ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

он сделал (эту) надпись на стеле.

Он построил ей Дом (храм) из камня,

обновил богов, которые были найдены в ее храме.

Хатхор, как нам известно, считалась владычицей Синайского полуострова. Если самая высокая вершина Синая была Восточной Горой богини, то Великая пирамида – Западной Горой; обе они служили опорными точками посадочного коридора.

Эта Инвентарная стела, как ее стали называть, имеет все признаки аутентичности. Тем не менее ученые – как во времена, когда она была найдена, так и позже – не могли заставить себя принять неизбежные выводы, следовавшие из древней надписи. Не желая разрушать все здание «пирамидологии», они объявили Инвентарную стеду подделкой – по их мнению, надпись была сделана «через много лет после смерти Хуфу» (цитата из работы селима Хасана «Excavations at Giza»), а Јго имя используется «для подтверждения ложных претензий местных жрецов».

Джеймс Г. Брестед, чья книга «Ancient Records of Egypt» считается классическим исследованием древних египетских надписей, еще в 1906 году отмечал, что «упоминание о Сфинксе и так называемом храме возле него во времена Хуфу с самого начала сделало этот объект предметом особого интереса. Эти упоминания имели бы огромное значение, если памятник является современником Хуфу, однако ортографические (параллельные) данные о его более поздней датировке более чем убедительны». Он не соглашался с ведущим египтологом своего времени Гастоном Масперо, который еще раньше предположил, что если стела и не относится к временам правления Хуфу, то она является копией более древнего и аутентичного оригинала. Несмотря на все сомнения, Брестед все же включил надпись на стеле в число документов Четвертой Династии. А в 1920 году Масперо при работе над своим всеобъемлющим трудом «The Dawn of Civilization» признал содержание надписи на Инвентарной стеле фактическими данными о жизни и деятельности Хуфу.

Почему же специалисты отказываются признать подлинность этого артефакта?

Инвентарная стела была объявлена подделкой только потому, что примерно за десять лет до ее обнаружения стала считаться доказанной идентификация Хуфу как строителя Великой пирамиды. Якобы неопровержимым свидетельством было написанное красной краской имя фараона, обнаруженное в замурованных помещениях над камерой Царя – эту надпись интерпретировали как отметку каменотесов, оставленную в восемнадцатый год правления Хуфу (рис. 142). Поскольку в камеру никто не входил до ее обнаружения в 1837 году, надпись посчитали подлинной; если же Инвентарная стела содержала противоречащее данной теории утверждение, то поддельной, вероятно, являлась именно стела.

Лестница в небо. В поисках бессмертия - i_135.jpg

Но если мы проанализируем обстоятельства обнаружения надписи краской, а также личности ее первооткрывателей – чего никогда не делалось раньше, – то придем к следующему выводу. Если подделка и имела место, то не в глубокой древности, а в 1837 году от Рождества Христова, и мошенниками были не «местные жрецы», а два (или три) беспринципных англичанина…

История эта начинается с прибытия в Египет – 29 декабря 1835 года – полковника Ричарда Говарда Вайса, считавшегося «паршивой овцой» в аристократической английской семье. В те времена многие офицеры Армии Ее Величества получили известность как «антиквары» (так тогда называли археологов), читая лекции перед избранной аудиторией и наслаждаясь признанием публики. Неизвестно, лелеял ли подобные планы отправившийся в Египет Вайс, но факт остается фактом: посетив пирамиды в Гизе, он пришел в сильное возбуждение от находок, которые ежедневно делали в этом месте и ученые, и дилетанты. Самое сильное впечатление на него произвели теории Джованни Батисты Кавилья, который искал тайную комнату внутри Великой пирамиды.

Через несколько дней Вайс предложил финансировать поиски Кавилья, если тот согласится считать его соавтором. Кавилья ответил категорическим отказом, и обиженный Вайс в конце февраля 1836 года отправился в Бейрут, намереваясь посетить Сирию и полуостров Малая Азия.

Однако долгое путешествие не излечило лихорадку Вайса. Вместо того чтобы вернуться в Англию, он в октябре 1836 года вновь поехал в Египет. Во время своего первого посещения страны он подружился с ловким посредником по имени Дж. Р. Хилл, который в то время служил управляющим на медеплавильном заводе. Теперь Вайса познакомили с «мистером Слоуном», который по секрету сообщил, что у него есть возможность получить «фирман» – концессионную лицензию – от египетского правительства на эксклюзивное право раскопок в Гизе. Получив инструкции, Вайс отправился к британскому консулу полковнику Кэмпбеллу за необходимыми документами. К величайшему изумлению Вайса, в фирмане в качестве его компаньонов были указаны Кэмпбелл и Слоун, а руководителем работ назначался Кавилья. 2 ноября 1836 года разочарованный Вайс выплатил Кавилье первый взнос в размере 200 долларов и отправился осматривать достопримечательности Верхнего Египта.

В своей книге «Operations carried on at the Pyramids of Gizeth» Вайс вспоминает, что вернулся в Гизу в январе 1837 года, «горя нетерпением увидеть, как продвигаются работы». Однако вместо поисков тайной комнаты Кавилья и его рабочие занялись выкапыванием мумий из окружавших пирамиду гробниц Ярость Вайса улеглась лишь после того, как Кавилья пообещал показать ему нечто важное – надписи строителей пирамид!

Раскопки гробниц показали, что древние каменотесы иногда помечали предварительно обработанные блоки красной краской. Такие отметки, сказал Кавилья, он нашел в основании второй пирамиды. Однако когда Вайс внимательно изучил «красную краску», выяснилось, что это естественное обесцвечивание камня.

А как насчет Великой пирамиды? Кавилья, пытавшийся найти воздушные каналы, отходящие от камеры Царя, был убежден, что выше ее располагались тайные комнаты. Одно такое помещение, попасть в которое можно было через узкий лаз, обнаружил в 1765 году Натаниэл Дэвисон (рис. 143). Вайс потребовал, чтобы усилия археологов сосредоточились именно здесь; он был недоволен, что Кавилья и Кэмпбелл больше интересовались мумиями, которые хотел иметь у себя каждый музей. Кавилья зашел так далеко, что даже назвал одну из больших найденных им гробниц «гробницей Кэмпбелла».

Лестница в небо. В поисках бессмертия - i_136.jpg

Намереваясь сосредоточить руководство в своих руках, Вайс переехал из Каира на место раскопок в окрестности пирамид. «Я хотел сделать несколько открытий, прежде чем вернусь в Англию», – признавался он в своем дневнике 27 января 1837 года. Он задержался у пирамид почти на год, что обошлось его семье в круглую сумму.

В последующие недели разногласия с Кавильей усилились, и Вайс обрушил на него целую лавину обвинений. 11 февраля у них произошла крупная ссора. 12 февраля Кавилья сделал главные открытия в «гробнице Кэмпбелла»: испещренный иероглифами саркофаг и нанесенные красной краской отметки каменотесов на стене гробницы. 13 февраля Вайс уволил Кавилью и приказал ему покинуть место раскопок. Кавилья вернулся к пирамидам лишь на один день, 15 февраля, чтобы забрать свои вещи. В последующие годы он выдвигал против Вайса «бесчестные обвинения», суть которых Вайс не потрудился раскрыть в своих дневниках.

Явилась ли ссора результатом реальных разногласий или Вайс намеренно спровоцировал конфликт, чтобы избавиться от Кавильи?

Как выяснилось, в ночь на 12 февраля Вайс тайно посетил Великую пирамиду. Его сопровождал Джон Перринг, инженер-строитель из египетского департамента общественных работ и египтолог-любитель, с которым Вайс познакомился через состоятельного мистера Хилла. Они исследовали необычную трещину в гранитном блоке над камерой Дэвисона. Стебель тростника, просунутый в расщелину, не согнулся, что указывало на существование пустого пространства над гранитным блоком.

Какие планы вынашивали эти двое во время своего ночного посещения пирамиды? Об этом мы можем только догадываться по последовавшим событиям. Утром Вайс уволил Кавилью и назначил на его место Перринга. В своем дневнике Вайс признается-. «Я твердо решил произвести раскопки над потолком камеры Дэвисона, где рассчитываю найти погребальную камеру». Раскопки Вайса требовали все больше средств и людских ресурсов, и поэтому члены королевской семьи и другие представители знати прибыли взглянуть на находки в «гробнице Кэмпбелла». Внутри самой пирамиды Вайс не мог показать им ничего нового. В отчаянии он приказал своим рабочим просверлить плечо Сфинкса, надеясь обнаружить отметки каменотесов. Потерпев неудачу, Вайс сосредоточился на поисках тайной комнаты.

62
{"b":"648","o":1}