ЛитМир - Электронная Библиотека

В дни прощания с Ельциным прозвучали самые разные мнения.

Художественный руководитель Театра имени Ленинского комсомола Марк Захаров:

– Я не знал другого человека такой широты, ума, мужества и непредсказуемости. Я вместе со всеми верил, что первый президент России приведет нас к настоящей демократии. Однако теперь мы осиротели.

Борис Немцов:

– Ельцин был патриотом России, очень любил свою страну, но был не понят многими гражданами нашей страны. Он дал свободу и возможность себя реализовать. Он не любил цензуру, терпел оппозицию и поддерживал регионы. К сожалению, все те завоевания, которые он продвигал, а именно: свободная печать, многопартийность, защита местного самоуправления, политическая конкуренция, все эти завоевания сейчас уничтожаются. Причем уничтожаются так жестоко, я бы сказал, беспощадно, что лучшая память о Ельцине будет, если мы вернем нашей стране свободу.

Геннадий Бурбулис:

– Это был человек выдающийся. Он сумел в самый ответственный момент взять ответственность на себя и уберечь страну от кровавого раздела наследства тоталитарного СССР.

Евгений Ясин, бывший министр:

– Это был большой человек по масштабам свершений, который прекрасно чувствовал свою эпоху и ее нужды. Несмотря на всеобщее неодобрение, он делал то, что было необходимо для страны.

Игорь Яковенко, секретарь Союза журналистов России:

– С его уходом закончилась эпоха, закончились наши российские свободные, хмельные девяностые.

Людмила Алексеева, председатель Московской Хельсинкской группы:

– При том, что он был натурой властной, жесткой, воспитанный в советских коммунистических правилах тоталитарной системы, Ельцин каким-то непостижимым способом понял, как важно для России двигаться в направлении демократии. Хотя порой журналисты вели себя непростительно невежливо в отношении Бориса Ельцина, за все время своего президентства он ни разу не позволил себе какого-то упрека в адрес средств массовой информации.

Академик Евгений Велихов:

– Борис Николаевич был очень похож на Россию. Он был одним из нас. И именно это помогло ему идти против течения, а когда это было надо – говорить и делать, то, что сказал бы и сделал каждый из нас.

Егор Гайдар:

– Будучи полновластным хозяином России, он использовал это не для того, чтобы еще раз установить в нашей стране режим, похожий на самодержавие, а для того, чтобы по крайней мере дать нам надежду, за которую придется бороться, надежду на то, что у нас может быть демократический режим, при котором люди, пришедшие к власти, не держатся за нее до сих пор, пока не держаться становится невозможно.

Анатолий Чубайс:

– Борис Николаевич сделал абсолютно невозможное. Он привел нас из несвободы к свободе. Из страны, в которой вранье было просто повседневным, повсеместным, всеобщим – от генерального секретаря ЦК до любого собрания, в страну, которая пытается жить по правде.

Маршал Евгений Шапошников:

– У нас в России на тот период, когда страной руководил Ельцин, не было человека подобного масштаба, который мог бы развернуть Россию в ту сторону, в которую мы сейчас идем. Он был прекрасным человеком. Очень тонким, несмотря на его большой рост и манеры крупного мужчины. Он все видел, все знал, все очень тонко воспринимал и чувствовал.

Сергей Степашин:

– Когда бушевал Северный Кавказ, этот человек брал ответственность на себя лично. Можно говорить об ошибках, о чем угодно, но он никогда не был трусом и он не перекладывал свою личную ответственность на кого-либо другого.

Геннадий Зюганов:

– Как человек, уважающий православные каноны, я хочу воздержаться в день кончины Ельцина от дальнейших комментариев. Хороших слов у меня о нем нет, а плохие говорить сейчас не хочу. Умер человек, дела и политическая практика которого обернулись для России большой бедой и большим горем для миллионов людей.

Григорий Явлинский:

– Ельцин побеждал своих политических оппонентов, но никогда не уничтожал. То, что месть и сведение личных счетов, физическое устранение политических противников не стали частью государственной политики в девяностые годы, – его личная заслуга.

Михаил Горбачев:

– Да, были между нами и расхождения, причем большие, и это наложило отпечаток на то, что происходило в стране. Но в эти минуты я думаю о том, что оба мы хотели добра стране и ее народу.

Александр Шохин, президент Российского союза промышленников и предпринимателей:

– Если бы Ельцина не было, путч 1991 года, скорее всего, оказался бы удачным и Россия скатилась бы в тоталитаризм и югославскому варианту. У демократических сил тогда других реальных лидеров не просматривалось.

Народный артист Олег Басилашвили:

– Этот человек сделал для России так много, как ни один лидер ни до, ни после него. Он заставил нас поверить, что мы свободные люди и что от нас, а не от доброго царя, генсека или президента зависит наше будущее. Он запомнился как очень волевой человек, производящий впечатление гранитной глыбы, которую не свернуть, которая стоит на своем. Но вот эта его «гранитность» скрывала доброе и отзывчивое сердце…

Это была эмоциональная реакция на смерть Ельцина. Теперь, когда его тело предано земле и он стал частью истории, наступает время оценить его жизнь и личность. Ведь Борис Николаевич и в самом деле создал государство, в котором мы живем. Без него мы бы оказались совсем в другой стране.

Часть первая

Завидная карьера

Он не признавал местоимения «Я»

Сам Борис Николаевич Ельцин вообще не любил говорить о себе, своих мыслях, чувствах, эмоциях, планах и идеях. Никто, за исключением самых близких людей, не слышал его откровений. Если он вообще был способен на откровенность. Книги, написанные за него, не в счет. Другие, конечно, много чего наговорили о Ельцине, в том числе и всякой несусветной и обидной бессмыслицы. Надо отдать должное Ельцину. Он вел себя достойно. Стойко переносил клевету и никогда не отвечал ни на брань, ни на критику.

В январе 2000 года через девять дней после ухода Ельцина в отставку в Большом театре вручали премии «Триумф», присуждаемые выдающимся мастерам литературы и искусства. В царской ложе появился Борис Николаевич с Наиной Иосифовной. Зал встал. И тогдашний художественный руководитель Большого театра Владимир Васильев сказал ему фантастические слова:

– Вы триумфально пришли и триумфально ушли.

Зал вновь встал. Это было признание. Ему забыли все плохое. Люди отходчивы. Самый талантливый режиссер не сумел бы так искусно покинуть политическую сцену, как это сделал первый президент России, который в последний день XX столетия передал свое кресло в Кремле Владимиру Владимировичу Путину.

Высокий и немногословный Ельцин с его твердым характером более всего соответствовал вошедшему в нашу плоть и кровь представлению о начальнике, хозяине, вожде, отце, даже царе, и нашему желанию прийти к лучшей жизни, которое должно совершиться по мановению чьей-то руки. Как выразился один замечательный историк, в самом глухом уголке самой религиозной страны на нашей планете не встретишь такого упования на чудо, какое существует в России, в которой атеизм многие десятилетия был одной из опор государственного мировоззрения.

Все его существо было настроено на достижение власти и ее удержание. Летом 1989 года помощник президента СССР Георгий Шахназаров спросил Горбачева:

– А почему бы вам не удовлетворить амбиции Ельцина? Скажем, сделать его вице-президентом?

Михаил Сергеевич отрезал:

– Не годится он для этой роли, да и не пойдет. Ты его не знаешь. Ему нужна вся власть.

Ельцин принадлежал к числу людей, которые лучше всего проявляют себя в роли полновластного хозяина. Он родился таким, такова была его генетическая структура. Вся его жизнь была подчинена этой внутренней программе. И даже когда он уходил в отставку (а он делал это дважды), то с глубоким смыслом. Не стоит забывать, что в его жизни первая отставка привела к победе и президентству, вторая – избавила от всех проблем, которые преследовали его все последние годы.

3
{"b":"660006","o":1}