ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Любовь попаданки
Научись искусству убеждения за 7 дней
Так случается всегда
Своя на чужой территории
Финансовые сверхвозможности. Как пробить свой финансовый потолок
Мои дорогие девочки
Канатоходка
Я куплю тебе новую жизнь
Кулинарная кругосветка. Любимые рецепты со всего мира
A
A

— Ах ты гад! — завопил я. — Это был мой лучший меч!

Я рывком выхватил посох из рук черного колдуна и попытался переломить пополам. Но это оказалось не так просто. Силы, казалось, оставили меня, и я не мог даже согнуть дубовый посох. Тогда я просто упер его одним концом в пол и переломил ногой. Что тут началось! Весь замок тряхнуло, меня отбросило назад и ударило спиной о книжные полки. С полок посыпались книги. Какой-то внушительный том упал прямо мне на голову, и я ненадолго потерял сознание.

Когда я пришел в себя, в библиотеке висел сизый дым и царил беспорядок. Я выбрался из-под груды книг, зажег факел и осмотрелся. Книга, свалившаяся мне на голову, имела довольно плачевный вид. Ее деревянная обложка, обтянутая кожей, сломалась пополам и стала похожа на крышу деревенской хижины. «Ну и голова у меня! — искренне удивился я. — Доска толщиной в палец переломилась, как щепка, а ей хоть бы что, только слегка побаливает». Я взял в руки книгу. Тонкая кожа с внутренней стороны обложки прорвалась, и из прорехи торчал кончик тонкой рейки и краешек свернутого трубочкой пергамента. В книге оказался тайник. Я аккуратно вытянул рукопись, постарался придать переплету первоначальный вид, поставил книгу на полку и развернул пергамент. Часть пергамента занимала карта какой-то незнакомой мне местности, расположенной где-то в горах, а все остальное свободное место на этом кусочке кожи было вдоль и поперек испещрено мелкими эльфийскими рунами, очевидно, пояснениями к карте. «Опять эльфийские сокровища, — поморщился я. — Ладно, займусь, когда будет особенно скучно, если Энди найдет время, чтобы перевести всю эту белиберду». Я без особенного почтения сунул карту в карман и еще раз внимательно огляделся. Мне хотелось найти и подобрать волшебный кристалл, чтобы отдать Энди, но кристалла нигде не было. Внезапно откуда-то из коридора до меня донесся гневный голос черного колдуна:

— Мало того, что ты ослушался меня, придя в библиотеку, так ты дважды ослушался, общаясь с принцем! Я же запретил тебе даже думать о нем. Держись от него подальше, пока не пройдешь посвящение. Даже трезвый Рикланд опасен для окружающих, а уж пьяный — это вообще стихийное бедствие! Как я теперь объясню королю, что это землетрясение вызвано не мной, а его безрассудным наследником, который по собственной глупости чуть не разрушил весь королевский замок? Ладно, пойду к королю, если он еще не спит, а ты возвращайся в башню и учи «Тридцать девять обрядов церемонии посвящения». Не говори глупости, не может человек так быстро это выучить! Ладно, вернусь от короля, проверю!

Я стремглав выскочил из библиотеки, но коридор был пуст.

Глава 5

ОБЕЩАНИЕ КОРОЛЯ

Всю ночь я спорил с Роксандом. Старый призрак упрямо твердил, что отец поступил правильно, заставив меня подчиняться. По его словам, принцы в Фаргорде испокон веков были обязаны выполнять бредовые приказы королей, и я — не исключение. Полились пространные рассуждения насчет того, что дети должны повиноваться родителям и что если бы мой отец не провел пять лет между жизнью и смертью, а уделял бы должное внимание моему воспитанию, то мне бы и в голову не пришло противиться его воле. Я же, как всегда, стал возражать, потому что терпеть не могу, когда заявляют, будто я что-то кому-то «должен». Я отцу не слуга и не наемник, значит, и нечего ему мной командовать! Я достаточно взрослый, чтобы самому решать, что мне делать…

Лучше бы мне промолчать, не пришлось бы тогда выслушивать длиннейшее нравоучение на тему: «Каждый, включая диких орков, тупых троллей и непутевых принцев, должен поклоняться богам, выполнять приказы своего короля и чтить предков». Сам виноват — пьяный я плохо соображаю, что лучше для меня самого, вот и проспорил почти до утра. Не мог же я согласиться с Роксандом, если по моему глубокому убеждению богам поклоняться незачем — все равно они делают людям одни только пакости, приказы короля надо исполнять, только когда они разумные, что же до предков… Иногда их приходится стыдиться.

Заснул я прямо в кресле на середине особенно длинной и нудной нотации Роксанда. Мне снилось поле битвы, именно поле, без единого деревца. В похожем месте я не был никогда в жизни. Правда, на гобелене в тронном зале, изображающем победу в битве за какой-то эльмарионский город, было что-то подобное, но там на горизонте виднелись горы, а в моем сне поле было бескрайним. Вокруг меня тысячи незнакомых людей убивали друг друга в жестокой схватке, а я даже не мог понять, кто из них мои враги и на чьей стороне мне сражаться. Я выхватил меч и кинулся в самую гущу, надеясь, что враги сами разберутся и нападут первые, но на меня никто не обращал внимания, будто меня вообще не было. Я поискал глазами хоть кого-нибудь, кто мог бы сойти за командующего, но на глаза попадались только простые воины без каких-либо знаков отличия. Я был в полной растерянности — всю жизнь я мечтал принять участие в настоящем сражении, а когда моя мечта наконец-то сбылась, я не знал, что делать. Не убивать же всех подряд, в самом деле…

И тут я увидел Ленсенда. Он один отбивался от целой толпы орков, и я недолго думая бросился ему на помощь.

Я самозабвенно бился с орками, ничего не замечая вокруг, и огляделся, только когда последний враг свалился замертво у моих ног. Битва продолжалась, но Ленсенда нигде не было. Зато я увидел Счастливчика, своего боевого коня. Он мчался ко мне, топча на своем пути сражающихся людей, своих и чужих. Глаза коня были налиты кровью, бока в пене, из ноздрей валил пар. На спине Счастливчика сидел всадник, одетый в черное. На голове всадника была королевская корона, а в руке он сжимал огненный гномий меч, тот самый, о котором я так мечтал. Приглядевшись, я узнал отца, но не больного, каким он был сейчас, а отца из воспоминаний моего раннего детства, молодого, здорового и сильного. И конь под ним вовсе не был Счастливчиком. Это был Вихрь, конь отца. Тот самый Вихрь, на которого отец посадил меня верхом, когда мне едва исполнилось два года, чем чуть не довел до обморока мою мать. Конь тогда шел шагом, и я не понимал, почему мать так волнуется, ведь это так чудесно. Это было мое самое раннее детское воспоминание, и единственное, где присутствовала мать.

Отец подъехал ко мне, резко осадил коня, так что тот поднялся на дыбы, и грозно закричал:

— Как ты посмел сражаться на стороне врага, непокорный сын! Ты предатель и умрешь как предатель!

Откуда-то появились стражники, схватили меня, связали, а я почему-то не мог сопротивляться. Просто пальцем пошевелить не мог. Потом меня повели в темницу, а я всю дорогу пытался сбежать, но у меня ничего не выходило. В конце концов на лестнице, что вела в подземелье, я все же ухитрился вырваться и даже бежал в полной темноте довольно долго, прежде чем свалился в Бездну. В общем, обычный кошмар, ниже среднего уровня. С такими кошмарами я обычно прекрасно высыпаюсь. Чтобы заставить меня проснуться или кричать во сне, нужно что-нибудь посерьезнее.

Долететь до дна Бездны и посмотреть на преисподнюю вблизи мне не удалось, сквозь сон я услышал стук в дверь. Этот звук был настолько необычен в Закатной башне, что я мгновенно проснулся. Интересно, кто осмелился зайти за магический круг, который не мог покинуть призрак Роксанда и которым в свое время черный колдун оградил обитателей замка от его навязчивого и не очень безопасного для них общества.

— Какого лысого демона? — крикнул я.

— Проснитесь, ваше высочество, — раздался умоляющий голос, очевидно, принадлежащий какому-то слуге. — Король хочет вас видеть.

— Я сплю, — проворчал я, пытаясь перевернуться на бок. Сидя в кресле, сделать это оказалось трудновато, поэтому я сполз на пол, обнял кресло, как любимую подушку, положил на него голову и зевнул. За окном еще не рассвело, значит, я мог бы спать еще часа три, если бы этот болван меня не разбудил.

Но слуга не унимался. Он продолжал колотить в дверь. Я попытался заснуть под этот грохот, но это было невозможно. Наконец я не выдержал и высказал все, что думаю о короле, которому не спится по ночам, о слугах, которые выполняют его дурацкие приказы, и о стражниках, которые пускают этих слуг к дверям спальни принца. Закончил я всю эту тираду обещанием, что, конечно, встану, раз уж меня все равно разбудили, но только затем, чтобы выпустить кишки тому ублюдку, который это сделал. Стук сразу же прекратился, зато послышалось нытье:

14
{"b":"6429","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Хюгге, или Уютное счастье по-датски. Как я целый год баловала себя «улитками», ужинала при свечах и читала на подоконнике
Чужой среди своих
Максимальный репост. Как соцсети заставляют нас верить фейковым новостям
Неукротимый граф
Кровь, пот и пиксели. Обратная сторона индустрии видеоигр
Обними меня крепче. 7 диалогов для любви на всю жизнь
Моей любви хватит на двоих
От ненависти до любви…