ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Сергей ДАНИЛОВ

СМЕРТЬ ЗА ПЛЕЧАМИ

Глава 1. ПОДАРОК ПРИЗРАКА

Жизнь больше не была ни прекрасной, ни удивительной. Не осталось ни друзей, ни будущего, лишь смертная тоска, горящая огнем рана в боку да призрак Роксанда Второго, мечущийся в башне Заходящего Солнца, как дикий зверь в клетке. Пока призрак изводил меня своим допросом, у меня не было времени осознать, насколько жизнь ужасна и отвратительна. Сейчас же, когда я в очередной раз на собственной шкуре убедился, что мое родовое проклятие — это не просто ряд неприятных совпадений, а изрядная дрянь, которая портит жизнь не столько мне, сколько дорогим мне людям, смерть представлялась наилучшим выходом из всей этой истории. Самочувствие не исключало такого поворота событий. Меня трясло, как в болотной лихорадке, сознание постоянно пыталось уплыть куда-то в неведомую даль, где не было ничего, кроме бесконечное число раз умирающего Рила, настоятельно советующего подобру-поздорову убираться из замка, катящейся к подножию трона головы Ленсенда, шепчущей мертвыми губами: «Ты обещал позаботиться о моей дочери!» — и истекающего кровью верного Крайта с серым лицом, твердящего: «Остановись, Рик! Это все проклятие!»

Но, как видно, у Смерти были другие дела, или моя бестолковая душа была без надобности богам Хаоса, а может, им просто доставляло удовольствие надо мной издеваться, как лорду Урманду — мучить свои жертвы. В общем, несмотря на лихорадку и категорическое нежелание жить, я продолжал свое незавидное существование на этом свете, ставшее еще более незавидным из-за донимающей меня жажды. И почему, когда я ранен, мне всегда хочется пить в самый неподходящий момент?

Когда жажда стала невыносимой, я сполз с кровати и принялся шарить под ней, надеясь, что среди валяющихся там многочисленных пустых бутылок найдется хотя бы одна не совсем пустая. Естественно, в бутылках не оказалось ничего, кроме пауков, единственных животных, обитающих в Закатной башне по причине полного равнодушия к призракам. Зато моя выглядывающая из-под кровати задняя часть тут же привлекла внимание старины Роксанда, вот уже несколько часов появляющегося в спальне только для того, чтобы пересечь ее быстрыми бесшумными шагами и исчезнуть в противоположной стене, беспрерывно причитая себе под нос:

— Как же так?! Я должен быть там! Нет, это невозможно! — И другие, мало что значащие для непосвященного человека обрывки фраз успевали донестись до моих ушей.

Но я-то знал, из-за чего так сокрушается Роксанд, и от этого у меня на душе становилось еще поганее. Ему во что бы то ни стало нужно было попасть в ущелье Потерянных Душ, к своей призрачной армии. Он внезапно осознал, что это его единственный шанс покинуть наш грешный мир, где он мыкался уже более двух веков, и отправиться на тот свет, где почему-то мечтают оказаться все призраки. А виной всему был мой рассказ. Он произвел на старого призрака такое неизгладимое впечатление, что он даже простил мне освобождение темного эльфа.

— Это судьба! — торжественно заявил он. — Боги желают справедливости, и я обязан подчиниться их воле! — Нет, определенно за два столетия раздумий в одиночестве мой предок стал слишком религиозным. Или в прошлом все были такими?

Роксанд знал, что ему нужно, и, вероятно, смог бы избавить себя от вечной жизни в мире теней, если бы не магический круг черного колдуна, которым тот по просьбе короля Риалона в свое время, можно сказать, замуровал Роксанда в Закатной башне. Выйти за пределы этого круга призрак не мог, а заставить меня утрясать его проблемы с черным колдуном считал недостойным, вот и метался по башне, пытаясь придумать что-нибудь сам.

— Послушай, Рик! — воскликнул призрак, обращаясь к моим торчащим из-под кровати сапогам. — А твой маленький друг не. может снять заклятие своего учителя?

— Может, наверное, — буркнул я, вылезая из-под кровати и пытаясь избавиться от залепившей лицо паутины. — Только что тебе от этого? Ну будешь ходить по всему замку и пугать слуг, как в прежние времена. Самое большее, сможешь полюбоваться Королевским озером ночью…

— Ты прав, — вздохнул Роксанд. — Я и сам знаю, что не могу далеко уходить от места своей гибели. И почему я не погиб в бою?

«Трусом был!» — чуть было не выпалил я, но вовремя прикусил язык. А сам я не трус, что ли? Даже нос высунуть боюсь из Закатной башни! Нет, пропади все пропадом, пойду разыщу Энди, а там будь что будет! Я, пошатываясь, доплелся до рукомойника, с жадностью осушил его, пропуская мимо ушей все, что Роксанд думает по этому поводу, и, держась за стену, начал спускаться по крутым ступеням.

— Ты куда? — преградил мне путь призрак.

— Погулять! — огрызнулся я, проходя сквозь него. Терпеть не могу объяснять, что собираюсь совершить очередной безрассудный поступок из благородных побуждений.

— Постой, не уходи так просто! — взмолился призрак. Кажется, он решил, что я ухожу насовсем, и заранее смирился с этим. — Я понимаю, что тебе нельзя тут оставаться, но возьми хотя бы золото и карту!

— Какую карту? — встрепенулся я. Жизнь временно перестала рушиться в Бездну и начала медленно выкарабкиваться наружу.

— Карту пути в Затерянный город. Я всю жизнь посвятил ее поискам. Из-за нее я начал войну с темными эльфами… Ты же сам сказал, что нашел две недостающие части. Теперь, когда карта почти полна, попытайся найти Затерянный город. Быть может, тебе удастся снять проклятие с наших потомков, как гласит легенда. Пойдем в мою сокровищницу, я покажу тебе последний тайник, о котором ты еще не знаешь.

Призрак превратился в туман, мгновенно впитавшийся в ближайшую стену, а я, с легкостью отложив визит в Черную башню на неопределенное время, направился к старому гобелену с картой Фаргорда, за которым скрывался тайный ход в сокровищницу короля Роксанда Второго.

Про эту сокровищницу не знал никто, кроме меня и Роксанда. Черный колдун тоже не знал, потому что мой мудрый предок даже ему не доверил тайну местонахождения сокровищ, спрятанных им от своего сына не иначе как из вредности. Гномы, строившие ход в сокровищницу, так и не смогли никому рассказать о ней, по словам Роксанда упившись до смерти пивом, преподнесенным им по случаю окончания работы. Лично мне всегда казалось, что вряд ли можно умереть от пива, в котором нет ни капли яда, но Роксанд категорически отрицал свою причастность к скоропостижной кончине полутора десятков гномов.

Больше ничем выдающимся этот тайник не отличался. Самый обыкновенный тайный ход гномьей работы: надавливаешь на определенный камень, срабатывает какой-то механизм и открывается проход, узкий и длинный, ведущий внутри стены куда-то вниз, к подножию башни, в небольшое круглое помещение с низким потолком.

Я захватил с собой факел и, не зажигая его, открыл потайной ход за гобеленом и спустился по лестнице. Роксанд ждал меня в сокровищнице, угадываясь в темноте только по рубиновым огонькам глаз.

— Слушай внимательно, Рикланд! — торжественно произнес он. — Тебе понадобится огонь, чтобы достать карту, поэтому я объясню тебе, как найти ее, и уйду наверх, в башню. Зажги все шесть факелов на стенах, а затем светильник в пасти золотого дракона. Когда сделаешь это, на большом сундуке появится тень в виде стрелы, указывающей на одну из заклепок. Нажми на нее, и в сундуке откроется потайное отделение. В нем карта и перстень Данквила. Отныне они твои. Я буду ждать тебя наверху. — И Роксанд, как обычно просочившись сквозь стену, оставил меня одного.

Тайник я нашел быстро. Кроме карты и перстня в нем лежали еще пачка писем и медальон с портретом красивой женщины. Перстень Данквила мне не понравился, слишком он был яркий и громоздкий. Камень, похожий на рубин, но в отличие от него светившийся изнутри, как глаза Роксанда, был величиной с перепелиное яйцо, а золотая оправа его напоминала скрюченные пальцы. Я ни за что не стал бы носить подобную безвкусицу, тем более что вся поверхность перстня была испещрена рунами и исходившую от чего магию я ощутил, еще не прикоснувшись к нему. Я с отвращением отправил перстень в карман, взял карту и, поборов искушение сунуть нос в любовную переписку своего великого предка, захлопнул тайник. Карта представляла собой кусок пергамента, явно дополняющий части, пропавшие из моего кармана. И почерк картографа был тот же самый. Только перевести эльфийские письмена было некому. Я закрыл глаза, пытаясь восстановить в памяти утерянную часть, но боль в раненом боку не давала сосредоточиться. Надо было как-то заполучить обратно карту, да и обруч наследника тоже. Да, дел в Черном замке у меня было невпроворот, так просто не сбежишь!

1
{"b":"6430","o":1}