ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Думает, значит, гора. Точно, наверное, думает, помню лишь, проговорила она.

А еще я помню, как Ирина вместе со слепым итальянцем Доменико, тоже лечившимся у нас, танцевали рокн-ролл. Оба слепых партнера так хорошо чувствовали друг друга, выдавая сложнейшие «па», что нельзя было поверить в то, что они не видят друг друга. По окончании танца разгоряченный Доменико вскинул руки вверх и крикнул:

Вива, русса Ирина!

Трагическое послание древних - any2fbimgloader434.jpeg
Итальянец Доменико

Молодец, Доменико! выдохнула запыхавшаяся Ирина.

Когда Ирина отдышалась, я, помню, спросил ее о том, как они, не видя, не натыкались во время танца друг на друга.

А мы оба думали только о танце, больше ни о чем. Мысли сами водили нас, отвечала Ирина.

В тот момент, помню, я подумал о том, что там, на Тибете, возможно, священная гора сама будет водить нас, пожелав или не пожелав показать нам Город Богов. Помню также, что я отмахнулся от этой мысли, помотав головой.

Марина Цветаева

А в Москве, на Таганке, Ирина протянула мне несколько листов ксерокопий какихто стихов. Это была «Поэма Горы» Марины Цветаевой.

К чему это? спросил я.

К тому, что гора думает.

У меня что-то екнуло внутри, и я углубился в чтение.

Вздрогнешь и горы с плеч
И душа горе
Дай мне о горе спеть:
О моей горе!
Трагическое послание древних - any2fbimgloader435.jpeg
Марина Цветаева
Та гора была как грудь
Рекрута, снарядом сваленного.
Та гора хотела губ
Девственных, обряда свадебного
Требовала та гора.
Океан в ушную раковину
Вдруг ворвавшимся ура!
Та гора гнала и ратовала.
Та гора была миры!
Бог за мир взимает дорого!
Горе началось с горы.
Та гора была над городом.
Как на ладони поданный
Рай не берись, коль жгуч!
Гора бросалась под ноги
Колдобинами круч.
Как бы титана лапами
Кустарников и хвои
Гора хваталась за полы,
Приказывала: стой!
О, далеко не азбучный
Рай: сквознякам сквозняк
Гора валила навзничь нас,
Притягивала: ляг!
Оторопев перед натиском,
Как? Не понять и днесь
Гора, как сводня святости,
Указывала: здесь.
О когда б, здраво и попросту
Просто холм, просто бугор,
Говорят тягою к пропасти
Измеряют уровень гор
В ворохах вереска бурого,
В островах страждущих хвои…
(Высота бреда над уровнем Жизни)
На же меня! Твой…
Но семьи тихие милости,
Но птенцов лепет увы!
Оттого, что в сей мир явились мы
Небожителями любви!
Гора горевала (а горы глиной
Горькой горюют в часы разлук),
Гора горевала о голубиной
Нежности наших безвестных утр.
Еще говорила, что это демон
Крутит, что замысла нет в игре.
Гора говорила. Мы были немы.
Предоставляли судить горе.
Гора говорила, что только грустью
Станет что ныне и кровь и зной.
Гора горевала, что не отпустит
Нас, не допустит тебя к другой!
В жизнь, про которую знаем все мы
Сброд рынок бардак.
Еще говорила, что все поэмы
Гор пишутся так.
Та гора была как горб
Атласа, титана стонущего.
Той горою будет горд
Город, где с утра и до ночи мы.
Та гора была миры!
Боги мстят своим подобиям!
Горе началось с горы.
Та гора на мне надгробием.
Минут годы. И вот означенный
Камень, плоским смененный, снят
Нашу гору застроят дачами,
Палисадниками стеснят.
Но под тяжестью тех фундаментов
Не забудет гора игры.
Есть беспутные, нет беспамятных:
Горы времени у горы!
Виноградники заворочались,
Лаву ненависти струя.
Будут девками наши дочери
И поэтами сыновья.
Тверже камня краеугольного,
Клятвой смертника на одре:
Да не будет Вам счастья дольного,
Муравьи, на моей горе!
В час неведомый, в срок негаданный
Опознаете всей семьей
Непомерную и громадную
Гору заповеди седьмой.

Когда я откинулся от листов со стихами, Ирина воодушевленно спросила:

Ну, как?

Я ответил вопросом на вопрос:

А кто она, Марина Цветаева? Мне даже случайно довелось быть на ее могиле, но про нее знаю мало.

Цветаева? Ирина призадумалась. Говорят, она была Посвященной. Ей мысли приходили Оттуда.

Почему я про нее почти ничего не знаю? Почему в школе?…

В школе это трудно воспринимаемо. А Ваша жизнь, Эрнст Рифгатович, посвящена хирургии. Вам некогда.

Да уж.

Кстати, Борис Пастернак считал «Поэму Горы» главным произведением Марины Цветаевой.

Неужели и он чувствовал, что в этой поэме?…

Чувствовал.

Что?

Что гора думает.

Странная поэма; такое ощущение, что Цветаева считает гору живым существом, проговорил я, вспоминая, что мысль о том, что гора думает, пришла и ко мне, и боясь напомнить об этом Ирине.

97
{"b":"644","o":1}