ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Стараясь не смотреть на дверь спальни, она прошла в зал и легла на диван.

Среди ночи все же проснулась — замерзли ноги. Укрывшись снятым с дивана покрывалом, она долго не могла заснуть. Перед глазами стоял отец Светы, его взгляд устремлен на нее, а не на покойника, который упал лицом на асфальт. И другие глаза, которые смотрели на нее через опущенное стекло иномарки, примостившейся неподалеку от детской песочницы. Человек в машине улыбался, он подался вперед, чтобы судья заметила его и узнала.

Она узнала его…

8

Олег Шустов запарковал свою машину напротив ворот лесоторговой базы и, пройдясь вдоль ряда продавцов-частников, поздоровался с высоким седоватым мужчиной, одетым в темно-серую тройку. Полковник Рожнов держал в руке пачку штапиков, перетянутых медной проволокой.

— Давно собирался купить, — пояснил он, — да не было времени.

— Для дома, для семьи? — Шустов, склонив голову, оглядел собеседника поверх солнцезащитных очков.

У полковника не было военной выправки, вернее, она потерялась за долгое время кабинетной работы. Среднего роста, чуть сутуловатый, на вид сорок пять лет, наполовину седые волосы разделены пробором, веки тяжелые с заметными голубыми прожилками.

— Вроде того, — отвечая на вопрос подчиненного, неопределенно отозвался полковник. — У меня на даче вместо штапиков стекла держатся на оконной замазке. Пройдем? — предложил Рожнов, указывая свободной рукой на открытые ворота базы, где было не так людно.

Они прошли вдоль штабелей облицовочного кирпича, миновали контейнеры с цементом и остановились возле образца котла газового отопления.

— Что ты знаешь о Мусе Калтыгове? — спросил полковник, приступая к делу и разглядывая образец.

Шустов пожал плечами.

— Не много. Он — бывший заместитель руководителя службы национальной безопасности Чечни, при его непосредственном участии прошло несколько террористических актов, последнее воинское звание подполковник, числится в федеральном розыске.

Олег замолчал, когда тучный мужчина, остановившийся рядом с котлом, ознакомившись с ценой, отошел от них. Шустов еще некоторое время слушал сварливое бурчание посетителя насчет баснословной цены.

— Пожалуй, это все данные, которыми я располагаю на Калтыгова, — закончил он.

— Видел его фотографию?

Шустов кивнул.

Несмотря на утвердительный жест подчиненного, Рожнов вынул из кармана несколько снимков немолодого уже человека. Олег внимательно вгляделся в каждую фотографию, где Калтыгов был изображен с бородой и гладко выбритым.

— Оставь снимки себе, — распорядился Рожнов.

Олег был одет в джинсы и синюю майку с коротким рукавом. Они с начальником были примерно одинакового роста, но Шустов отличался спортивной фигурой. На его загорелом лице контрастом выделялись белесые брови и светлые усы. Он положил фотографии чеченца в задний карман джинсов, и они с полковником прошли дальше, к штабелям обрезной доски.

— Полгода назад, — продолжил Рожнов, — Калтыгов приезжал в Москву, пробыл в столице три дня, был и здесь, в Юрьеве, останавливался в отеле "Олимпия" — у него тесные связи с татарской группировкой Шамиля Минвалиева. Обычно его сопровождают две-три машины с охранниками, да и сам он, по донесениям агентов, постоянно носит с собой огнестрельное оружие — Муса предпочитает автоматический пистолет Стечкина. В столице Калтыгова арестовали, но на следующий день выпустили по распоряжению свыше, а к его личной охране примкнули десять секретных агентов ФСБ. Они сопровождали его всюду. По данным радиоперехвата, вскоре он снова прибудет в столицу и, что немаловажно, опять посетит Юрьев. Остановится, естественно, в "Олимпии", которую контролирует Шамиль.

— Конкретной даты нет?

— Будет, — пообещал Рожнов. — У нас есть пара-тройка недель, чтобы основательно подготовиться к встрече.

— Обычно такие большие люди опасаются системы.

— Может быть. Но только не Калтыгов. Как и в прошлый раз, возможно, его будут сопровождать не только личные телохранители, но и люди из службы безопасности. "Олимпия" — лучший отель в городе, так что Муса остановится именно там. Впрочем, будем отрабатывать несколько вариантов.

— У ФСБ мало мотивов для его ареста?

— Мотивы есть, но арест Мусы послужит коротким скандалом. Он является государственным человеком в своей республике. Да и в нашей тоже. Он не просидит в камере и суток, его снова освободят и официально извинятся. Отсюда следует, что Мусу нельзя просто убрать, его смерть свяжут со спецслужбами России. Так что операция по его ликвидации будет усложнена.

Рожнов снял очки в тонкой оправе и посмотрел стекла на свет. Пройдясь по ним идеально чистым носовым платком, полковник не спеша водрузил очки на нос и продолжил разговор.

— Позавчера исчез московский бизнесмен, некто Вячеслав Неклистов, его родственники получили предложение внести за него выкуп в размере полумиллиона долларов. По этому факту было возбуждено уголовное дело. По оперативным данным, есть основание считать, что похищение совершили люди Калтыгова из подконтрольной ему преступной группировки. Чтобы избежать осложнений, за коммерсанта придется внести выкуп. Работа по переводу денег идет полным ходом. Не исключено, что уже сегодня к вечеру похитители получат деньги.

— Каким образом?

— Обычным переводом на указанный счет. Для подтверждения перевода названы номера пейджера и факса, их владельцы уже установлены. Наверняка это подставные лица, но прорабатывается способ получения информации похитителями уже от этих лиц.

— Ребята надежно перестраховались, — заметил Шустов. — Муса в курсе, что родственники Неклистова обратились в правоохранительные органы?

— Конечно. Но этот факт его мало беспокоит. Тем более что он еще не приехал. Напомню, что полгода назад арестовали не только Калтыгова, но и четверых его людей, и отпустили с весьма туманной формулировкой: все пятеро являются одним из важнейших звеньев агентурной цепи управления ФСБ по освобождению заложников из чеченского плена. В этот раз жди, что они окажутся агентами ГРУ. Не мне тебе объяснять, какой бардак творится в управлении: полное отсутствие ведомственности. Но не все бездействуют. Помнишь скандал, связанный с тремя офицерами ФСБ, которые получили приказ ликвидировать одного делопута? А ведь он попадал под положение упреждения реализации угроз безопасности жизненно важных интересов государства. Одним словом, крайний случай.

Шустов кивнул; Рожнову незачем было напоминать об этом случае — начальник, отдавший этот приказ, стоял сейчас рядом с ним и делал виц, что заинтересовался кафельной плиткой, в несколько рядов выложенной на стенде. Рожнов поступил опрометчиво, он забыл, что такие приказы не отдаются подчиненным: обычно подобные задания проходят через секретных агентов, которые вербуют исполнителей на стороне или же пользуются давно проверенными кадрами из числа бывших заключенных либо бывших сотрудников правоохранительных органов. Но щербатые ряды последних поредели, практически от них не осталось и тени.

Рожнов действовал на свой страх и риск, не имея ни одной лишней минуты времени и надеясь на своих подчиненных, а те сразу же сдали начальника, дав интервью одному из телевизионных каналов. Они остались чистыми, с незапятнанной репутацией чекистов новой формации; а "старообрядческое" поведение Рожнова послужило поводом к его увольнению из органов службы безопасности.

Спустя два месяца о бывшем полковнике ФСБ вспомнил новый руководитель службы безопасности. Рожнова не восстановили в должности, а поставили во главе вновь созданного департамента, который в секретном указе значился как Департамент "5" с личным фондом. Офис "пятерки" находился не в зданиях на Лубянке, а занимал довольно скромную площадь в одноэтажном здании на Коровьем валу; над дверью неприметная табличка гласила, что в этом офисе ведет прием граждан юрист М.К. Рожнов.

11
{"b":"653184","o":1}