ЛитМир - Электронная Библиотека

Герцог опять сдержано поклонился, пообещал подумать над таким вариантом поиска и покинул гостиную, ведя под руку уставшую от слез герцогиню.

Инира

Дорогой, которую я выбрала для побега, редко пользовались, поэтому я ехала, практически не маскируясь. Длинный плащ, шляпа, перчатки – обычный вид путника из небогатых приказчиков или горожан.

Терпкий аромат хвои успокаивал, настраивал на мирный лад, но перед глазами вставало лицо Вайнора. Я вспоминала все – разлет бровей, блеск глаз и усталую морщинку на переносице. Мне хотелось вдохнуть аромат миндального масла и прижаться щекой к его шершавой ладони. В груди тоскливо сжималась непонятная мне пустота.

Прогоняя эти мысли, я принялась думать о тех, кто гнался за мной через лес. Столько ненависти исходило от этих людей! А еще их посылала вперед азарт охотников, преследующих добычу. Вспоминая их блестящие глаза, распахнутые в крике рты, искаженные эмоциями лица я содрогнулась. Нет, так нельзя!

Встряхнувшись, я вновь мысленно вернулась к Вайнору: надеюсь, король все поймет и простит. Если же нет – я постараюсь никогда не попадаться ему на глаза!

Почему-то эта мысль опять выбила слезы! Нет, это ветер, холодный ветер хлестнул своим плащом мое лицо.

Немного успокоившись и хлебнув воды из фляжки, я задумалась: через несколько часов придется пересечь оживленный торговый тракт и нужно будет позаботиться о маскировке. Стоило сделать привал и осмотреть сумки, уложенные Кейраном.

Выбрав уютную полянку, окруженную огромными соснами и низким кустарником, я спешилась. Кинув поводья на ветку, сняла сумки и принялась с упоением разбирать дорогие сердцу флакончики и железки.

– Метательные кинжалы, – пробормотала я себе под нос, и восхищенно присвистнула, разглядев клеймо лучшего оружейника Пограничья. – Запасной плащ, еда…

Закончив ревизию, я опять утирала слезы – наставник собрал в сумки привычный походный набор телохранителя. Но этот набор был составлен из произведений лучших оружейников, алхимиков и кожевенников. Даже сумки имели небольшое клеймо, а «гостинцы» мамаши Купы я узнавала с закрытыми глазами.

Удивляясь разведенной сырости, я утерла лицо и задумалась: проще всего переодеться в простолюдинку, но две лошади с набитыми сумками привлекут внимание. Остается другой вариант – мужчина, лучше охотник или наемник, тогда будет оправдано оружие и нежелание разговаривать на отвлеченные темы.

Приняв решение, я принялась менять облик. Косо обрезанные волосы повязала платком и спрятала под капюшон плаща. Пышная пелерина делала плечи шире, а длинный жилет и тяжелый пояс с кошелями заставляли двигаться основательнее, по-мужски.

Руки, как и раньше, скроют перчатки, главное не снимать их при посторонних. Обувь оставила прежнюю – сапоги были изготовлены сапожником школы телохранителей. Специальная обувь – достаточно тяжеля и лишенная украшений, но прочная и удобная. Дарить любимые сапожки волкам я не хотела.

Лицо я намазала ореховой краской и добавила жесткой кистью темные точки сажи, «щетину». Теперь можно ехать дальше.

Выезд на более оживленную дорогу прошел гладко. Уже смеркалось, и путники стремились добраться до трактиров, не особенно интересуясь попутчиками.

Остановиться в трактире я не рискнула – уж больно много там любопытствующих. Проехала мимо, дождалась пустой дороги и свернула к лесу. Ночи еще не слишком холодные, еда и плащ у меня есть, переночую у костра.

Выбрав укрытое от посторонних глаз место, я занялась подготовкой ночлега: сняла седла и вычистила лошадей, повязала им на морды торбы с овсом и накинула поводья на ближайшее дерево.

Теперь можно заняться костром. Аккуратно сняв широким ножом квадрат дерна, я выкопала в серой лесной почве глубокую ямку и развела небольшой костер. Огонь в ночи виден издалека, а я не хотела привлекать к себе внимания.

Котелок с водой для чая, сухари и копченая грудинка из мешка с припасами – вот и весь ужин. Разложив походную постель, придуманную Камилом, я легла, укуталась плащом, закрыла глаза и прислушалась. Лес пел!

Странно, я никогда не замечала, как шум ветра сливается с шелестом листьев. Остывая, земля отдавала ветру ароматы увядающих трав и нагретой солнцем смолы. Стрекотали насекомые, ухали ночные птицы, скрипели сучья…

Я неожиданно растворилась в этой ночной музыке и уснула глубоко и сладко, как в детстве! Очнуться пришлось рывком, словно от падения. По краю полянки кто-то ходил! Кони беспокойно топтались, не давая мне услышать, откуда именно доносятся мягкие, но тяжелые шаги.

Стараясь двигаться незаметно, я вынула из ножен длинный кинжал и замерла прислушиваясь. К тяжелой поступи прибавилось сопение, незнакомец задевал деревья, вызывая неприятный треск коры.

Я по-прежнему лежала тихо, на сей раз решив принюхаться: вот резкий запах лошадиного пота, вот запах гари от присыпанного пеплом костра, а это что за резкий сладковато-пряный аромат? В памяти не всколыхнулось ничего, выходит, это существо мне незнакомо?

Вздохи и топот продолжались, но поняв, что незнакомое существо не собирается выходить на полянку, кони успокоились. Уложив оружие под руку я, постепенно расслабилась. Поляну окружали высокие деревья. Над ними, словно из колодца, виднелось звездное небо. Я залюбовалась бархатистой чернотой неба и мягким блеском звезд, шепча молитву покровителю воинов Нау:

– Звездосветный, поражающий гневом своим как мечом, помоги мне!

На миг показалось, что звезды мигнули и сложились в жесткое лицо мужчины, но тут из-за деревьев выплыла красавица – луна.

– О, Луноликая! Благослови! – шепнула я, любуясь серебристым светом, затмевающим блеск звезд.

Дымчатые пятна, покрывающие сияющий лик, сложились в лицо прекрасной женщины, и показалось – мать погладила по голове, целуя на ночь. Сонно улыбнувшись ей, я задремала, забыв о неизвестном, бродящем по границе полянки.

Утром меня разбудили птицы, заливисто распевающие в кустах. Потянувшись и разминая мышцы, я села и вдруг вспомнила вчерашнее пыхтение за пределами полянки. Подхватив откатившийся кинжал, я осторожно обошла спокойных лошадей и осмотрелась.

А потом долго хихикала, не в состоянии остановиться. Ночью вокруг стоянки бродила заблудившаяся телка! Сейчас она лежала на небольшом островке травы возле кустиков и лениво жевала жвачку. Что ж придется вывести подопечную Луноликой на дорогу.

Посмеявшись над ночными страхами, я собрала вещи, обновила маскировку и двинулась дальше, навязав «потеряшке» на шею простую веревку.

Однако выехать сразу не удалось: когда я забиралась на лошадь – резко закружилась голова, повело в сторону. Ухватившись за седло, мне удалось устоять, но едва почувствовала себя лучше, немедленно схватилась за сканирующий амулет.

Амулет помигал, пытаясь обнаружить причину волнений, но в итоге выдал «состояние здоровья удовлетворительное» и отключился. Рассердившись, я забросила бесполезный диск в сумку и на сей раз удачно села в седло.

Минут через сорок неспешного трюханья по лесу, мы выбрались на дорогу. Телка призывно замычала, и откуда-то издалека раздался причитающий женский голос. Торопливо развязав веревку, я хлопнула животину по спине, заставляя двигать в сторону деревни. Пусть хозяйка быстрее обнаружит свою пропажу, а я лучше сверну к небольшому трактиру на окраине села – пора завтракать.

Стоило мне въехать в тесный, заставленный бочками и телегами дворик, как по дороге потянулся большой торговый караван. Длинные тяжелые дроги, запряженные парой тяжеловозов каждая, медленно тащились в облаке пыли. По обочинам бдили охранники, на облучках сидели приказчики и возницы.

Товар, лежащий в телегах, был скрыт дерюгой и соломой, но я уже определила наметанным глазом: везут фарфоровую посуду из Квариллии. Товар дорогой, хрупкий, требующий осторожности при перевозке. Неудивительно, что так много охраны, хотя…

Делая вид, что снимаю седло, я стала наблюдать за обозом. Приказчики были вадерцами – это было слышно по речи, видно по одежде и манерам, а вот охранники несомненно принадлежали квариллийскому королевству. Их выдавали детали: тонкие косицы, заплетенные на висках и старательно спрятанные под войлочными шапками. Сбритые усы, которые охрана то и дело пыталась нащупать, а самое главное – оружие!

8
{"b":"662095","o":1}