ЛитМир - Электронная Библиотека

– А кому бы понравилось отдирать от одежды слизь? – саркастично поднял бровь директор.

Выглядело это движение очень элегантно, и я залюбовалась. Какой же красавец наш директор! Очень пропорциональные и благородные черты лица. Не сравнить с тем скользким типом на вступительных! От него, небось, можно откачивать слизь, ведь вместо крови течет.

– Но это выглядело забавно. Вспомни, как они бегали по лесу. Некоторые – всю ночь, – легкомысленно пожала плечами Селеста и подошла ко мне ближе, – Ты уже выбрала магический профиль, дитя?

– Селеста, нет! – снова отчего-то взволновался директор, – Она же только поступила! Я не отдам тебе эту девчонку. Да на вас легиона не запасешься, побойся Совета! Мне охранять Академию надо, пока ведется следствие. Это дело поручено мне, и я не могу снова провалить…

– Зачем ты вернулся? Ведь прошлый год тебе не понравился, – заинтересовано спросила у него Селеста.

Но он только отмахнулся и встряхнул черными волосами, будто отгоняя грустные мысли.

– Дело не в этом. Магический профиль наша… леди … должна выбрать сама по прошествии полугода, в ночь Элеонорских дев…

Селеста с умным видом кивнула, внимательно изучая меня. Ее рентгеновский взгляд проникал под кожу, проносился по венам и выпытывал у меня информацию: что я люблю, что умею, почему я делаю так, а почему не иначе. Ощущения для меня были новыми и не совсем приятными, поэтому поежившись, с немой мольбой обернулась к директору.

Ренуару, кажется?..

– Селеста, хватит, – тут же среагировал он.

Женщина повела себя странно: не перестала просвечивать меня, но ее касание стало будто мягче, уже не ощущалось, как давление.

– Кстати, раз уж ты тут… Помоги мне. Нужно придумать ей наказание. Достаточно суровое, чтобы все были удовлетворены и не мстили ей в темных коридорах по ночам…

– Спасибо, – еле слышно прошептала я, искренне растрогавшись.

Но он услышал, кивнул, принимая благодарность.

Некоторое время от меня к директору шли такие эманации любви и признательности, что уже за одно это можно было простить всё… Ведь слова, сказанные им, были самой настоящей правдой, и обычно я спасалась бегством от мести. И… В первый раз жертва розыгрыша не желает мне смерти, а даже заботится и выгораживает перед другими жертвами. Просто чудо-чудное, а не Академия!

–…Но нам нужна ее жизнь, поэтому высасывать все силы не рекомендуется, – закончил свою мысль он, и я подумала, что рано обрадовалась.

Кажется, методы здесь жестче, чем у призрачных стражей. Разберемся, конечно, но я не ожидала такой строгости в голосе.

Рыжеволосая женщина задумалась. Она подперла подбородок указательным пальцем и задумчиво посмотрела вверх.

И тут я заметила, как тучки, прямо перед нашими глазами стали расползаться в разные стороны, а за ними выпрыгнули и замигали первые полуночные огоньки-звезды.

– Пошли ее на чердак, в крутящуюся башенку. Пусть проведет там ночь, – после минутного молчания выдала Селеста.

– А если тронется умом? – скептически поджал губы директор и окинул меня оценивающим взглядом.

Будто на лице висит записка: осторожно, хрупкая, нежная психика. Не трогать, не теребить, не подвергать опасности.

– Она? – поразилась до глубины души Селеста.

И вот тут я обиделась: у меня что, нет ума? Я что, не могу его двинуть?! Да вообще, как хочу, так и распоряжаюсь своим умом и головой: хочу – двигаю, хочу – не двигаю, хочу – трогаю…

– Я поставлю ей кого-нибудь в помощь, – решил вдруг директор и встал, – в караул. Только давай не будем афишировать. Пусть все считают, что она будет одна. А этот ее мальчишка…

– Льюис? – пискнула я.

Появилась крохотная надежда, что на высокой нестабильной башне меня запрут хотя бы не одну. Не знаю, что с ней неправильно, но в хорошее место отбывать наказание не отправляют.

– Да, Льюис, – директор выговорил его имя необычно, словно с акцентом, – пусть дежурит внизу, на первом этаже. На третью мольбу о помощи он поднимется к ней…

– На вторую, – строго перебила его Селеста и нахмурила брови, – Не порть мне девочку.

И тут Ренуара будто с цепи спустили:

– Я не отдам ее тебе, даже если в Академии не останется больше ни одного преподавателя! – рявкнул директор, потеряв терпение, – Селеста! Тебя трижды отстраняли от преподавательства. Совет запретил заводить личных учеников и вести дипломные курсы…

Бледное прозрачное лицо покраснело, и теперь директор походил больше на одетого в черное поросенка, чем на отрешенного и мудрого демона.

– Подумаешь, – снова передернула плечами, как оказалась, моя будущая преподавательница, – Как запретили, так и разрешат.

– Сначала получи разрешение, а потом приходи за расписанием, – глаза Ренуара налились кровью, – И не забудь про теоретические дисциплины, которые ты преподавать обязана…

– Нагружаешь меня сверх меры, а зарплату не повышаешь, – тут же пошла в наступление Селеста, – Если я согласилась на теоретику, то сам знаешь, почему…

Они орали друг другу сомнительные обвинения, на грани гадости и сквернословия, ругаясь и не слушая друг друга, как закостенелые враги. Так, во всяком случае, показалось мне. Иначе, почему Селеста обвиняла директора в неправильной организации какой-то там черной дыры и в смерти людей?

Стараясь не привлекать внимания, на цыпочках, плавно и медленно, будто я движущаяся статуя, отпрянула к Академии. Тихонечко по стене обошла вдоль леса и оказалась у нашего двора. Только там я смогла нормально втянуть в легкие воздух и выдохнуть. Вокруг было тихо. Остальные студенты все еще оставались запертыми в бальной зале. Теперь я могла беспрепятственно пробраться к себе в комнату и лечь спать. Никто не должен подкараулить меня по дороге и отомстить за содеянное.

Но когда я уже подошла к своей двери и вставила в замочную скважину ключ, желудок возвестил о важном и абсолютно забытом деле: ужине. За всеми этими событиями, я пропустила важный прием пищи, который сейчас, скорее всего, уминали жертвы моего неловкого эксперимента. А у меня маковой росинки во рту не было с утра.

Я размышляла не больше секунды. Что, значит, прикажете голодать?! Ну, уж нет! Я сама пойду и достану себе пропитание. Раз нахожусь в учебном учреждении, значит, здесь есть столовая и продукты.

А раз она здесь располагается, то скоро в ней буду находиться я!

Глава 6

– Почему я не оборотень? – выходя на очередную, уже встреченную десять тысяч раз обшарпанную лестницу, расстроено шептала себе под нос я.

И тут была, и там – тоже. Хожу по кругу, хоть и странно. Всегда думала, что столовую или кухню в замке легко найти по запаху: сколько бы тут ни жило студентов и сколько бы они ни драили полы и высокие стеклянные окна, замок был напрочь пропитан запахом плесени, сырости и затхлости.

Вот уже битых полчаса я ходила по многочисленным коридорам, больше похожим на входы в пыточные подземелья, чем на учебные корпуса, и не чувствовала даже малейшего намека на еду. Иногда казалось, что с потолка звонко капает вода, но когда останавливалась и прислушивалась, со вздохом констатировала: это всё мое разыгравшееся воображение.

Кушать хотелось чрезвычайно.

Я бы сотворила себе из воздуха кашу или хлебушек, но подобная магия мне была недоступна, поэтому я упрямо инспектировала один этаж за другим, и так по десятому, тысячному кругу.

– Крис?.. – на очередном пролете меня окрикнул знакомый голос.

Я опять расстроилась, и, подхватив юбки, опрометью бросилась в другую сторону.

Раз Льюис уже в Академии, значит, директор открыл выход из бальной залы, и в течение ближайших минут коридоры наполнятся студентами. А ведь я даже не нашла корочки хлеба. Нет, я не могу ночевать в незнакомом месте на пустой желудок!

– Подожди! – бессовестно орал парень, и, судя по слоновьему топоту, пытался меня догнать.

Ну уж нет, голодная я ему не дамся! В очередной раз побежала вниз по лестнице, надеясь, что в подвальном помещении будет хотя бы кладовка, в которой я смогу вытащить забытый всеми и, желательно, непогрызанный мышами кусочек сыра…

9
{"b":"655425","o":1}