ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– У меня часы встали… Ты не знаешь, который сейчас час?

– Знаю… Взгляни, вон на стене часы… Половина седьмого…

– Седьмого? Как быстро пролетело время…

– Ты переживаешь за Лору? У вас же на даче есть телефон, позвони ей от меня и скажи, что задержишься, что у тебя дела в городе… если хочешь, конечно…

Эмма пошла в спальню, открыла шкаф и достала оттуда чистое белье, джинсы и черную кружевную трикотажную кофточку.

– Послушай, Сергей, ты ведь не исчезнешь?..

– Да куда же я могу исчезнуть, что ты такое говоришь?! Я буду ждать твоего возвращения… Иди, полежи в теплой ванне, успокойся… Я просто уверен, что сумею договориться с твоим тираном…

Она поцеловала его и скрылась в ванной. Посмотрела на себя в зеркало и не узнала собственного отражения. На нее смотрела розовощекая от загара, улыбающаяся и совершенно незнакомая ей девушка. «Она счастлива… – подумала Эмма про свое отражение и закрыла лицо руками. – Боже, как же она счастлива!»

* * *

– А ты бы могла бросить своего ювелира и выйти за меня замуж?

Лора открыла глаза, повернулась и, увидев сонное лицо Валентина, пожала плечами:

– Выйти… за тебя? Но ведь у меня сын…

– Я его усыновлю… Я люблю тебя, Лариса, и хочу всегда быть с тобой…

Он лежал голый поперек кровати, капли пота блестели на его теле. В доме было жарко, душно и пахло почему-то какими-то отвратительными духами.

Солнце залило большую комнату и высветило журнальный столик со следами трапезы: стаканы с остатками красного вина, миска с розовой жижей – это все, что осталось от клубники со сливками, горка тонких куриных костей и гроздь потемневших вишневых косточек…

– Кто-то разлил духи… Хозяева, наверное, – задумчиво проговорила Лора, испытывая почему-то отвращение и к этой комнате, и к скомканным влажным простыням, и, что самое удивительное, к этому пресыщенному и грубому мужчине, который, в самом начале их свидания удовлетворив ее желание, все остальное время практически насиловал ее, заставляя ее делать непривычные для нее вещи. Она поняла, что сильно просчиталась, пригласив его сюда, в это безопасное для встреч место, где им никто не мешал и где никто не мог… защитить ее от этого необузданного и ненасытного любовника. Совсем не о такой страсти она мечтала, лежа на постели рядом со своим патологически спокойным мужем, для которого секса не существовало вообще, а супружеские отношения он, по-видимому, понимал лишь как способ размножения. Поначалу такое положение вещей устраивало и Лору, она была счастлива уже тем, что вышла замуж за красивого и умного мужчину, талантливого ювелира, богатого человека, наконец. Но потом эта пресная семейная жизнь ей надоела, ей захотелось разнообразия, любви, страсти, даже, быть может, страданий… И вот тогда в ее жизни появился Валентин. Они познакомились с ним на улице, рядом с ее домом. Интересный молодой человек предложил ей помочь донести тяжелые сумки с продуктами. И она, как это ни странно, согласилась. То ли настроение у нее было хорошее и ей было приятно общество молодого парня, то ли сумки действительно были настолько тяжелы, что она была рада избавиться от них, отдав первому встречному, но таким вот довольно пошлым (по ее мнению) способом они и познакомились. Валентин в первый же день их знакомства предложил ей назавтра встретиться в парке культуры. И Лора пришла. Она не узнавала самое себя. Ей хотелось услышать комплименты, ей было приятно осознавать, что в ком-то она вызывает желание, что ею восхищаются как женщиной… Она никогда не мечтала о карьере, а потому, закончив педагогический институт, вышла замуж, родила сына и как бы успокоилась, решив, что ее миссия на этом закончена. Она полностью погрузилась в быт, все силы бросила на обустройство новой квартиры, которую купил Орлов, и стала мечтать о переезде в Москву. Она понимала, что Сергею Москва необходима как воздух, что только благодаря другу Сергея Ядову они смогли бы закрепиться в столице и в прямом смысле озолотиться на одних частных заказах. Ядов был старше Сергея на десять лет и обладал редкой способностью приручать к себе людей. В его доме всегда были гости, они у него жили, ночевали, «кантовались», пережидали семейные бури, общались, наконец… Ядов числился писателем, но зарабатывал себе на жизнь чем угодно, только не писательским трудом. Лора была уверена, что Ядов был ростовщиком в самом полном смысле этого слова и, кроме этого, имел проценты за посреднические услуги от ювелиров, художников, скульпторов и даже композиторов. Его рекомендация дорогого стоила. «Ядов не гомосексуалист?» – спросила она как-то Сергея и получила вполне исчерпывающий ответ: «Ядов – гедонист. И женщины его обожают».

Валентин поцеловал ее тогда прямо в парке, на скамейке. И сделал это так неожиданно, что она вся затрепетала и даже не успела испугаться. Больше того, этот напор и нахальство Валентина ее распалили. На следующий день он пригласил ее в ресторан, после чего Валентин привез ее в какую-то маленькую квартирку, расположенную прямо в центре города, и продержал в постели больше двух часов. Это оказалось для нее такой физической и эмоциональной нагрузкой, что она приходила в себя целых три дня, много ела, спала и несколько раз на день принимала ванну. Ей казалось, что на ее теле повсюду остались следы мужчины, обращавшегося с ее телом, как с куклой, у которой нет ни костей, ни мышц, а сплошная мягкая и податливая плоть, и с этой плотью можно делать все, что душе захочется. Вскоре Валентин позвонил ей, но она отказалась от встречи. Но по прошествии недели ее настроение резко изменилось. Теперь уже она хотела видеть его, хотела снова оказаться в маленькой квартирке, на диване, чтобы испытать все то, что уже испытала… Ей начали сниться эротические сны. Когда ей приснился их кот Гофман в человеческий рост, который вошел к ней в спальню, поражая ее воображение фантастической расцветкой попугая – розовые с желтым лапы, голубая спинка и ядовито-зеленая пушистая грудка, – и предложил ей раздеться, она поняла, что наступил физиологический кризис, и утром, услышав по телефону голос Валентина, согласилась на следующую встречу без колебаний. Но в этот раз они занимались любовью прямо у нее дома. Сашу она отвезла к своей матери, Орлов уехал к Ядову в Москву. Когда она спросила Валентина, почему они должны встретиться именно у нее, а не на той квартире, где были в последний раз, он ответил довольно просто: «Так интереснее…» И оказался прав. Принимая его на постели, где еще недавно они спали с мужем, Лора испытывала очень странные и противоречивые чувства. С одной стороны, привычные ее взгляду вещи охлаждали ее, но с другой – близость на этом домашнем фоне с сильным и грубоватым мужчиной лишь усиливала в ней чувственность. Лежа в объятиях Валентина, она уже потом тысячу раз пожалела, что согласилась принять его у себя дома, и остальные полтора часа с нетерпением ждала его ухода, а когда он ушел, легла в ванну и приходила в себя еще с час, прежде чем позвонить матери и сказать ей, что вскоре приедет за Сашей.

Она успела отдохнуть от Валентина, лишь когда они всей семьей переехали на дачу. Но он звонил и туда, сообщал, какой электричкой едет, и Лора как загипнотизированная шла его встречать. Он приезжал не часто, но его приезды вносили в ее жизнь ощущение праздника, преступления и вины одновременно. После свиданий с Валентином, которые происходили где придется, начиная от поляны за лесопосадками и кончая лавкой на станции (это произошло в пять утра, и просто чудо, что их никто не увидел), ее семейная жизнь показалась ей той отдушиной, куда можно спрятаться, чтобы перевести дух, прийти в себя, почистить перышки, набраться сил, чтобы через несколько дней вновь пуститься во все тяжкие… Самое удивительное в истории ее любовных отношений с Валентином, что они никогда не были ЛЮБОВНЫМИ. Это был секс в чистом виде, о чем Валентин и говорил ей при каждом удобном и неудобном случае. Более того, он, терапевт по специальности, убеждал ее в пользе этих отношений и приводил в пример многих своих пациенток, страдающих от отсутствия «мужских гормонов». Он так и говорил «от мужских гормонов», а не от любви или, скажем, мужской ласки. Валентин был циником и даже бравировал этим. А Лора жила как в чаду.

15
{"b":"6434","o":1}