ЛитМир - Электронная Библиотека

– Полномочия? – вновь усмехнулся дакхарр, – О каких же еще полномочиях может идти речь, если вы должны прямо на месте, поддавшись своему чутью принимать решения о любых доступных действиях и привлекать своим именем любые требующиеся вам подразделения. Конечно самые полные и широкие. Вы имеете право на все.

– Как я люблю эти слова, – усмехнулся Майкл.

– Главное, агент Стингрей, что бы вы ни разу не заставили пожалеть о том, что эти слова были сказаны, – главный координатор приподнялся на своем ложе, – Я как никому другому желаю вам, двоим удачи. Предписания вам выдаст мой адъютант. Да помогут вам все ваши боги.

* * *

После того, как на строящихся укреплениях побывал какой-то высокопоставленный офицер со своей свитой, темпы строительства заметно снизились. Рабочих теперь не загоняли как почтовых лошадей под царским гонцом. Командующий работами тьяйерец стал маниакально проверять качество всех работ. Реззер тотчас почувствовал, как перестало надрываться его тренированное тело, легко подстроившись под облегченный темп нагрузки. Правда, к этому времени строительство уже шло к завершению. Заканчивали самое толстое перекрытие потолка, выполняющего, кроме того, и роль открытой стрелковой площадки. Наливали дополнительную толщину на стены наружной приземистой башни. Еще и еще укрепляли склоны самой высотки. Последним штрихом было покрытие всей внешней поверхности укрепления сверхпрочной керамической плиткой, способной выдержать удары энергетического оружия. Словно трудолюбивые муравьи они стремительно возводили свой муравейник. До полного завершения строительства осталось лишь пару недель, когда в их маленькую крепость начали завозить оборудование жизнеобеспечения и оружие.

– Ну что, работнички, выбирайте, что кому по вкусу. У вас даже будет время сделать пристрелку, – сменил гнев на милость их бессменный надсмотрщик гурянин, видимо удовлетворенный проделанной хорошей работой.

– А полноценной артиллерии у вас тут не будет? – спросил Радугдт как школьник, поднимая руку.

– Думаю турель с четырьмя «драконами» и системой самонаведения тебя устроит? – оскалился надсмотрщик.

– Ну, если у вас тут не предвидится корабельных калибров, то вполне, – ответил канонир, совершенно искренне радуясь тому, что на смену тяжелой изнуряющей работе скоро придет привычное и любимое дело.

– У кого еще, какие пристрастия? – спросил благодушно гурянин, обводя всех взглядом.

– Я не хочу никого убивать, – решительно шагнул вперед Реззер.

– Что? – удивился надсмотрщик, до которого казалось, не сразу дошел смысл сказанного, – Что?

– Я не собираюсь никого убивать и не хочу даже браться за оружие, – твердо ответил Дан, более не сомневаясь в принятом решении.

– Отлично! А с виду ты не слишком похож на слюнтяя, – ненадолго задумался гурянин, рассматривая огромного человека, – Скажи, ты принадлежишь к воинствующей концессии пацифистов?

– Нет, – коротко ответил Реззер, не понимая, какой смысл в этих расспросах.

– Значит, ты просто не хочешь воевать и не состоишь, при этом, ни в каких концессиях и сектах? – серьезность конвоира сменилась злобной ухмылкой, – Дело твое. Но я все же должен рассказать, что и как будет происходить, когда ты откажешься воевать. Не сегодня-завтра к нам завезут «призраков». Надеюсь тебе не надо рассказывать, что это такое? Надо? Ну, твои друзья тебе расскажут. Так вот, в каждой башне будет кроме вас по паре «призраков». И это, как показала практика, самое надежное средство от трусов и пацифистов. Как только ты прекратишь воевать, «призрак» просто разорвет тебя. Все. Нет никакого выбора, нет никаких вариантов. Только жить, воюя, или умереть как свинья под ножом мясника. Вот такой расклад.

– Ублюдки, – вырвалось у Реззера.

– У тебя стресс и поэтому на первый раз ты прощен. Но второго раза у тебя не будет. Таких недоделков как ты у нас в избытке. Поэтому следующее твое оскорбление повлечет пулю в твою тупую башку.

Гурянин ушел, оставив Реззера переваривать услышанное.

– А ты думал я шутил, когда говорил, что у нас просто не будет выбора, – поинтересовался, хлопнув Дана по плечу, Санчес, – Ты не сможешь сдаться, не сможешь не воевать и при этом остаться в живых. История уже знала немало таких примеров. Мы – обреченные драться, чтобы выжить самим.

* * *

Вражеские штурмовики заметались, словно стайка рыб, застигнутая врасплох дельфинами. Ленокс наслаждался тем, как легко ведомый им аппарат делает такие пируэты, которые совсем недавно показались бы ему сказкой. Очертя голову Маленький Пип бросился в атаку. Только смутно звучащий внутренний голос беспокойно зашептал слова предупреждения. Но пилот отмахнулся от него, увлеченный новым ощущением почти полной вседозволенности и неуязвимости. И тут из межпространства выскользнул огромный крейсер, выбросивший сразу большую стаю палубных штурмовиков. Крейсер появился так внезапно, и так близко, что вся группа, в составе которой был и штурмовик Ленокса, оказалась в зоне действия его бортовых артиллерийских установок, не говоря уже о сотне выпущенных крейсером штурмовиков. Те, кто только мгновение до этого были весело охотившимися за форелью дельфинами, в один миг превратились в легкую развлекательную добычу для много превосходящего теперь и мощью и числом противника.

– Отходить! Всем отходить! – кричал кто-то.

– Куда?! – отвечал другой голос, – Они расстреляют нашу базу! Мы обречены!

– Внимание всем! – закричал Ленокс, надеясь быть услышанным в этой разверзшейся какофонии, – Атакуем крейсер! Это единственный наш шанс! На отвлекающие атаки штурмовиков не отвечать!

Он бросил свою машину к мрачной громадине крейсера, надеясь пробиться до его бортов под прикрытием суетящихся вражеских штурмовиков. Он больше не отбивался, а несся к крейсеру лишь уворачиваясь и активировав противоракетную защиту. За ним последовали несколько его товарищей, обретших среди общей внезапной паники стержень, перст, за указанием которого можно последовать. Похоже, никто не ожидал таких действий от нескольких обреченных штурмовиков. Уходя от огромной своры вражеских машин, четверо из них достигли борта крейсера. Открыв огонь из всего доступного вооружения, Пип направил машину к узловой башне связи и ориентирования. Трое его товарищей повторили его маневр. Конечно, огонь четырех штурмовиков мог бы нанести ощутимый урон крейсеру только в случае необычайного нереального везения. Но Ленокс на это и не рассчитывал. Он вел штурмовик на максимальной скорости, не прекращая стрелять. Еще одна машина из команды Ленокса развалилась огненными кусками, превращаясь на глазах в причудливый цветок из пламени. Но остальные успели. Пип первым бросил свою машину прямо в основание башни. В последний миг перед взрывом Ленокс увидел как уверенно, и стремительно следуют прямо за ним две оставшиеся невредимыми машины его товарищей. А в следующую секунду все поглотило пламя взрыва.

– Ахгар на тебя, Ленокс! – возмутилась Гаргиини, встречая Пипа у выхода из тренажера, – Ты реально маньяк или просто помнил про то, что ты на тренажере?

– А что я сделал не так? – улыбнулся инструктору пилот.

– Ты пошел на таран и утащил за собой еще троих курсов.

– А какой у меня был выбор? – поинтересовался Ленокс, удивленно разведя руками, – Ждать, когда меня сожгут или сдаться противнику? Я не видел ни одного имперца, который вернулся бы из гранисянского плена. Так что сдаваться, значит почти наверняка обрекать себя на пытки и мучения. Тем более что мы пилоты новейших палубных штурмовиков.

– Вы могли бы отойти к вашему «улью», как это сделали несколько ваших товарищей.

– И что сталось с «ульем»? – заинтересованно спросил Пип.

– Ничего.

– А почему крейсер не атаковал на корабль-матку?

– Крейсер получил серьезные повреждения и был вынужден встать на месте последнего боя для проведения ремонтных и профилактических работ, – ответила девушка, пряча улыбку.

14
{"b":"66","o":1}