ЛитМир - Электронная Библиотека

В этот момент Следователь почувствовал дуновение ветра из разбитых окон, который принёс с собой жуткий запах бензина. Пётр достал из кармана пиджака носовой платок и зажал им ноздри. Голова и так с похмелья побаливала, а тут ещё и этот тошнотворный запах. Когда же головокружение прошло, следователь снова вернулся к осмотру комнаты. Чуть позже снова послышался хруст стекла. Пётр понял сразу, что это пришёл Руслан.

— Пётр Иннокентьевич, вы уже что-нибудь узнали-с?

— Да, мадам Лекринова действительно убивает криком, а точнее устройством, которое способно издавать мощную звуковую волну. Правда остаётся вопрос, как она его использует, если её руки, по словам потерпевшего, были свободны.

— Помилуйте, Пётр Иннокентьевич, такие-с устройства весят целую тонну! — не верил юноша, — А если верить показаниям полицейских, что дежурили у входа, Лекринова сбежала налегке.

— На окна посмотри, Руслан, — указал тростью Пётр, — Что скажешь?

— Хм, это не похоже на бомбу, — помощник взглянул на пол, — Не вижу ни камней, ни пуль. Это странно-с.

— Ты сказал, что мадам сбежала налегке. Учитывая остальные улики и показание выжившего полицейского, можно сделать вывод, что кто-то всё-таки создал маленькое звуковое оружие массового поражения.

— Вот же диво! И что мы будем делать дальше?

— Для начала мы узнаем мадам Лекринову по ближе.

— Но как? Миклушины её не видели, а полицейские, что дежурили у входа, видели только силуэт. Не уж то выживший полицейский смог её разглядеть?

— Нет, он тоже не успел её разглядеть. Но это не страшно. О внешности Лекриновой нам расскажет следователь Перов, — увидев ярко выраженное недоумение помощника, Пётр рассмеялся. — Руслан, неужели ты не слышал про оптографию?

— Это та теория, в которой говорится, что в сетчатке глаза трупа фиксируется последние, что он видел? Помилуйте, Петр Иннокентьевич! Как-то все это сомнительно-с.

— Руслан, запомни кое-что: сомнение есть тормоз прогресса! В общем, я создал свой метод, который в своё время опробовал на трупах в морге, но пока я ещё не применял его в настоящем деле. Вот шанс и представился!

Пётр достал из сумки с инструментами маленькие зажимы. Ими он открыл и зафиксировал веки покойного. Затем пришлось проколоть глазное яблоко иголочкой, чтобы опустить радужку глаза. Достав из сумки фотоаппарат, Пётр прикрутил к нему линзу и сделал снимок.

Пока следователь выполнял все эти действия, Руслан взглянул в окно, пытаясь понять, как Лекринова смогла сбежать через окно и, если верить словам полицейских, полететь. После продолжительного мозгового штурма, в голову юноши пришла странная, но вместе с тем единственная логичная мысль.

— Пётр Иннокентьевич, мне кажется, мадам Лекринова использует тросы.

— Хм, ты думаешь, она смогла довести до ума то, чего не получилось у Гильдии механиков острова?

— По крайне мере, никто не видел, как она входит через дверь.

— Хорошая мысль. Значит, нам надо на крышу, — Пётр направился к лестнице, — Если это так, то там должны остаться следы.

Следователь и его помощник, поднявшись на крышу, начали осмотр. Во время него, Пётр рассказывал Руслану о том, как читал газеты, где писалось о испытаниях маневрирование в воздухе с помощью тросов. Все эти попытки заканчивались полным провалом, от чего Пётр не сдерживал своего смеха.

— Помилуйте, Пётр Иннокентьевич, — смутился Руслан, — Негоже смеяться над этим!

— А почему бы и нет? Никто же из испытуемых не помер. Отделались синяками, — Пётр подошел к краю крыши, — Хм, это уже интересно.

В одной из колонн, следователь обнаружил маленькие, но глубокие дырки. Посчитав количество и сопоставив все детали, мужчина убедился в том, что Лекринова действительно могла использовать тросы. Осталось только восстановить тот путь, по которому сбежала мадам. Первой и очевидной зацепкой стал дом напротив. Пётр достал из сумки бинокль, чтобы лучше рассмотреть его колонны.

— Вот оно что, — протянул следователь, передав бинокль помощнику, — Похоже солдатики смогли подстрелить нашу птичку.

Руслан убедился в словах начальника, когда через бинокль увидел на колонне следы запёкшейся крови. Так полицейские вышли на след. Попытавшись представить себя на месте мадам Лекриновой, Пётр рассматривал варианты того, где, истекавшая кровью, разбойница попыталась бы спрятаться. Следователь вспомнил про улицу Багратион, до которой из дома Миклушеных можно было пешком добраться за десять минут, а с тросами и то быстрее. В самой узкой улице Александрограда, которую прятали красивые дома Елизаветенского переулка, вполне можно было затеряться среди оборванцев на время преследования. В последствие эту версию подтвердили следы запёкшейся крови и следы от тросов, которые Пётр и Руслан заметили на стенах домов, попавшихся по пути на улицу Багратион. И уже там кровавые следы обрывались у дороги, что разделяла улицу и набережную.

— Если судить по размерам пятен… — начал Пётр, указав тростью на последнее пятно, — Рана была очень серьезная. Она и так проделал долгий путь, так что я сомневаюсь, что у неё остались бы силы двигаться дальше.

Дальше начался поиск свидетелей. Идя по улице, Руслан заприметил бродягу, спавшего с бутылкой рома в обнимку. Спросонья оборванец, конечно, не сразу понял, что от него хотят, поэтому он поначалу произносил нечленораздельные слова.

— Скажи, любезный, ты тут всю ночь спал? — спросил помощник следователя.

— А где мне ещё быть? — бродяга отпил из бутылки.

— Ты ничего странного тут не видел?

— Странными были только мои сны.

— Хм, и что же тебе снилось?

— Сегодня мне приснилось, что девка с неба упала и она целехая осталась.

— Как интересно! А ты помнишь, как эта девка выглядела?

— Не-е, сударь. Так темно было. Я помню только, что она упала на колени, а потом к ней подошел какой-то сударь, взял на руки и ушёл. А потом я снова глотнул рома, а дальше ничего не помню. Очень странный сон!

В благодарность Руслан кинул бродяге несколько копеек и вернулся к следователю с новой информацией.

— Вот оно что! Мадам Лекринова получается не одиночка. Возможно, даже эта целая банд! — Пётр похлопал помощника по плечу, — Молодец, Воскресенский! Далеко пойдешь! Теперь нам нужно поговорить с информатором, который и сообщил всё Перову.

— Но следователь Перов нигде не указал его имени.

— Анонимность для меня не помеха, Руслан. Я и так догадываюсь, кто мог быть его информатором.

Глава III

Шум дождя и грома, а также запах свежих тостов, — это странное сочетание вернуло моё сознание в реальный мир. Однако мои глаза по-прежнему были закрыты, а руки чувствовали мягкое одеяло. Я не сразу осознала того факта, что всё ещё нахожусь среди живых. Осознание пришло, когда я почувствовала ноющую боль в ноге, которая заставила меня проснуться окончательно. Отринув одеяло, я увидела свою забинтованную лодыжку. В этот момент смутные воспоминания о прошлой ночи вернулись в мою голову.

Тогда, несмотря на серьезное ранение, я попыталась встать на ноги, однако ничего не вышло. От боли мне было настолько трудно дышать, что даже пришлось снять маску. А затем…Затем я услышала звук мотора, которые потом сменили шаги. По голосу я поняла, что это был Герасим. Он спросил: "Жива?" Я лишь кивнула, ибо у меня не было сил говорить. Герасим взял меня на руки, и, прежде чем потерять сознание, я успела удивиться тому, каким высоким и сильным был этот худой и бледный чудик, который был ненамного старше меня. Хорошо, что он всегда стоит на стороже.

Вскоре я поняла, куда Герасим меня принёс. Чистую и уютную комнату освещал тусклый свет торшера, что стоял напротив кровати с голубым балдахином. По правую сторону от ложа туалетный столик, чуть дальше стоял письменный стол, а по левую — балкон, с которого открывался вид на пасмурную улицу. Конечно, солнце редко одаривала своим вниманием Александрград, но дождь с грозой гостили тут ещё реже.

6
{"b":"655707","o":1}