1
2
3
...
16
17
18
...
21

– Хорошо. Я понял, – кивнул согласно гурянин, – Обещаю, что если он не был исполнителем, которого впоследствии убрали, отрубая хвосты, я найду его и заставлю все рассказать. Если же его уже нет, я постараюсь предпринять все возможное, что бы найти след, но обещать уже в этом случае ничего не могу.

– Вот и славно. И помни, они в любом случае не твои друзья. Не будь добрым и миролюбивым. Я оплачу даже случайные жертвы. В этом вопросе лучше перегнуть, чем недогнуть.

Гурянин покинул командора Триона, но улыбка еще долго не покидала лица Агардга. «Не будь добрым и миролюбивым» – так сказал Зауэрвальд. Кому сказал? Агардгу. Гурянину, который уже по самую макушку был омыт кровью врагов. Фраза, предназначенная такому представителю разумян, звучала особенно забавно из уст человек, для которого и жизнь и закон стоили ничуть не больше. Поэтому гурянин, уходя, весело улыбался.

* * *

– Надеюсь, ты действительно знаешь что делаешь, – буркнул Стингрей, не отрывая взгляда от растущей на экране планеты, занявшей уже почти весь центральный экран.

– Что тебя тревожит? – участливо поинтересовался Фь Илъюк.

– А что, все вполне нормально? – хмыкнул Майкл, – Мы премся на имперском линкоре в самый центр Вольного Мира. Собираемся встать в порту Гадута. А это пока еще общая столичная планета Вольного Мира. Признаться, я немного не так представлял себе свой конец.

– Рановато вроде бы еще, – весело усмехнулся гурянин, – А о том, как и куда мы пришли не думай. Так захотел командор Тингдт. А, опираясь на опыт нашего с ним предыдущего общения, я склонен доверять его решениям. Если он назначил встречу здесь и сейчас, значит именно здесь и сейчас нам ничто не угрожает.

– Хорошо, – согласился, немного подумав Стингрей, – Тебе виднее.

Тем временем они встали на удаленной стоянке указанной диспетчером, не подходя к самому порту. Почти тотчас в их сторону стартовал бот, несущий метку командора Тингдта.

– Вот видишь, нам даже не придется здесь задерживаться и покидать линкор, – качнул головой Фь Илъюк, приглашая своего напарника следовать к причалу ботов.

Они успели как раз к тому моменту, когда бот пришвартовался, и гости были готовы выйти. Но вместо ожидаемой свиты из створов бота вышел только один гурянин.

– Мир вашему дому! – первым поприветствовал он хозяев корабля, – Я подумал, что нам лучше поговорить, не затягивая времени и без свидетелей. Поэтому оставил сопровождающих в боте. Надеюсь, вы не станете возражать, если мы не станем рассиживаться и дегустировать все грани вашего и нашего гостеприимства?

– Мир вашему дому! – поздоровался Стингрей.

– Пусть благоволит тебе великий Тогрдодт и улыбается Архтанга, – поприветствовал земляка Фь Илъюк, – Ты совершенно прав. У всех нас достает дел, исполнение которых не терпит отлагательств. Позволь представить тебе моего напарника агента Стингрея. Это тот человек, с которым мы вместе были спасены командором Дикаевым, и о котором я тебе уже как-то рассказывал.

– Всегда рад узнать имя нового друга, – кивнул Тингдт, – Что на сей раз, привело вас ко мне?

– Проблема практически та же, что и в прошлый раз. Мы начинаем операцию в Трионе, – говоря, агент знал, что раскрывает сведения являющиеся пока конфиденциальными, но так же понимал, что не раскрыв перед командором Вольного Мира свои карты вряд ли сможет ждать от него помощи, – На этот раз это будет полномасштабная армейская операция. И тут мы надеемся найти компромисс. Мы должны ввести свой флот в пределы Триона. А накануне этого нам, во что бы то ни было нужно отрезать все сообщения Триона с Вольным Миром и Свободными. Со Свободными проще. Там никто ни с кем не собирается договариваться. Мы просто поставим всех, кто окажется, затронут перед фактом. Но с вольным Миром поступать аналогичным образом не хотелось бы.

– Да, такие действия почти наверняка вызовут противодействие, – согласился командор.

– В том все и дело. Операция в Трионе будет проведена, так или иначе. Но хотелось бы сделать это с наименьшими потерями.

– И вы хотите, что бы Вольный Мир поддержал вас?

– Нет. Это было бы слишком наивным желанием. Да и необходимости в дополнительных силах мы не испытываем. Мы только хотим, что бы Вольный Мир пропустил наш флот на свою территорию. А после завершения Трионской компании имперцы покинут пределы Вольного Мира и мы вновь станем неформальными соседями. Добрыми соседями, – проговорил Фь Илъюк совершенно спокойно и уверенно.

– Разумное зерно в вашем предложении, несомненно, есть. И я почти уверен, что, по крайней мере, для Вольного Мира этот компромисс выгоден. Я готов провести от вашего лица переговоры с семьями решающими судьбы Вольного Мира. Пока ничего обещать не буду. Тянуть время тоже не буду. И как только любое решение будет принято, мой представитель свяжется с вами по стандартной схеме связи через ваш личный коммуникатор.

– Это все, о чем мы только могли мечтать, друг, – обрадовано развел руками Фь Илъюк.

– Тогда не стану вас задерживать в пока небезопасной для имперских кораблей зоне, – кивнул обоим гурянин и быстро вернулся на бот.

Тот немедленно отчалил, устремляясь к громадине порта. А линкор, получив у диспетчера космопорта координаты прыжка, так же торопливо двинулся прочь.

* * *

Реззер уже в своих снах начал видеть эти бесконечно текущие струи песка на склонах выкапываемых воронок. С утра до ночи они копали, перетаскивали и разгребали песок, воплощая в жизнь планы тьяйерца. Постепенно все пространство между высотками покрывалось оспинами больших воронок. И, наконец, начало выясняться, для чего было пролито столько пота. На толстопузом грузовом боте привезли клети с непонятными коконами, состоящими из чего-то напоминающего сладкую вату из детских воспоминаний. Формой коконы больше всего походили на птичьи яйца, но с двумя острыми концами. Когда коконы начали со всей возможной осторожностью выгружать из бота, вытаскивать из клетей и аккуратно укладывать на дно воронок, Санчес подошел к Реззеру.

– Думаю это взрывчатка, – заговорил он тихо, – Сейчас все заминируем вокруг. Если не отобьемся, тут просто все сравняют с лицом земли.

– Не может быть, – воскликнул Дан, удивляясь, что мысль про взрывчатку ему самому в голову не пришла, – Точно. При таком количестве тут, наверное, камня на камне не останется.

– Лопухи вы оба, – заворчал стоящий недалеко Радугдт, – Какая взрывчатка? Где вы видели, что бы взрывчатка закладывалась в сухой рыхлый песок? Да при наличии таких скальных массивов я бы наделал шурфов, забил бы их на порядок меньшим количеством взрывчатки и в нужное время завалил бы всех ровным слоем скальных обломком и камней. А взрывать песок даже полный кретин наподобие вас не станет. Так что это не взрывчатка.

– А что же это может быть еще? – спросил Санчес, ухватываясь за очередной кокон, – Может нечаянно уронить один? Сразу увидим что это.

– А если мы ничего не увидим? – издевательски оскалился гурянин.

– Как это так не увидим? – удивился Санчес.

– Так. Что если там емкость со смертельным вирусом и небольшой заряд, что бы ее раскупорить, – ответил канонир, вдруг став совершенно серьезным, – Представьте такую картину. Мы не можем отбиться. Все проиграно. Тогда хозяева всего этого салюта активируют минизаряды и выпускают смертельный вирус. Все лежат дохлые, а укрепления можно использовать, как и технику. А при таком количестве зарядов, можно даже повторить их действие, не используя сразу все заряды. Ну, в том случае если противник повторит атаку.

– Черт! – выругался Санчес, едва не отдернув руки от передвигаемого по песку кокона, – Это больше всего похоже на правду. И это, несомненно, страшнее всего.

– Нам все равно пока не оставили какого-либо выбора, – сказал Реззер в очередной раз сплевывая набившийся в рот песок.

– Ты, судя по всему, неплохо это для себя уяснил, – съязвил Радугдт, у которого сегодня было не лучшее настроение.

17
{"b":"66","o":1}