ЛитМир - Электронная Библиотека

– Ну, играйся в ледю, – хмыкнула девушка и вышла из ванной.

Нет, так дело не пойдет. Они – прислуга и должны вести себя соответствующе. А я позволяю хамить. Посмотрела на свое отражение в зеркале – затравленная и уставшая.

После водных процедур я легла на огромную – способную вместить троих таких, как Норман – мягкую кровать, приятно прогнувшуюся подо мной. Погладила приятную атласную ткань. Интересно, а кого он еще сюда приводит? Дурацкая мысль. Но надо на что-то отвлекаться. Мне слишком больно. Душевно больно, будто в сердце кинжал воткнули. И как я стану ближе к Ватерфолу? Я же хотела быть тихой и незаметной, а придется переступить через свою скромность и стать смелее. Иначе пострадает леди Фронс. Я не могу этого допустить. Мне даже не так страшно за свою семью, как за добрую старушку, приютившую меня.

Ватерфол. Почему он не посадил меня в карету и не отвез в свой дом, о котором полвечера рассказывал? Вопросов было больше, чем ответов. Мог бы и отправить, но, видать, передумал. Интересно, когда он вернется?

Я отгоняла от себя мрачные мысли, пока пыталась уснуть. Постельное белье приятно пахло мятой, и это успокаивало.

Засаленные губы расплылись в хищной улыбке. Волосатые руки, покрытые копотью, тащили меня. Я упиралась, цепляясь за лестницу. Запах пота и алкоголя ударил в нос, сводил с ума, не оставляя шанса на сопротивление. Орала и рыдала, пыталась отбиться. В живот прилетел удар, и я отцепилась от деревянной стойки – единственной опоры. Безвольно повисла в руках, сжимавших рёбра. Воздух едва-едва проникал в лёгкие. Боролось из последних сил, кусая грязные руки, вдохнула воздух и снова закричала. Истерика накрыла с головой.

И вдруг рядом почуяла солоноватый запах моря и мяты.

– Успокойся, это всего лишь сон.

Я вынырнула из темноты и увидела рядом Норманда. Он обнимал меня, поглаживая мои волосы. Пальцы прошли по дорожкам слез, ласково осушая их. Сердце бешено заколотилось, стремясь сломать грудную клетку. Как же страшно и во сне и наяву! Не хочу, чтоб он трогал!

Вдох-выдох. Раз, два, три, четыре. Вдох-выдох.

– От…отпустите пож…жалуйста, – захлебываясь, попросила. Норманд нехотя отпустил. Вытерла слезы. – Что вы здесь делаете? – прошептала, немного успокоившись.

– За рубашкой зашел, – улыбнулся он, подошел к шкафу и достал нужную ему вещь. Его фигура в свете луны казалась огромной: широкие плечи, мускулистый торс. Он провел ладонью по легкой щетине, а затем взъерошил свои волосы: – Точно все хорошо?

– Да, простите, – я уткнулась в одеяло, ощущая его взгляд.

Он будто пытался проникнуть мне под кожу. Мельком глянула на него – губы сжались в тонкую нить. Он напрягся, а мне захотелось провести пальцами по его лицу. Неправильное желание. Не должно быть такого! Он же… он же будет выбирать невесту. И уж точно ему не нужна сиротка из приюта.

– Спокойной ночи, леди Ваерн, – Ватерфол кивнул растерянно и вышел из комнаты.

И дракон благодари его, что не стал спрашивать, что случилось, и почему я кричала ночью.

Поднялась с кровати и подошла к окну. Спать не хотелось. Не знаю, сколько проспала, но на улице еще было темно. Я устроилась в кресле. Почему-то возвращаться в кровать не хотелось. Кошмары меня уже давно не мучали. Вот только пока была с Магдаленой, постоянно видела во сне маму. Ее смех, темные кудрявые волосы, к которым я тянулась маленькими ручками. Лицо не помнила, но уверена, что она самая красивая на свете. У меня от нее осталось золотое кольцо. Я всегда поворачивала его камнем к ладони, а сбежав из приюта, носила только на цепочке.

А в принципе, что мне терять? Я же дочь лорда. Могу носить украшения. Надела на левую руку так, чтоб камушек было видно. Красотень!

В перекрученной позе, завернув одну руку за спину и неудобно подогнув ногу под себя, я уснула, подложив ладошку под щёку.

***

– Доброе утро, леди Ваерн, – в комнату вошли горничные.

А я проснулась в постели, закутанная в одеяло.

Дракон меня посмеши, называется. Ватерфолу та рубашка не подошла?

– Лорд Ватерфол распорядился собрать вас к отъезду.

О! Сегодня мы вежливые и учтивые!

Девушки немного тряслись, будто нервничали. Алисия несколько раз уронила мое платье – хорошо, что на кровать – и глубоко вздохнула, стараясь успокоиться. Клара занималась моей прической – болезненно выдрала пару волосинок. Все бы ничего – понимала, что не нравлюсь ей, но ее руки дрожали – вот это уже было совсем странно.

– Вы уже собрались?! – в дверь постучали в тот самый момент, когда Клара и Алисия помогали мне с платьем. Сегодня я решила надеть темно-синее с круглым декольте.

– Да. Одну минуту! – крикнула.

– Хорошо. Нам надо заехать к герцогу южного региона. Он пригласил вас переговорить с ним по поводу печати. У вас будет шанс снять ее.

Мы втроем застыли на месте, переглядываясь округлившимися глазами.

Глава 13

– То есть ты думаешь, что она не Магдалена Ваерн?

Светловолосый мужчина в дорогом бордовом камзоле – Алек Стронби – прогуливался с Нормандом Ватерфолом по своему саду. Норманд Ватерфол с самого утра приехал к лучшему другу, а заодно и герцогу южного региона королевства Тиерда.

– Предполагаю, – Норманд растерянно посмотрел на окно той комнаты, где сидела девушка, приехавшая на отбор. – Думаю, она тоже телепат, но с блоком – я ее не слышу. Совсем.

Он пытался залезть в ее голову ночью, но ничего не вышло. Почти ничего. Печать, закрывающая от магии, делается с помощью разных драгоценностей, но преобладают в ней агаты. Считается, что ментальная магия самая сильная, поэтому – еще когда было много телепатов – придумали такую защиту. И решили не менять ни рисунок, ни камни.

А еще горничные Магдалены. У них в голове лишь были мысли, что им придется прислуживать этой девчонке. И ничего необычного, кроме того, что их приставили к ней недавно и раньше они не знали ее. Чистые в помыслах, хоть Магдалена им и не нравилась.

– Я недавно ставил печать у лорда Тритсдейла – его дочь проявила сильную магию. Можешь съездить проверить.

Мужчины завернули на одну из тропок, что расчертили лаймовый газон легендарного сада южного округа. Гладкие серые стволы сандаловых деревьев обвили фиолетовые клематисы. Крупные соцветия пурпурной ипомеи манили к себе нежнейшим свежим ароматом. Огромные осколки скал обнажали пепельное с голубоватыми прожилками нутро и источали неуловимый ни для кого, кроме шестикрылых бабочек, феромон. Они облепляли глыбы, делая скальник живым: ни на мгновение не затихавшее движение гибких крылышек всех оттенков синего создавало иллюзию водопада. Стоило пройти мимо, как он рассыпался брызгами по саду, и тогда тяжелые сиреневые цветы раскидистой жакаранды, многоярусные куртины с розами и невероятных форм орхидеями будто утопали, накрытые морским прибоем.

Но Норманд не замечал ничего вокруг, вспоминая странную ночь. Девушка лежала на его кровати, поджав ноги к груди. Хоть ее брови и были нахмурены, она выглядела очень мило. Мужчина сосредоточился. Ее разум затягивал его подобно вязкой топи. Он хотел влезть в ее воспоминания – нелегкая задача для телепата, но у Ватерфола такое получалось весьма успешно, хоть он и старался слишком часто не пользоваться этим – но в этот раз он пытался выкарабкаться, ухватиться хоть за какую-то ветку. Он тонул и задыхался. Будто не печать сопротивляется его воздействию, а сама девушка не дает прочесть мысли и пустить его.

– Я узнавал про магию Магдалены Ваерн – у нее мощная водная магия. Все, что связано с водой. Но никакой ментальной, – ответил Норманд.

– Ну, может, печать хорошая, – Алек пригласил друга присесть на лавку в тени старого дуба.

– Я уловил. Вытянул одно воспоминание.

Норманд замолчал. Рассказывать, что увидел, не захотел. Воспоминание, может, и не было страшным для него, но определенно вызвало неподдельный страх у девушки. Она разрыдалась во сне. Его накрыло волной ее ужаса, и он не нашел ничего лучше, как просто обнять ее. Это то, что случилось в ее жизни. Возможно, она хотела забыть это, а в итоге он вытащил жуткое воспоминание наружу. Такое бывает, когда человек хоть и защищен, но самые яркие мысли выплескиваются.

12
{"b":"646348","o":1}