ЛитМир - Электронная Библиотека

Елена Минькина

Перевернутая реальность – Простить, чтобы выжить

© Минькина Е.В., 2018

© ООО «Бауэр Медиа», 2018

Перевернутая реальность

Глава 1

Кира пришла в медицинский центр на консультацию к гинекологу. Докторша, глянув на нее, очень удивилась.

– Вы потрясающе выглядите! Откройте секрет, что вы делали? Я тоже так хочу!

– Я стала ведьмой, – спокойно улыбнулась Кира и, заметив растерянность в глазах женщины, поспешила пояснить. – Это шутка, простите. У меня хороший косметолог.

– Только мезотерапию в вашем положении лучше не делать, – предупредила доктор.

Комплименты врача были приятны, но Кира в волнении ждала УЗИ. Месяц назад ее ребенку поставили страшный диагноз.

Наконец, докторша закончила осмотр.

– Я вас поздравляю! Сердце малышки абсолютно здоровое! Видите, всего за месяц полностью ушел порок сердца, не совместимый с жизнью. Чудеса случаются. Я рада за вас!

– Спасибо, доктор, – заулыбалась счастливая Кира.

– Единственное, что мы должны с вами решить, это проблема с кровью. У вас отрицательный резус, поэтому возник резус-конфликт между вами и ребенком. Но это сейчас решается очень легко. Всего один укол, и вы будете в порядке.

– Резус-фактор? Я даже не знала, что он отрицательный, – растерянно проговорила Кира.

– Это потому что вы никогда не ходили по врачам. Лежите, не надо вставать. Я сделаю вам укол, это не больно. Следующий осмотр через месяц.

– Этот укол надо будет делать еще раз?

– Нет, достаточно одного.

После укола случилась беда: Кира забыла, кто она такая. Эта беда, которую ничто не предвещало, обрушилась на нее прямо в кабинете врача. Кира отчетливо помнила, что беременна, но напрочь забыла собственное имя. Больше того, из головы совершенно вылетело, замужем она или одинока, вдова или разведенная, есть у нее дети или нет. Кира не знала ни своего роста, ни своего веса, ни цвета своих глаз. Ей не были известны день ее рождения и возраст. Точно могла определить цвет листьев на деревьях, но была совершенно не способна вспомнить, блондинка она или брюнетка. В общих чертах Кира осознавала, что находится у врача, но не имела понятия, где была до этого.

«Господи, что же со мной происходит?» – мысленно запаниковала она.

– Валентина Сергеевна, с вами все в порядке? – склонилась к ней докторша.

– Да… то есть нет…

Кира лежала неподвижно, не имея желания и не в силах двинуться с места. Ее слух отчетливо воспринимал доносящиеся извне звуки: шаги людей по коридору, дыхание гинеколога, пение птиц за окном, шум моторов, шарканье подошв и стук каблучков по асфальту… Шарканье и стук стихали, как только по улице возобновлялось движение машин.

На долю секунды в голову закралась безумная мысль, что она мертва. В этот момент доктор, которая всего несколько секунд назад разговаривала с ней, посмотрела на нее почти ласково.

– Вы забыли, кто вы?

Кира поняла, что жива.

– Откуда вы знаете? – осторожно поинтересовалась она.

– Валентина Сергеевна, – улыбнулась врач, – когда я делала вам укол, вы потеряли сознание, а когда пришли в себя, ваше состояние вернулось к вам.

– Мое состояние?!

– Да. Вы больны, и врачи пока не могут вам помочь. Да и в вашем положении никакие лекарства прописывать вам нельзя, чтобы не навредить ребенку. За дверью вас ждет муж. Он и объяснит вам все. Не волнуйтесь, берегите себя.

«Ага, есть муж. Значит, все в порядке», – подумала Кира и закрыла глаза.

– Сохраняйте спокойствие, – прошептала доктор. – Это у вас не впервые. Ваш муж все вам расскажет.

Женщина-гинеколог ничего не сказала Кире ни о возрасте, ни о состоянии ее здоровья. И голос у нее был равнодушный, с дежурными успокаивающими нотками.

Кира попыталась мысленно помочь себе: «Не паникуй. Через несколько минут появится муж, и все встанет на свои места».

– А это нормально, когда человек ничего о себе не помнит? – обратилась Кира к докторше.

Не получив ответа, она задумалась над смыслом своего вопроса.

«Как можно ухватиться за самое главное, чтобы хоть что-нибудь вспомнить, если я не знаю этого самого главного? Нет, неправда, кое-что знаю. И даже не кое-что, а многое. Просто надо найти ниточку, за которую необходимо зацепиться, и тогда размотается весь клубок. Эта ниточка – муж. Сейчас все прояснится».

Очень хотелось разрыдаться, но Кира понимала, как это будет глупо выглядеть в глазах доктора.

«Не впадай в панику», – несколько раз повторила она в мыслях, обращаясь к себе. Но это мало успокаивало, и волнение нарастало. «Итак, я точно живу в России, говорю по-русски. Но какой сейчас день, месяц, год, наконец, – затрудняюсь сказать. Не знаю, в какой семье жила, кто мои родители, какая температура за окном. Помню таблицу умножения, умею читать».

Кира, как за соломинку, хваталась за мысль: «Без паники! Все в порядке. Я в безопасности!» Она погладила свой живот и почувствовала, как шевельнулся внутри ребенок. Тот факт, что она много знает и помнит, взбодрил ее и внушил уверенность, что было бы нелогично хранить в голове столько информации и не вспомнить, в конце концов, такой пустяк, как собственное имя.

«Конечно, я вспомню его. А потом и все остальное. Это всего лишь вопрос времени».

Доктор сунула ей под нос медицинскую карту.

– Валентина Сергеевна, вот ваши документы. Вам сорок восемь лет, вы замужем, беременны, рожать будете в сентябре. Ребенок, девочка, развивается нормально…

– Какие сейчас месяц и число? – перебила ее Кира.

– Пятнадцатое июня.

– А есть у меня еще дети?

– В карточке записано, что это вторая беременность. Давайте сделаем так: вы эти вопросы зададите вашему мужу.

Внезапно Кира почувствовала безмерную, колоссальную усталость. Машинально посмотрела на левую руку, пытаясь узнать, который час. Оказалось, уже почти двенадцать.

– Вы хорошо меня знаете? – Кира посмотрела на доктора, стараясь скрыть панику.

Доктор улыбнулась.

– Конечно. Вы пришли ко мне и встали на учет, когда вашей беременности было пять недель.

– У вас есть зеркало?

Доктор кивнула в сторону рукомойника, и Кира увидела небольшое зеркало над ним. Она поднялась с кушетки, подошла к зеркалу… Ей пришлось для опоры ухватиться за края раковины. На нее смотрела женщина, вернее, молодая девушка, совершенно ей не знакомая. В лице не было решительно ни одной узнаваемой черты.

Кира внимательно разглядывала бледную кожу и голубые глаза, маленький вздернутый носик и полные губы, обведенные губной помадой того же цвета, что и лак на ногтях. Каштановые волосы стянуты резинкой в хвост. Кира сняла резинку и потрясла головой, наблюдая, как волосы мягкими прядями рассыпаются по плечам.

«Лицо молодое, привлекательное… Разве мне сорок восемь? Черты лица приятные»…

Все детали внешности находилось там, где должны быть. Она оценила свой возраст в двадцать пять – тридцать лет.

– Почему вы говорите, что мне сорок восемь? По-моему, не больше тридцати…

Доктор очередной раз улыбнулась.

– У вас богатый муж, и вы не жалеете денег на косметолога. Год назад вы летали в Корею омолаживаться, потом забеременели.

– Это так запутано, – прошептала Кира своему отражению, которое, казалось, затаило дыхание. – Кто ты?

«Я тебя совсем не узнаю», – ответило ей отражение, и обе женщины грустно опустили голову.

– Боже мой, – прошептала Кира, чувствуя, что ей становится плохо. Она ополоснула лицо холодной водой, но это не помогло. – Я хочу, чтобы меня немедленно отвели к психиатру!

– Вы постоянно наблюдаетесь у него, – заверила докторша. – В конце этой недели у вас назначена консультация. Мы все ждем, что память вернется к вам. А сейчас, пожалуйста, пройдите за мной. Время приема закончилось, в коридоре ждут другие беременные. Не волнуйтесь, ваш муж – замечательный человек. Очень любит вас.

1
{"b":"658504","o":1}