ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Владимир Василенко

Стальные псы 4: Белый тигр

Глава 1

В тупике

Умереть было не страшно. И даже не особо больно. Но, твою ж мать, как же обидно!

Появившись у менгира Возврата, я едва сдержался, чтобы не врезать по каменному столбу кулаком. Адепту Пути негоже давать волю эмоциям. Да и менгир ни в чем не виноват. Он – лишь безмолвный свидетель моего позора.

Посмертный дебафф накрыл меня, как тяжеленное одеяло, вместо пуха набитое свинцовой стружкой. Даже дышать стало тяжко, а ноги подгибались, будто у меня на плечах угнездились еще пара человек моего веса. Хотелось сесть на землю, а лучше и вовсе прилечь и переждать эти несколько минут, бездумно пялясь в небо. Но я добрался до края каменной площадки, на которой высился менгир, и заглянул вниз, в ущелье.

Вон он, гад! Еще не спрятался. Жрет чего-то. Точнее, кого-то. А еще точнее – то, что осталось от меня.

Жуткая зверюга все-таки. Размером со льва, а издалека и очертаниями похож. Тоже передняя часть туловища кажется массивнее из-за гривы. Только вот грива эта не из волос состоит, а из длиннющих костяных наростов, топорщащихся, как иглы дикобраза. Иглы эти плоские, с иззубренными кромками, и плоть режут, как ножовки с мелкими зубцами. Морда тоже явно не кошачья – сплошь костяная, заостренная. Скорее клюв, чем пасть. Да и кривые когти на лапах тоже больше похожи на птичьи. Шкура – толстая чешуйчатая, как у ящера, по цвету сливается с окружающими скалами. Отличный камуфляж.

Тварь, будто заметив мой взгляд, задрала окровавленную морду к небу и зашипела, распушив свою гриву так, что стала казаться вдвое больше. Вблизи, когда она так делает, звук такой, будто кто-то маракасами дробный ритм отбивает. Это костяные иглы друг о друга стучат.

Такие вот они красавцы – грифоны Ржавых пустошей. Но конкретно этот у меня уже в печенках сидит. Редкостный засранец. Вдвое больше, втрое живучей и, пожалуй, в десять раз более хитрозадый, чем его сородичи. Не обычный моб, а так называемый именной, и зовут его Анахар, Рвущий плоть. Хотя я бы в качестве титула добавлял «Нападающий исподтишка».

Я отполз от обрыва и вернулся в безопасную зону рядом с менгиром. Уселся на землю, скрестил ноги. Что ж, как учил меня Бао, в любой непонятной ситуации – медитируй. Тем более, что смерть обнулила все баффы и нужно их восстанавливать.

Медитация, как всегда, помогла отринуть ненужные эмоции и привести мысли в порядок. Выводы, правда, были неутешительные. За сегодня это была уже третья моя попытка пробраться в дальний конец ущелья, минуя чертову зверюгу. И с каждым разом ситуация усугублялась.

В первый раз я столкнулся с Анахаром лицом к лицу и принял бой. Это стоило мне первой смерти плюс разодранного в хлам нагрудника, за починкой которого пришлось возвращаться в Гаракс. Противника я, правда, тоже потрепал изрядно. Шкура у него толстенная, однако против него неплохо заходили атакующие умения школы Воды – те, что добавляют дробящий магический урон, игнорирующий броню цели. Плюс здорово помогал эффект оглушения, регулярно срабатывающий от ударов Посохом Царя обезьян. А вот Шепот смерти оказался бесполезен – лезвие диска лишь царапало шкуру зверя, не причиняя ему особого вреда. Апгрейдить его пора. Или обзавестись другим метательным оружием, более мощным.

Второй раз я решил не рисковать и попробовал прокрасться мимо зверюги незаметно, используя Кристалл теней. В итоге выяснил, что у грифонов Ржавых пустошей нюх такой, что им необязательно тебя видеть, чтобы сцапать. Так что вторая схватка вышла еще более скоротечной и кровавой, и я бы снова сдох, если бы в последний момент не успел нырнуть в Туманный чертог. Отсиживался там до тех пор, пока Бао не потерял терпение и не выпнул меня взашей.

Наконец, на третью попытку я пошел, под макушку заряженный баффами от собственных аур и от купленных в Гараксе усиливающих зелий. И зайти решил с другой стороны – не по дну ущелья, а с отвесного склона прямо рядом с местом назначения. Действовал осторожно, выверяя каждый шаг, и уже почти добрался до цели. Но вдруг – удар, тьма, вспышки боли. И – снова здравствуй, менгир Возврата. Тварь терпеливо караулила меня внизу и налетела неожиданно. От первого удара меня спасло зерно Морской саламандры, а то бы и вовсе ничего не успел почувствовать.

Две смерти подряд – это жуть как неприятно. Еще неприятнее осознавать, что один я тут не справляюсь. Придется звать на подмогу Псов. Они как раз сейчас где-то в этих краях.

Проклятье! Идти на поклон к Терехову не хотелось, учитывая, что за последние две недели сам я уже трижды отказывал ему в помощи. Слишком уж увлекся собственными изысканиями. Паладин принимал мои отказы без эмоций, но я понимал, что он мне это еще припомнит. Да и самому было совестно. Молчун хоть и наделил меня особыми полномочиями, совсем уж от гильдейских дел не освобождал.

Самое смешное – что сам по себе Анахар мне даром не сдался. Но он не дает пробраться к древней алантской шахте, вход в которую находится в аккурат рядом с его логовом.

А вот зачем мне понадобились эти руины – это уже отдельная история.

Со времен знаменательных событий в Уобо прошло уже больше месяца. Время летит быстро, особенно когда увлечешься чем-нибудь. А я увлекся. Если бы не напоминания, посылаемые через интерфейс, я бы и вовсе забывал, что надо выходить в реал.

Причем прошли эти несколько недель относительно спокойно. За это время я лишь трижды участвовал с отрядом Терехова в очередных авантюрах по заданию Молчуна. В том числе – в затяжной вылазке к северному побережью, изрезанному скалистыми заснеженными фьордами. Там мы обороняли рудник и строящуюся крепость небольшого клана Сыновья Медведя. Причем так, что сами Сыновья про это, наверное, и не догадывались, потому что мы перехватывали грабителей еще на подходе, устраивая засады. За счет внезапности и кое-каких трюков Дока нам удавалось разносить в салат отряды раз этак в пять побольше нашего. В итоге знатно прокачались, попутно испортив отношения с полудюжиной гильдий, обосновавшихся на северо-восточном побережье.

Сейчас, когда я более-менее понимал логику действий Молчуна, его задания уже не казались мне бессмысленными, да и как повинность я их не воспринимал. Например, с Сыновьями Медведя ситуация была похожей на ту, что сложилась два месяца назад с Дервишами на южном побережье. Они заняли стратегически важную локацию, которую можно оборонять малыми силами, и тем самым не давали ни одной из крупных гильдий полностью доминировать в регионе. Но если Дервишей Молчун слил, позволив им объединиться с Легионом, то сепаратизм Медведей всячески поощрял. Видимо, мнение его насчет таких гильдий изменилось. Чем больше в Артаре групп, грызущихся между собой и примерно равных по силам – тем лучше.

Что ж, войны и хаос – главные двигатели его бизнеса. Хотя я до сих пор слабо понимал, как он зарабатывает конкретно на гильдейских стычках. С тотализаторами на многочисленных аренах Артара все было ясно – их «кухня» немногим отличалась от какого-нибудь бокса или рестлинга, разве что форматов схваток побольше. Однако, кажется, большой гильдейской политике Молчун уделял не меньше времени, чем сбору ставок на очередной турнир.

Не считая тех вылазок с Псами, все остальное время я посвятил себе, любимому. Вплотную занялся прокачкой умений, все плотнее сотрудничал с ксилаями, выполняя для них мелкие поручения и потихоньку повышая репутацию у Кси.

Результаты не заставили себя долго ждать. Я становился все сильнее, смертоноснее. Оказываясь в Артаре, я чувствовал себя чуть ли не супергероем. И на все опасности я смотрел уже совсем не так, как раньше. Они уже не страшили, а воспринимались с азартом – как очередной вызов.

Был забавный момент: один из ксилайских квестов привел меня в Рощу Конокрадов – небольшую локацию к югу от Золотой Гавани. И там я снова столкнулся с грызлом, разоряющим заячьи силки трактирщика Гивина. В свое время мне пришлось бежать от него в ужасе – он казался мне настоящим исчадием ада. В этот раз я перебил ему хребет буквально за пару ударов и долго стоял над ним, недоуменно разглядывая тело. И вот эта облезлая шавка меня когда-то так напугала?

1
{"b":"648677","o":1}