ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

7. Информация от Саши (в магазинах 14 июля);

8. Сазонов – «пальчики»;

9. Чайкин – что ели перед смертью Оленин, Орешина…

Она захлопнула блокнот и положила его в сумку. Сидя в машине и глядя на прогуливающихся неторопливо по улицам нарядно одетых людей, она подумала, что ужасно завидует их безмятежности, их праздности, их неведению, которые заполняют их счастливую и спокойную жизнь. Они идут себе, глазея на витрины и покупая на каждом шагу мороженое или горячие булочки, не подозревая о том, что каждый день в городе происходят убийства… Они не сталкиваются каждый день с грязью и смертью, как бедолага Чайкин, постепенно спивающийся в своем морге… А Надя Щукина хандрит, потому что боится признаться даже себе в том, что мужчина, с которым она живет уже почти год, катится в пропасть и что вытащить его оттуда за белесые редкие вихры будет ой как трудно, если вообще возможно…

Ей в голову пришла совершенно дикая мысль. Иноземцев! У него связи в медицинском мире. Пусть он выступит посредником и получит свои проценты…

– Серж Иноземцев? – Она постаралась придать своему голосу неузнаваемый низкий тембр.

– Кто это? – отозвались на другом конце провода. – Люсь, это ты?

– Меня зовут Эсмеральда…

– Не понял.

– Иноземцев, послушай, это Земцова… Звоню тебе от своего знакомого ювелира…

– Что-нибудь не то? – Юля почти увидела перепуганное и растерянное круглое лицо Сережки и довольно хмыкнула.

– А ты как думал?

– Но ведь я же проверял… Бриллики настоящие, сапфиры тоже… Ты что, решила вернуть мне кольцо? Предупреждаю сразу – у меня денег уже нет, я расплатился с долгами…

«Скверная какая личность…»

– Послушай, я звоню тебе вовсе не из-за кольца… Ты бы мог мне найти человека, способного вылечить мужчину от алкоголизма, сохранив его имя в тайне? Я тебе заплачу, если будет результат. Понимаешь, у меня мало времени, но очень хочется помочь одному хорошему человеку… Объявлений-то тьма, все сулят всех вылечить от пьянства и табакокурения, но я никому не верю… Сережа, будь другом, найди мне волшебника…

– Земцова, тебя убить мало… так перепугать человека… Я уж и правда поверил, что какие-то проблемы с кольцом… Уф-ф… Считай, что ты такого человека уже нашла. Гарантия – пожизненная. Только это будет довольно дорого стоить.

– Ты особенно-то не зарывайся, все под небом ходим… Ты не боишься, что тебя, жаднюгу такого, кто-нибудь и когда-нибудь обидит и ты приползешь ко мне просить, чтобы я нашла твоего обидчика?.. Или вдруг ограбят? Или ранят? Или просто набьют морду? Ты понимаешь, о чем я? Я не советую тебе наживаться на моих гонорарах…

– Цена в пределах разумного… – смягчился Иноземцев, который, наверно, даже через провода и графитовый порошок телефонной трубки почувствовал запах денег.

– Вот и славно. Координаты, цену, фамилию и адрес…

– Как, разве ты забыла, как меня зовут и где я живу?

Она расхохоталась от души, забыв, что еще совсем недавно в слезах выходила из дома Орешиной.

– Тогда просто: сколько?

– Сто рублей. Новыми.

– Сто?

– Сеанс, разумеется.

– Так, понятно, а сколько сеансов?

– На клиента надо бы посмотреть…

Они договорились встретиться втроем: клиент, Юля и Иноземцев на следующий день, восемнадцатого июля, в восемь вечера в том же самом кафе, где встретились сегодня днем.

– Если я не смогу его привести – я позвоню и предупрежу…

Едва она отключила телефон, как к ней пробился озабоченный Крымов.

– Ты где, партизанка?

– На Беговой. Какие вопросы, Крымов? Соскучился? Как поживает твое насекомое?

– Так же, как и все твои животные…

– Ты мне не хами, говори по делу, а то уволюсь…

– Что с Орешиной?

– Ты еще ничего не знаешь?

– А что я, собственно, должен знать… Ты нашла ее?

– Ее нашли другие люди… в Затоне…

Крымов долго молчал, переваривая новость.

– Утонула?

– Ее избили, как и трех «синюшек»… Пара ударов – ей хватило…

– Что говорит ее мать? Ты виделась с ней после этого?

– Она хочет, разумеется, чтобы мы нашли убийцу…

– Значит, тебя можно поздравить?

– С чем?

– С тем, что удержала клиентку…

– Крымов, тебе никто не говорил, что ты мерзавец и негодяй?.. – Она чуть не задохнулась от ярости.

– Говорили – и прибавляли к этому, что у меня нет сердца и прочих органов… Зато у меня есть самый главный орган…

Юля отключила аппарат и попыталась завести машину. Крымов позвонил снова.

– Не отключай меня, а то хуже будет… распоясалась совсем… Ты куда едешь?

– А откуда ты знаешь, что я еду?

– Слышу, как ты дергаешь ручку передач… Слушай, я разговаривал с Сазоновым… Про Шонина – это правда?

– Я работаю в отличие от некоторых, которые стригут купоны.

– Скажи, это правда?

– Разумеется.

– А почему я узнаю об этом последний?

– Потому что слишком много времени уделяешь насекомым

– Он для этого и приехал к нам? – ушел от ответа Крымов.

– Я ведь уже все тебе рассказывала… Он приехал, чтобы помянуть сестру, но после разговора со мной решил начать расследование и найти убийцу Инны…

– Он заплатил тебе?

– Разумеется.

– А почему же ты мне не отдала деньги?

– Не успела.

– Я готов тебя просто убить… Сколько?

– Его условия следующие: расследование веду я, и все расчеты он будет производить со мной. Иначе его не устроит.

– Сколько?

Она назвала сумму, вдвое меньше той, которую получила утром от Шонина.

– Продешевила. Могла бы взять и побольше. Но и это неплохие деньги. Сдашь под расписку Щукиной, а я ее предупрежу…

– А себе рубль, вернее, два рубля на мороженое можно взять?

– Возьмешь столько, сколько сочтешь нужным для работы, а потом отчитаешься… Жду тебя сегодня у себя в шесть. Шампанское уже в холодильнике, я заказал в ресторане цыплят в сухарях… Все, пока.

Стало тихо. Если не считать коротких гудков из телефона.

* * *

Два часа Земцова потратила на техническую и не очень творческую работу: съездила домой, взяла фотоаппарат, вернулась на квартиру Оленина, «распечатала» ее, сделала необходимые снимки записок Веры, ее писем, явных подарков, драгоценностей, прихватила слайды (и все это без ведома Сазонова), снова опечатала квартиру и привезла ключи от нее Сазонову.

– Что-то ты долго возилась там… Нарыла что-нибудь? – У Сазонова уже весело блестели глаза. Дело шло к вечеру, старший инспектор уголовного розыска решил немного расслабиться и выпить.

– Нарыла. Он встречался с некой Верой, женщиной явно старше себя… не могу это пока объяснить, сужу по ее письмам и тому отношению к Оленину, которое чувствуется во всем, начиная с тона этих самых записок и кончая дорогими подарками… Сейчас молодые девушки не умеют зарабатывать себе на жизнь реальной серьезной работой, какой, как мне представляется, занимается Вера… Она сильно любила Захара, заботилась о нем… Я вот тут сделала выписку дат с записок… Взгляните… – она протянула Сазонову листок из блокнота, где она записала: «15 июня, 28 июня – Москва. Вера». – Мне думается: если поднять регистрационные журналы, то по спискам пассажиров, вылетевших в эти дни рейсами до Москвы, нетрудно будет установить всех Вер… Вера – нынче не очень распространенное имя. К тому же, как мне кажется, эта женщина довольно часто летает в Москву… Вы поможете мне?

– Какая ты шустрая… Где ж мне столько людей взять…

– Поймите, найдем эту женщину, легче будет подобраться к убийце Оленина…

– А что, если это она и убила? Узнала, что у него куча баб, – да и зарубила на хрен…

Юля поспешила уйти. Разговаривать с человеком в таком состоянии не имело никакого смысла. Проспится, тогда она – через Крымова ли, напрямую ли – снова попросит у него нужную ей информацию.

Алкоголь – без него не решается ни одно дело… Во всяком случае, так говорят мужчины.

В агентство она приехала около шести. День прошел, оставив за собой черный шлейф трагедий…

13
{"b":"6442","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Один плюс один
Неукротимый граф
Не такая, как все
Человек, который приносит счастье
Завтрак в облаках
Не прощаюсь
Невеста снежного короля
Загадки современной химии. Правда и домыслы
Все, что мы оставили позади