ЛитМир - Электронная Библиотека

– Леха, не будь мелочным, какие на фиг боевые, если никто даже ни разу не пальнул.

– Так, об чем базар, ща, я в окно магазин разряжу, – ухмыльнулся Леха.

– Курган, подь ты на хрен! – скривив недовольную физиономию, произнес я. – Знаешь, что жадность фраера сгубила? Мы и так за эту смену нормально заработали.

– Старшой, но можно же заработать больше, – гнул свое Леха. – Делов то пострелять по кустам, и снять все это на видео. А лишняя сотня баксов на рыло еще никому не мешала. А?! – с такой тоской и надеждой в голосе прошептал Курган, что я чуть было не поддался на его уговоры.

Действительно, если зафиксировать на камеру, что мы стреляем куда-то там и нам из этого «куда-то там» отвечают (что сделать не тяжело, посадив предварительно в нужное место бойца), то можно записать на счет группы боестолкновение и тогда нам засчитают несколько часов – «боевыми», то есть по тройному тарифу. Я точно знаю, что этот вариант приработка частенько практиковался другими группами. Но у меня на этот счет был строгий принцип – липовые «боевые» могут накликать беду и в итоге вылиться «трехсотыми» или не дай бог, «двухсотыми».

– Нет, – строго отрезал я. – А если хоть раз еще раз заикнешься о «липе», месяц просидишь на базе, получая «голый» оклад.

– Чур, меня! – отмахнулся Леха, сплюнул через левое плечо и неистово перекрестился.

Курган был очень жаден до денег и пытался их заработать любым возможным способом. На то было несколько причин: первая – его азартность, он очень любил играть в карты, частенько проигрывая крупные суммы, и вторая – его любвеобильность, а именно семеро детей, от четырех браков, коим всем надо было выплачивать алименты.

Хотя, стоит сказать, что и «голый» оклад в нашей фирме был весьма не плох – сто пятьдесят тысяч рублей, или по нынешнему курсу полторы тысячи долларов. Этих денег вполне бы хватило на выплату алиментов, тем более что сотрудники ЧВК «Вектор» находились на полном обеспечении предприятия – проживание, обмундирование, питание, проезд, связь – все оплачивалось за казенный счет.

Но вот если к окладу добавить надбавки «за выезд», за пределы базы, плюс «суточные», плюс компенсация «за риск», то получалось, что за две пятидневные смены в месяц рядовой боец получал двойной оклад. А ведь есть еще и некоторые виды заработка, которые поощрялись начальством, то есть были разрешены и легальны. Тут, конечно, раз на раз не приходилось, но и меньше пятисот баксов, на рыло, за смену, ни разу не выходило. Так, что угроза посадить Леху на «голый» оклад, заперев его на базе, возымела успех, и он замолчал. Правда, я знал, что это ненадолго, ровно до следующего раза, когда можно будет, слегка изменить обстоятельства и заработать немного денег. Но, на это я и поставлен над этими охламонами, чтобы они ничего там не подстраивали в угоду своему кошельку.

Леха насупился и, откинувшись на спинку кресла, демонстративно прикрыл глаза, показывая всем своим видом, что спит. Смотрелось это смешно, актер из Кургана был как, пуля сами знаете из чего.

Помимо, основных и дополнительных выплат, был еще и командирский «приварок» – сумма, равная голому окладу, которая каждый месяц «капала» на закрытый счет, коим я мог воспользоваться только в случае выхода на пенсию. Понятное дело, что распоряжаться этими средствами я мог только когда стану пенсионером, причем отношения с работодателем на момент выхода на пенсию, должны быть исключительно «няшные» и «мимишные».

– За дорогой следи! – пнув ботинком по ляжке, я прервал лже-сон подчиненного. – И сканер включи, а то сидишь тут, как тридцатилетняя девственница на приеме у гинеколога, не знающая, что делать!

В кузове дружно заржали Якут и Сникерс. Плов и Басурман тоже захихикали, но более сдержанно – так как находились на расстоянии вытянутой руки от насупившегося Муромского.

Глава 2

Группа у нас была слаженная и дружная, вместе работали, вместе отдыхали. Правда, мы с Якутом как «женатики», участвовали не во всех видах отдыха, некоторые развлечения приходилось по весомым причинам игнорировать.

Даже на внешний вид парни были очень похожи между собой – все рослые, крепкие, с пышными бородами. Выделялся лишь Якут со своим раскосым разрезом глаз и ростом в метр семьдесят, да я со своей лысой, как шар черепушкой. А Леха, Пашка, Серега и Веталь – были как родные братья, особенно сейчас, когда все четверо отпустили бороды. Даже глаза у всех четверых были одного цвета – серые. Да и роста они были примерно одинакового – чуть выше метр восемьдесят. Из-за этой схожести парней частенько просили постоять в героических позах на заднем плане, когда очередные журналюги брали интервью у кого-нибудь из нашего руководства. Нас с Якутом, при этом в кадр не пускали, потому что Колян со своей не славянской внешностью портил всю картинку, а я с бритой башкой и шрамами на морде был больше похож на злодея, чем на хорошего парня, коим, собственно говоря, всегда себя и считал.

– Командир, тут тебя начальство вызывает, – передал мне тангету стационарной рации Плов.

– Семнадцатый у аппарата. Прием! – отозвался я, позывным, принятым на эту смену.

– Семнадцатый, вам надо проследовать в квадрат три, ориентир главная проходная ЗЖБИ. Ваша группа придается на усиление к гвардейцам. Как понял меня, прием?

– Понял. Вот только у нас смена заканчивается через три часа и нам надо провести «жуков» домой. Как быть? Прием.

– Семнадцатый выполняй приказ. К «жукам» уже выехала резервная группа. С этой минуты и пока не приедете в расположение, у вас идут «боевые». Как понял меня, прием?

– Все понял, выполняю! – отчеканил я.

Ничего хорошего этот приказ не сулил. Во-первых, парни устали после пяти суток дежурства, а во-вторых, третий квадрат, а именно территория бывшего завода железобетонных изделий проходила по самой границе зараженных мест и если сейчас задует ветер, то вполне можно «схватить дозу». Кратковременно нахождение на зараженной территории особой опасности не несет, так как радиационный фон там постепенно снижался и уже был не так опасен, как год назад, но с амуницией, транспортным средством и всеми нашими «ништяками» пришлось бы расстаться, да еще и неделю сходить с ума от скуки в изоляторе.

Да и сам факт, что нашу группу «частников» придают на усиление гвардейцам, которых мы никак не могли усилить, вызывал недоумение, переходящее в опасение. Чем мы могли усилить росгвардейцев с их БТРами и БМП? Разве, что развлечь их анекдотами, да сальными историями из личной жизни Лехи Кургана. Но, с другой стороны, во всяком военном деле есть множество нюансов незаметных постороннему глазу, например, когда своих подчиненных не хватает, то можно позаимствовать «у соседей» взвод для того, чтобы перекрыть какой-нибудь второстепенную дорогу. Да, мало ли, для чего мы нужны? Была бы шея, а хомут всегда найдется!

– Ну, шо Леха, дотрынделся? – пнул я друга еще раз. – Накаркал? Пошли нам «боевые» в зачет, пока на базу не вернемся, будет нам тройной счетчик тикать.

– Уау! – воскликнул Леха. – И, шо нам надо за это сделать?

– Гвардейцев на ЗЖБИ усилить, не справляются они без нас, – хмуро ответил я. – Сникерс, доставай из ящика: накидки, «газики», буцы и дозиметры, чую пригодятся они нам.

– Старшой, а если мы на базу только утром вернемся или вообще через неделю, нам, что так все это время и будет идти в «боевой» зачет?

– Типун тебе на язык, в гробу я видал ночные вылазки. Ни за какие деньги мы не будем ночевать «в поле», – отмахнулся я. – Да и не подпишет нам бухгалтерия такую платежку, даже и не мечтай.

– Жаль.

Дорого к пункту сбора заняла двадцать минут, за это время я успел переобуться, сняв купленные на собственные деньги ботинки и нацепив казенные берцы, которые совершенно не жалко было сдать в утилизацию после возвращения домой. Еще пришлось снять куртку и перевесить РПС, надев на себя короткий плащ, призванный защитить на какое-то время от радиации. По инструкции положено было надеть еще комбинезон и бахилы. Но, воевать в таком облачении было неудобно, поэтому чаще всего на инструкции забивали, потому что, если дозиметр покажет повышенный фон заражения, то мы развернемся и уйдем.

5
{"b":"660060","o":1}