ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Ее опознали? – Юля решила сделать вид, что не в курсе этого убийства в теплице.

– Опознали. Ее же товарки, работницы теплицы… Наталия Рыжова, всего-то двадцати лет от роду… Убита выстрелом в упор.

Сазонов говорил, а она слушала. Слушала и думала о том, что Сазонов устал. Что у него семейные неприятности, что он скандалит с женой из-за того, что его постоянно нет дома, а когда наконец является, то почти всегда под мухой, что он ругается матом, много курит… А сейчас вот мужик словно бы жаловался Юле на то, что у него нет таких средств, какими располагало их агентство, что не хватает машин, нет средств на бензин и оплату агентуре, что многие сотрудники болеют, даже лежат в больницах с инфарктами и гипертонией… И ни слова не сказал о том, что в теплице влажная земля, на которой отлично просматриваются следы женских туфель на шпильке… И что точно такие же следы обнаружены на квартире Оленина… Почему? Ну почему он скрывает это от нее? И ведь не он сообщил об этом вездесущему Крымову, а какая-нибудь девица-эксперт, которая влюблена в Женьку без памяти… Но зато, если агентство во главе с Крымовым раскрутит дело Шониных, Сазонов получит свои проценты, причем немалые…

– Петр Васильевич, я бы хотела узнать, не нашли ли вы женщину по имени Вера… Помните, я вчера оставляла вам листок с датами… У вас кто-нибудь занимался ею?

– Этот, что ли? – Сазонов как бы между прочим достал из-под папки листок с подколотым к нему другим, голубым листком с отпечатанным на нем небольшим текстом.

Юля пробежала глазами текст и сразу же простила Сазонову и плохое настроение, и вообще все на свете. В списках пассажиров, вылетевших в указанные дни в Москву, была только одна пассажирка с именем Вера. Вера Лаврова. Больше того, следователь уголовного розыска, некая Никитина, подписавшаяся под текстом справки, проанализировав рейсы на Москву в течение последних трех месяцев, выяснила, что Лаврова летает в Москву иногда даже по два раза в неделю. К справке прилагались и паспортные данные Лавровой. Оставалось только найти место ее работы и разыскать ее по указанному в паспорте адресу…

– Вы себе представить не можете, Петр Васильевич, как я вам благодарна… Вы не переживайте. Если вам потребуется моя личная помощь или транспорт, вы только позвоните… А сейчас мне некогда… Ведь вы же нашли женщину… ну, чуть ли не жену Оленина… Если вы не возражаете, я сейчас сделаю копию этой справки и сразу же поеду ее искать, а вечером позвоню, и мы сможем скоординировать наши действия…

– Земцова, что-то я ничего не понял… Зачем тебе Оленин? Ты же, кажется, занимаешься Шониным…

Юля удивилась тому, как крепко вошла фамилия состоятельного клиента в память Сазонова. Но почему-то эта же память предательски позволила позабыть ему о том, что убитый Оленин являлся женихом убитой Инны Шониной…

– Понимаете, у нас хоть и миллионный город, а все равно все почти друг друга знают… Оленин был женихом Инны Шониной…

– Понятно. Вспомнил. Значит, ты практически Олениным не занимаешься, а копаешь под Инну?

– Я ищу людей, знавших Оленина… – Она хотела что-то спросить об отпечатках пальцев в квартире Оленина, но, не желая лишний раз надоедать своими вопросами Сазонову, решила выведать всю информацию по этому делу у Нади. – Я вам позвоню, Петр Васильевич… И если почувствую, что эта Вера Лаврова может быть причастна к смерти Оленина, непременно передам все сведения…

С этими словами, забрав справку, она вышла из кабинета и со всех ног бросилась вниз, к машине. Она так и не поняла, почему никто из службы Сазонова никак не отреагировал на появление в деле нового лица – любовницы убитого Оленина. Неужели у них, недоумевала она, так много работы, что не хватает сил даже на то, чтобы просто скоординировать работу своих же следователей и агентов – не тратить время попусту, а двигаться в разных направлениях, проверяя одну версию за другой?..

* * *

Ей пришлось заехать к себе в агентство, чтобы снять копию справки о Лавровой, поскольку во всем здании не нашлось ни одного исправного ксерокса.

– Надя, тебе, наверное, придется самой вернуть первый экземпляр Сазонову. И сделать это поскорее, чтобы этот ворчун не смог упрекнуть меня, что, мол, я использую его службы в своих корыстных целях… С ним сейчас лучше не связываться. А я помчусь к Лавровой. Если ее вдруг не окажется дома, то порасспрашиваю соседей…

– Да уж, будь Сазонов в другом расположении духа, ты бы через ту же Никитину и узнала, где работает Лаврова.

– А ты скажи Крымову, чтобы он поговорил с Никитиной. По-моему, это новый следователь, но уже по одной справке видно – человек ответственный и мыслит логически…

– А почему эта «хорошая» не выяснила сразу, где работает Лаврова?

– Значит, не было таких указаний. Это во-первых, а во-вторых, откуда мы знаем, может, Сазонов только притворился, что его не больно заинтересовала Лаврова… Ты ему подсказала с аэропортовскими рейсами, и он использовал твою идею…

– Может, и так… У тебя есть что-нибудь новое?

– Был тут один человек, журналист, мой хороший знакомый, он как раз занимается проблемой проституции в городе… Я отдала ему твои слайды и попросила уже сегодня вечером привезти их обратно с фамилиями и адресами.

– А Крымов в курсе?

– Конечно, в курсе. Стала бы я расплачиваться из своего кармана…

– Хорошо, подождем. Шубин не звонил? Саша сказал, что он должен вот-вот приехать… Мне кажется, что я не видела его тысячу лет. Как появится, пусть позвонит мне, хорошо? Мы с ним встретимся где-нибудь в городе, я введу его в курс дела…

– Это если Крымов тебя не опередит и не отправит его еще в какую-нибудь тмутаракань. Хочешь кофейку?

– Нет, ничего не хочу, хочу только увидеть Лаврову. Знаешь, я даже немного представляю ее себе… Высокая, худощавая, стройная женщина, скорее всего брюнетка с красивыми зелеными глазами… Оленин бы не стал встречаться с сорокадвухлетней кочергой…

– Сколько ей лет?

– Сорок два.

– Да уж… наверно, действительно красивая, раз сумела окрутить такого парня, как этот ваш Оленин…

– Ты так говоришь, словно видела его… – засмеялась Юля, собирая сумку и поправляя прическу. – Даже я и то видела его уже в холодном виде… Смотрела фильм «Холодные закуски»?

– Смотрела-смотрела…

* * *

Лаврова жила на Большой Горной в новом девятиэтажном доме на третьем этаже. Дом прятался почти в сквере, возле старинной арки, ведущей прямо в городской парк. Место – лучше не бывает: тишина, близость пруда с плавающими в нем лебедями и утками, зелень и свежий воздух… Все в городе знали стоимость квартир в этом доме, как знали и то, кто именно имел возможность здесь поселиться. Быть может, поэтому весь район городского парка, который постепенно застраивался элитными дорогими особняками и вот такими аккуратными многоэтажками с двухуровневыми шикарными квартирами, горожане и прозвали «Воруй-город».

Юля долгое время не могла проникнуть в подъезд, поскольку не знала, естественно, кода, позволяющего открыть парадное, пока на ее стук не вышла приятная молодая женщина, консьержка, она и впустила Юлю.

– Вы к Лавровой? А ее нет дома. Не вижу ее что-то около недели… В командировке, наверно… Вы бы ей позвонили сначала…

– Да вот телефон записала на листочке и потеряла…

– А вы кто ей будете? Я почему спрашиваю… словом, женщина она крайне необщительная, замкнутая, гости к ней не ходят, она тихая как мышь…

– А мужчины к ней ходят?

– Вы из милиции? Я угадала?

– Почти. Я из частного сыскного агентства. Мне надо задать ей несколько вопросов… Вы не знаете, кстати, где она работает?

– Нет, не знаю. Слышала, что в одной частной фирме, но чем именно она занимается, не скажу… Но могу вам кое-что подсказать. Я вот говорила, что она необщительная… Но у нее здесь, в доме, есть одна приятельница, к которой она иногда ходит… Мне же из окна видно. Она живет в соседнем подъезде на первом этаже, и зовут ее Лорой. Вот она, в отличие от Веры Васильевны, любит поговорить. Уверена, что она вам все про Лаврову расскажет. Код 365. Первый этаж, квартира 38.

18
{"b":"6442","o":1}