ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Вероятно, доносившийся с вершины горы «звук трубный» испугал людей. «Весь народ видел громы и пламя, и звук трубный, и гору дымящуюся; и увидев [то], народ отступил и стал вдали. И сказали Моисею: говори ты с нами, и мы будем слушать, но чтобы не говорил с нами Бог, дабы нам не умереть». Попросив Моисея пересказать им слова Господа, люди отошли подальше: «И стоял народ вдали, а Моисей вступил во мрак, где Бог». Тогда Господь позвал Моисея:

И сказал Моисею: взойди ко Мне на гору и будь там; и дам тебе скрижали каменные, и закон и заповеди, которые Я написал для научения их.

Это (Исход, глава 24) первое упоминание о Скрижалях Завета, причем здесь говорится о том, что они написаны самим Иеговой. Еще раз мы встречаемся с этим утверждением в главе 31, где упоминается о двух каменных скрижалях, «на которых написано было перстом Божиим», а также в главе 32: «…две скрижали откровения, на которых написано было с обеих сторон: и на той и на другой стороне написано было; скрижали были дело Божие, и письмена, начертанные на скрижалях, были письмена Божий». Об этом же мы читаем во Второзаконии.

На скрижалях были записаны Десять Заповедей, подробные правила поведения в повседневной жизни, некоторые обряды поклонения Господу и строгий запрет – не поклоняться богам соседей Израиля и даже не произносить их имен. Все это Господь собирался вручить Моисею в виде Скрижалей Завета, которые должны были вечно храниться в Ковчеге Завета, построенном в соответствии с подробным описанием.

Вручение скрижалей было очень важным событием, которое должно было остаться в памяти народа Израиля, и поэтому требовало надежных свидетелей. По этой причине Иегова приказал Моисею прийти за скрижалями в сопровождении Аарона, двух его сыновей священников и семи старейшин. Им не было разрешено подняться на гору (этой чести удостоился один Моисей), но они подошли достаточно близко, чтобы видеть «Бога Израилева». Это было очень опасно, но Господь защитил их: «Он не простер руки Своей на избранных из сынов». Они не были сброшены вниз и могли наблюдать, как Моисей поднялся на гору за скрижалями:

И взошел Моисей на гору, и покрыло облако гору,
и слава Господня осенила гору Синай;
и покрывало ее облако шесть дней,
а в седьмой день [Господь] воззвал к Моисею
из среды облака…
Моисей вступил в средину облака и взошел на гору;
и был Моисей на горе сорок дней и сорок ночей.

Поскольку две скрижали были уже написаны, остальное время, проведенное на вершине горы, Моисей получал инструкции по строительству скинии, в которой Господь будет «обитать» среди людей. Моисей не только выслушал устные инструкции, но увидел «образец скинии и образец всех сосудов ее». Среди них был Ковчег Завета – облицованный золотом деревянный ящик с двумя золотыми херувимами на крышке, в котором должны были храниться две скрижали. Это, объяснил Господь, будет двир (буквально, «то, что говорит»): «…там Я буду открываться тебе и говорить с тобою над крышкою, посреди двух херувимов».

Во время встречи с Господом на горе Синай Моисей получил указания относительно священников, тех, кому позволено обращаться к Богу; священные обязанности внутри скинии были поручены брату Моисея Аарону и четырем его сыновьям. Их одежды описаны до мельчайших подробностей, включая «наперсник судный», украшенный двенадцатью драгоценными камнями, на которых вырезаны имена двенадцати колен Израиля. Наперсник должен был удерживать – у сердца священника – урим и туммим. Точное значение этих слов неизвестно, но из других упоминаний в Библии (например, Числа, 27:21) можно сделать вывод, что они позволяли получить утвердительный или отрицательный ответ на заданный Господу вопрос. Этот вопрос задавался священником: «…спрашивать его о решении, посредством урима пред Господом; и по его слову должны выходить». Когда царь Саул (1-я Книга Царств, 28:6) обращался к Иегове за советом, начинать ли войну с филистимлянами, он «вопросил» Господа, но тот «не отвечал ему ни во сне, ни чрез урим, ни чрез пророков».

Пока Моисей беседовал с Богом, в лагере израильтян его долгое отсутствие вызвало тревогу; он не возвращался уже несколько недель, и народ подумал, что встреча с Господом могла стать для него смертельной: «…потому что человек не может увидеть Меня и остаться в живых».

Поэтому когда «народ увидел, что Моисей долго не сходит с горы, то собрался к Аарону и сказал ему: встань и сделай нам бога, который бы шел перед нами, ибо с этим человеком, с Моисеем, который вывел нас из земли Египетской, не знаем, что сделалось». Аарон, пытаясь обратиться к Богу, изготовил жертвенник и поставил перед ним золотого тельца.

Предупрежденный Иеговой, «и обратился и сошел Моисей с горы; в руке его [были] две скрижали откровения». Приблизившись к лагерю израильтян и увидев золотого тельца, Моисей «бросил из рук своих скрижали и разбил их под горою; и взял тельца, которого они сделали, и сжег его в огне, и стер в прах, и рассыпал по воде». Разыскав зачинщиков богохульства, Моисей убил их, а сам обратился к Господу с просьбой не оставлять народ Израиля. Если этот грех непростителен, говорил он, «изгладь и меня из книги Твоей». Но Господь оставался непреклонен в своей решимости покарать грешников: «…того, кто согрешил предо Мною, изглажу из книги Моей».

«Народ, услышав грозное слово сие, возрыдал». Сам Моисей, растерянный и расстроенный, поставил свой шатер вне лагеря и назвал его «скинией собрания». «И когда Моисей выходил к скинии, весь народ вставал, и становился каждый у входа в свой шатер и смотрел вслед Моисею, доколе он не входил в скинию». Всех не покидало ощущение неудачи.

Но затем случилось чудо. Господь проявил сострадание:

Когда же Моисей входил в скинию, тогда спускался столп облачный и становился у входа в скинию, и [Господь] говорил с Моисеем.

И видел весь народ столп облачный, стоявший у входа в скинию; и вставал весь народ,

и поклонялся каждый у входа в шатер свой.

И говорил Господь с Моисеем лицем к лицу, как бы говорил кто с другом своим.

Когда Бог говорил с Моисеем из горящего куста, «Моисей закрыл лице свое, потому что боялся воззреть на Бога». Старейшины, сопровождавшие Моисея на гору Божью, прошли лишь полпути и не видели самого Господа – но все равно подвергались смертельной опасности. Через сорок лет, когда после скитаний по пустыне израильтяне собирались ступить на землю Ханаана, Моисей вспоминал о встрече с Богом на горе Хорив:

Вы приблизились и стали под горою,
а гора горела огнем до самых небес,
[и была] тъма, облако и мрак
И говорил Господь к вам из среды огня;
глас слов [Его] вы слышали,
но образа не видели, а только глас.
(Второзаконие 4:11-15)

Совершенно очевидно, что в этих строках содержится информация о том, что можно, а чего нельзя делать при близком общении с Господом. Теперь, когда Бог говорил с Моисеем «лицем к лицу» – хотя по-прежнему из «столпа облачного», – Моисей воспользовался моментом и попросил подтверждения того, что он является вождем израильтян, избранным Господом. «Открой мне путь Твой», – сказал он.

Ответ Господа прозвучал загадочно: «…лица Моего не можно тебе увидеть, потому что человек не может увидеть Меня и остаться в живых».

Тогда Моисей попросил: «Покажи мне славу Твою».

Бог ответил: «Вот место у Меня, стань на этой скале; когда же будет проходить слава Моя, Я поставлю тебя в расселине скалы и покрою тебя рукою Моею, доколе не пройду; и когда сниму руку Мою, ты увидишь Меня сзади, а лице Мое не будет видимо».

58
{"b":"647","o":1}