ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Путешественники, исследовавшие междуречье – обширную равнину между реками Тигр и Евфрат, – сообщали лишь о многочисленных холмах, которые на древнееврейском и арабском языках носили одинаковое название «тель». В отсутствие камня даже самые грандиозные сооружения Месопотамии строились из глиняных кирпичей; войны, силы природы и время превратили их в груды земли. Вместо монументальных построек на этой территории время от времени обнаруживались мелкие артефакты, среди которых попадались глиняные таблички, испещренные клинообразными значками. Еще в 1686 году путешественник по имени Энгельберт Кампфер посетил Персеполь – древнюю столицу персидских царей, с которыми воевал Александр Македонский. С памятников древнего города он скопировал выполненные клинописью надписи, напоминавшие ту, что присутствует на царской печати Дария (рис. 37). Однако Кампфер считал, что это просто декоративный узор. После того как исследователи наконец поняли, что это не что иное, как надписи, никто не мог сказать, на каком языке они написаны, не говоря уже о том, чтобы расшифровать их.

Лестница в небо. В поисках бессмертия - i_041.jpg

С клинописью повторилась та же история, что и с египетскими иероглифами: ключом к ее расшифровке стала надпись на трех языках. Она была вырезана на скале в труднодоступной горной стране, которую в Персии называли Бехистан. В 1835 году майор британской армии Генри Роулисон скопировал надпись, сумел определить, на каких языках она была сделана, а затем и прочесть ее. Выяснилось, что надпись была вырезана на скале на трех языках: староперсидском, эламском и аккадском. Аккадский язык является прародителем всей семитской группы языков, и знание древнееврейского помогло ученым прочитать и понять записи ассирийцев и вавилонян.

Вдохновленный этими открытиями, родившийся в Париже англичанин по имени Генри Остин Лэйард в 1840 году прибыл в Мосул, город, в котором пересекались караванные пути северо-восточного Ирака (в то время страна входила в состав Оттоманской империи). Там он нанес визит Уильяму Ф. Эйнсуорту, книга которого «Researchers in Assyria, Babylonia and Chaldea» (1838) – вместе с предшествовавшими статьями и небольшими открытиями Клау-дио Дж Рича («Memoir on the Ruins of Babylon») – не только дала пищу воображению Лэйарда, но и позволила получить финансовую поддержку от Британского музея и Королевского географического общества. Хорошо знакомый и с Библией, и с произведениями греческих историков, Лэйард помнил о сообщении одного из военачальников Александра Великого, в котором говорилось о пирамидах и руинах древнего города – то есть города, который считался древним еще во времена Александра!

Друзья из местного населения показали Лэйарду многочисленные холмы, при этом утверждая, что они скрывают останки древних городов. Волнение исследователя еще больше усилилось, когда он добрался до места под названием Бирс-Нимруд. «Я впервые увидел огромный конический холм Нимруда, отчетливо выделявшийся на фоне чистого вечернего неба, – писал он в своей книге «Автобиография». – Это сильнейшее впечатление останется со мной на всю жизнь». Не об этом ли месте с погребенной пирамидой сообщал военачальник Александра? Кроме того, это место ассоциировалось с библейским Нимродом, который «был сильный зверолов пред Господом» и основал царства и столицы на территории Месопотамии (Книга Бытия, 10):

Царство его вначале составляли: Вавилон, Эрех, Аккад и Халне, в земле Сеннаар.

Из сей земли вышел Ассур, и построил Ниневию, Рерсовофир, Калах.

И Ресен между Ниневию и между Калахом; это город великий.

При содействии майора Роулисона, который к тому времени занял пост британского консула в Багдаде, Лэйард в 1845 году вернулся в Мосул, чтобы начать раскопки в дорогом его сердцу Нимруде. Однако, что бы он ни нашел – а он действительно сделал важные открытия, – честь стать первым современным археологом Месопотамии выпала не ему. За два года до экспедиции Лэйарда французский консул в Мосуле Поль-Эмиль Ботта (с которым Лэйард встречался и подружился) предпринял раскопки на одном из холмов в окрестностях Мосула, на противоположном берегу реки Тигр. Местные жители называли это место Хор-сабад, а в найденных при раскопках глиняных табличках с клинописью город именовался Дур-Шаррукином. Это была древняя столица библейского Саргона, царя Ассирии. Над огромным городом с дворцами и храмами возвышалась семиступенчатая пирамида, которая называлась зиккуратом (рис. 38).

Под впечатлением находок Ботты Лэйард ускорил начало раскопок на выбранном холме – он был убежден, что должен откопать Ниневию, упоминавшуюся в Библии столицу Ассирии. Вскоре выяснилось, что на этом месте располагалась ассирийская крепость Калху (библейский Калах), но обнаруженные при раскопках сокровища стоили затраченных усилий. Среди них был обелиск царя Салманасара II, где в списке его данников присутствовал «Ииуй, сын Омры, царь Израиля» (рис. 39).

Находки в Ассирии подтверждали достоверность сведений, приведенных в Ветхом Завете.

Воодушевленный своим открытием, Лэйард в 1849 году приступил к раскопкам холма, расположенного прямо напротив Мосула, на восточном берегу реки Тигр. Это место, которые местные жители называли Куюнджик, оказалось Ниневией – столицей, основанной царем Сеннахиримом, войско которого было уничтожено ангелом Господним во время осады Иерусалима (IV Книга Царств, 18). Впоследствии Ниневия служила столицей царям Эсархаддону и Ашурбанипалу. Бесценные произведения искусства, найденные при раскопках Ниневии и перевезенные в Британский музей, до сих пор являются самой впечатляющей частью ассирийского раздела экспозиции.

Лестница в небо. В поисках бессмертия - i_042.jpg

По мере того как росли масштабы археологических раскопок – к «гонке» подключились группы исследователей из других стран, – постепенно находились все упомянутые в Библии ассирийские и вавилонские города. Музеи всего мира наполнялись древними сокровищами, но самой важной находкой были простые глиняные таблички – достаточно маленькие, чтобы умещаться в руке писца, – на которых ассирийцы, вавилоняне и другие народы запада Азии записывали торговые контракты, дворцовые обычаи, сведения о свадьбах или наследстве, законы, списки географических названий, математические формулы, медицинские рецепты, деяния правителей, то есть практически все аспекты жизни ьысокоразвитого цивилизованного общества. Эпические поэмы, мифы творения, пословицы, философские трактаты, любовные песни – все это составляющие огромного литературного наследия. Не были обойдены вниманием и дела небесные – таблички содержат списки звезд и созвездий, описание планет, астрономические таблицы, а также списки богов, их родственные связи, атрибуты, обязанности и функции Во главе пантеона стояли двенадцать великих богов, или богов Неба и Земли, с которыми ассоциировались двенадцать месяцев, двенадцать созвездий Зодиака и двенадцать небесных тел, составляющих нашу Солнечную систему.

Иногда в самих записях указывалось, что язык, на котором они написаны, происходит от аккадского. Это и другие свидетельства подтверждают библейский рассказ о том, что предшественником Ассирии и Вавилона (появившихся на исторической сцене приблизительно в 1900 году до нашей эры) было царство под названием Аккад. Оно было основано Шаррукином – «справедливый правитель», – которого мы называем Саргоном, примерно в 2400 году до нашей эры. При раскопках были найдены несколько записей времен его правления, в которых он хвастался, что по милости покровительствовавшего ему бога Энлиля подвластные ему земли раскинулись на пространстве от Персидского залива до Средиземного моря. Он называл себя «Царь Аккада, Царь Киша» и утверждал, что нанес поражение Уруку, разрушив его стены, а также одержал победу над жителями Ура.

Многие ученые отождествляют Саргона I с библейским Нимродом, поскольку строки Священного Писания как нельзя лучше подходят к нему и его столице городу Кишу (или библейскому Хушу-Кушу), который был основан раньше Аккада.

21
{"b":"648","o":1}