ЛитМир - Электронная Библиотека

Антропочервизм

С благодарностью Андрияну Ниткину, направившему совместные мысли автора и героини в нужное русло…

Кэт ползла по свежему торфу и всеми своими сегментиками ощущала теплое дыхание вечера… Согнулась, разогнулась, снова согнулась, разогнулась, опять согнулась…

«А ползаю я быстрее черепахи», – жирная червячиха Кэт никуда не торопилась, но невольному сравнению с предметом житейских анекдотов, да еще в свою пользу, удовлетворенно порадовалась, распрямилась и замерла, медитируя. В одной из прошлых жизней она была йогом, навыки с тех давних пор остались. Червячиха, закрыв глаза, распевала любимую мантру и вдруг явственно увидела свою следующую жизнь в человеческом обличии. В той жизни Кэт станет милой девушкой Екатериной. Сколько себя помнит, она всегда была Катькой, имена слегка менялись, но суть оставалась одна – Кэтти, Кати, Кэт, как сейчас. Да-да, у червей тоже есть имена. А вы не знали?

Видения будущего кучерявым облачком вползали в сознание…

Екатерина – молодая девушка двадцати трех лет от роду, красивая, с идеальной точеной фигуркой, густыми рыжими волосами, сидит на диване, по-турецки скрестив ноги, тупо уставившись на разложенные карты Таро. Катька никак не может понять, что случилось, почему ее только-только было наладившаяся личная жизнь в одночасье изменилась. Она пытается найти ответ, и карты складываются в комбинацию «слушай советы близких».

«Уже две недели как в тумане. Дальше своего носа ничего не вижу, поревела от души, сижу в ступоре, раскачиваюсь, как маятник, и вою волком какие-то непонятные песни на хинди, только в подушку вою, а не на луну… Советы близких…

Самые близкие, самые родные твердят в один голос: “Твои слезы не стоят этого “козла”. Если случилось то, что случилось, значит, для тебя так лучше. Во всем, даже в любом несчастье есть свои хорошие стороны, ищи плюсы в сложившейся ситуации и двигайся дальше. Это твоя жизнь, и кто-кто, а ты уж точно не упустишь своего шанса. Коль уж захочешь быть счастливой, прожить свою жизнь лучше остальных, то проживешь, мы-то знаем…”

Что-то я слишком много думаю в последнее время. Хорошо бы, задачка разрешилась сама собой, без усилий с моей стороны и без головоломок…»

А как все волшебно начиналось… Стрела Амура сразила Катьку любовным ядом сразу же, в первую минуту встречи с Димкой. Отчаянные перестрелки глазами весь вечер, случайные прикосновения, от которых во все стороны летели искры, и затем трогательное признание в любви с первого взгляда, сделанное парнем на лестничной клетке, исправно сослужили свою службу. Катька влюбилась, как не влюблялась, пожалуй, с седьмого класса. Она только и думала о Диме, лишь о нем хотела говорить, только с ним хотела быть. Хотелось верить во взаимность чувств, и Катька верила. Не прошло и недели, как она практически переехала жить к Козлову со всеми своими фенами, шампунями, бальзамами, мочалками, гелями, кремами и прочими мелкими штучками, так облегчающими жизнь любой женщины. Козлов не возражал, ему понравился уют, который стала создавать вокруг любимого подружка. По чистому полу теперь было приятно ходить босиком, командно отмытые окна сверкали чистотой, а после холостяцких ужинов, состоящих, как правило, из пельменей да сосисок, Катькины воздушные омлеты на завтрак и мясные рагу на ужин казались Димке верхом кулинарного искусства. Люди быстро привыкают к хорошему. Через неделю Козлов потребовал на обед борщ, и не просто борщ, а всенепременно с украинскими галушками.

Внезапно что-то заслонило свет, прямо перед собой Кэт увидела реденькую бородку, бессмысленный взгляд и апатично двигающиеся толстые отвисшие челюсти. Челюсти приближались все ближе и ближе…

«Козел!» – только и успела мелькнуть леденящая мозг мысль. В ту же секунду Кэт была проглочена вместе с капустным листом. Несчастье случилось, потому что она не заметила, как за своими хаотичными мыслями доползла до ближайшего огорода и забралась на любимое лакомство рогатой скотины.

Кэт огляделась. Желудок, в который она попала, был переполнен. Кэт с трудом протиснулась между еще не переваренными капустными листьями и прилипла к стенке желудка. Пока глаза привыкали к темноте, она мучилась от тошнотворного козлиного запаха. Что-то знакомое было в этом запахе. Мозг опять начал свою лихорадочную работу. И тут до Кэт дошло: она в гостях у Димки-козла, того самого Димки, в желудке будущего Димки Козлова. Как это ни странно, но его имя тоже не претерпевало изменений в веках.

– Попался, голубчик! – ехидно рассмеялась Кэт в темноту, яростно вгрызаясь в живую мягкую ткань. – Я объявляю тебе войну! Я отомщу за себя и за свое будущее!

«Так, чуть-чуть успокоилась, буду рассуждать, как говорится, логически.

Несколько отвлекаюсь от внутренней душевной сумятицы, начинаю вспоминать… Интересно, откуда у меня тяга к медитированию? Итак, прыщи надо лечить изнутри. А вот с создавшейся ситуацией лучше начать разбираться снаружи, чем я и занималась последнее время. Надо же, только сейчас заметила, что, приводя себя в чувство, дабы отвлечься от мрачноватых мыслей, я невероятно похорошела. Многочисленные маски, ароматические и успокаивающие ванны, новая прическа и посещения солярия – вот так результат!»

Катька поднялась с дивана, подошла к зеркалу, почти приплюснулась к нему, разглядывая себя:

«Ну и дела! Кожа посвежела, просто сияет, румяная: чем не плюс?!!»

Карты категорически не хотят подсказать Катьке, когда, в какой момент была допущена ошибка. А собственно, была ли ошибка? А мальчик? Целыми днями на протяжении двух недель девушка прокручивает события прошедших месяцев. И не находит абсолютно никаких зацепок, чтобы понять то, что привело пылкую Димкину страсть к холодной отстраненности.

Катька всегда знала, что при бессоннице чувствуешь себя лучше и увереннее. Казалось бы, не выспишься, значит, будешь сонной и вялой, но, странное дело, в малых дозах от этого недосыпа чувствуешь себя бодрее, сильнее. Мать Катерины говорит, что это сказываются гены, наследственное, сама она спит по четыре-пять часов в сутки, но всегда весела. А как тут спать? У девушки внутри все горит, ее потрясывает, как в мчащемся поезде, удары сердца в минуту стремятся к бесконечности. Катька похудела, лицо несколько осунулось, но худоба стала даже благородной, на улице мужчины все чаще оборачиваются ей вслед. Грустное и жутко несчастное выражение Катерининого лица окружающие принимают за томный взгляд и загадочность, на новой работе (там ее пока еще не успели узнать, как следует) то и дело говорят «Ты такая необычная, странная. Но этим притягиваешь к себе!»

Несчастное животное пыталось сопротивляться. Димка-козел носился по огороду и яростно блеял, переполошив мирно снующих куриц и загнав в конуру своими дикими завываниями свирепого пса-кавказца. А Кэт упорно делала свое дело, добросовестно препарируя стенки желудка будущей любви. Димка-козел даже предположить не мог, на что способны женщины в своей мести. Что за прошлое мстить, что за будущее – им без разницы. Женская фантазия при этом безгранична. Козел метался между грядок от забора к забору, бился об него, в конце концов сломал свою гордость – рога. На войне, как на войне!

Мать заглянула в комнату, увидела карты и снова начала «пилить» дочь:

– И зачем ты к нему потащилась на ночь глядя? Сказал же тебе, не приезжай. Он тебе больно делает, а ты снова за свое. Вот скажи, для чего поехала?

– Не знаю, – Катька действительно не знает ответа, отстраненно улыбается. – Скучала, хотелось снова увидеть, посмотреть в глаза. И вообще, я просто хочу его.

– Ну и? Добилась своего? – мать пытается говорить сочувственно, а получается насмешливо и даже немного зло.

Но Катьке это нравится больше – насмешка лучше жалости.

– Я не добивалась, это он добивался, а я его просто добивала. Тьфу. Каламбурю. Представляешь, спим. Уже после того, как он добился. Я только начинаю переворачиваться в его сторону, он в долю секунды успевает подставить мне спину, лишь бы не лежать лицом к лицу. Тогда я эксперименты провела. Он не любит спать на левом боку. А я как раз под его правый улеглась. Вот я всю ночь и ворочалась специально, заставляя его на нелюбимый бок поворачиваться. Видела бы ты – он как уж на сковороде вертелся. А во сне меня в охапку сгребет, по привычке, видимо, и снова храпеть, потом очнется и давай толкаться, переворачиваться и одеяло на себя тянуть. Я под утро не выдержала и сказала ему: если ты думаешь, что чем больнее ты мне делаешь, тем мне будет легче, то сильно ошибаешься. Я упрямая, как и ты, козел! А он разозлился и потребовал скорее освободить его квартиру от ненужных более вещей. Оказывается, мои бесчисленные трусы заполонили ванную и мешают его священным носкам сушиться в положенном им месте – на батарее.

1
{"b":"644559","o":1}