительно поверили, и потому события для нас развивались так плачевно. Я бы с радостью повесил этого мерзавца, но это значило бы предать доверившегося нам человека… помнишь, Сергей, наш разговор у меня в кабинете? Если хочешь узнать его имя, придётся заплатить.

— Мы расстреляем его, — пообещал Головко.

— Вы не сможете сделать этого.

— Это почему?

— Мы выбросили его, и все, что я сказал тебе, — это то, что он лгал нам. Если он поставлял нам информацию, которая не соответствует действительности, даже в вашей стране это не подходит под категорию шпионажа, верно? Будет куда лучше, если вы его не расстреляете. Когда мы договоримся, ты поймёшь почему. Первый заместитель председателя КГБ задумался.

— Хорошо, мы передадим вам Лялина — через три дня. Я даю тебе слово, Джек.

— У нашего агента кодовое наименование Спинакер. Это — Олег Кириллович…

— Кадышев? Кадышев?!

— Ты разочарован? Тебе следовало бы посмотреть на всё это с моей стороны.

— Это правда? Только никаких фокусов, Райан!

— Я тоже могу дать честное слово, сэр. Мне не было бы жалко, если бы его расстреляли, но он — политический деятель и к тому же в данном случае не занимался шпионажем, верно? Призови воображение, придумай ему какое-нибудь иное наказание — назначьте его скотником в отдалённом колхозе, — предложил Джек.

Головко кивнул.

— Мы так и сделаем.

— С тобой приятно иметь дело, Сергей. Вот только жаль Лялина.

— Это почему? — удивился Головко.

— Информация, которой он нас снабжал — нас и вас, — была очень уж ценной, а теперь её больше не будет…

— Мы не можем доводить деловые отношения до такого цинизма, но твоё чувство юмора меня восхищает.

В дверях показался доктор Лоуэлл со свинцовым ведром в руке.

— Что там внутри?

— Думаю, плутоний. Хотите взглянуть повнимательнее? Можете разделить судьбу нашего друга в Дамаске.

Лоуэлл передал ведро солдату и сказал, обращаясь к командиру подразделения сапёров:

— Все вынести, упаковать в ящики и отправить домой. Я хочу все внимательно осмотреть.

— Будет исполнено, сэр, — вытянулся полковник. — А образец?

* * *

Четыре часа спустя они были уже в Димоне, израильском ядерном «исследовательском» центре, где тоже был гамма-спектрометр. Пока техники изучали образец плутония, который доставили в свинцовом ведре, Лоуэлл ещё раз просмотрел чертежи, удивлённо покачивая головой. Райану чертежи напоминали компьютерную микросхему или что-то ещё более непонятное.

— Устройство велико по размерам, неуклюже. Наши меньше его в четыре раза… но вы знаете, сколько времени потребовалось нам, чтобы спроектировать и построить оружие такого размера и мощности? — Лоуэлл поднял голову. — Десять лет. Они сделали это в пещере за пять месяцев. Вот что значит технический прогресс, доктор Райан.

— Мне такое даже в голову не приходило. Мы всегда считали, что бомба, к которой могут прибегнуть террористы… Но почему взрыв оказался таким слабым?

— Думаю, это связано с тритием. В пятидесятые годы у нас тоже были две шипучки — распад трития и его заражение гелием. Мало кто знает об этом. Таково моё мнение. Сам проект будет подвергнут дальнейшему изучению — мы создадим его модель на компьютере, — но после беглого осмотра могу сказать, что он достаточно совершенен. А-а, спасибо. — Лоуэлл взял у израильского техника компьютерную распечатку, посмотрел на неё и покачал головой.

269
{"b":"642","o":1}