ЛитМир - Электронная Библиотека

Примечания автора:

П/А:

Фик о Хозяине Огня Зуко, пытающемся привнести доброту в Нацию Огня.

Этот фик также чистый джен. Все отношения платонические, кроме кратких упоминаний о Сокка/Суюки.

Я позволил себе много вольностей с каноном (включая канон комиксов, который я почти полностью игнорирую), особенно с точки зрения построения мира в начале фика. Я исправил некоторые мелочи в двадцать первом эпизоде ради логики повествования. Кроме того, мне очень нравится идея, что у Агни Кая есть нюансы и множество правил. Мне также нравится мысль о том, что Аватар может победить и сместить человека, находящегося у власти, если есть веские причины. Это похоже на то, что происходит в каноне, но с небольшими изменениями.

Кроме того, характер Зуко может отличаться. Теперь, когда стресс от войны закончился, он активно работает над тем, чтобы стать лучше.

Предупреждения: жестокое обращение с детьми в прошлом, дети-солдаты и несовершеннолетние употребляют алкогольные напитки.

Самая болезненная часть войны — это ожидание. Они победили Азулу, но не знают, жив ли Озай, сгорело ли Царство Земли дотла. Они выиграли Агни Кай, но война все еще продолжается за пределами дворца. Никто в мире не знает, что произошло в этом дворе.

Руки Катары прижаты к его ране. Он пытается убрать ее ладони.

— Катара, — говорит он, — я должен…

— Стой на месте и позволь мне исцелить тебя, — это вышло грубее, чем она хотела. Она хнычет. — Ты мог бы… Зуко.

— Не мог, — говорит Зуко, и он пытается улыбнуться.

Она улыбается в ответ, и эта улыбка грустная, волосы Катары висят влажными запутанными клочками, но ее вид заставляет что-то в его груди встрепенуться. Его друг в порядке. Он не знает об остальных, не знает о дяде, но с одним из его друзей все будет хорошо.

Когда ему больше не грозит умереть от потери крови, Катара помогает ему встать и дохромать в комнату рядом. Она толкает его на опаленный шезлонг, и он падает, потому что его лихорадит, и он испытывает адскую боль. Он все еще слышит, как Азула рычит во дворе. Она скоро устанет, но сейчас этот звук — от него что-то болит в животе Зуко, ниже раны в форме морской звезды на его груди.

Катара приносит бинты и свободную мантию, оставленную знатью, которая испугалась их сражения и побросала свои вещи. Катара работает над его травмой, пока до них не доносится слабый звук двигателей.

Катара высунула голову во двор:

— Это дирижабль. Он приземлился недалеко от города.

— Только один? — спрашивает Зуко. Катара кивает, да. — Мы выиграли. Мы должны. Они не вернулись бы так скоро, и не вернулся бы только один дирижабль. Это должно быть Аанг.

Зуко приподнимается на локтях, и Катара хмурится. На улицах города тихо. Дворец пуст, а люди заперлись в своих домах. Единственный звук — слабый потрескивающий огонь и далекий гул приземления дирижабля.

— Ты ранен, — говорит она. — Тебе нужно отдохнуть.

— По всему миру солдаты Нации Огня жгут чужие земли с помощью кометы, — говорит Зуко. — Остальной мир не знает, что война окончена. Она не окончена, технически. Война пережила смерть Созина и Азулона, и она продолжится, пока кто-то официально не положит этому конец.

— Хорошо, тогда я принесу тебе пергамент, и ты сможешь здесь написать письма генералам.

Зуко поднимается с шезлонга. Катара тут же появляется рядом, пытаясь усадить его обратно.

— Письмо от принца-предателя? Они не послушаются. Письмо должно быть от Хозяина Огня.

— Теперь ты Хозяин Огня, — говорит Катара. — Мы победили Азулу, а Аанг, вероятно, победил Озая, что означает…

— Никто не знает, что мы победили. Сейчас люди проигнорируют любой приказ, который не подтвержден официальной печатью Хозяина Огня.

— Ладно, — говорит Катара. Ее глаза упираются ему в грудь, как будто она ждет увидеть, как свежая кровь проникнет через повязки, но не мешает ему встать. — Как нам получить эту печать?

Она осматривает комнату, та будто гигантское котацу или изодранный мягкий ковер, разорванный одним из взрывов во время сражения. Неплохое место для отдыха. Повсюду рассыпаны ягоды вишни.

— Мне отдадут ее, как только я стану Хозяином Огня, — говорит он. — Но сначала мне нужны Мудрецы Огня, чтобы узаконить мои притязания на трон.

Когда Катара помогает ему встать — обнимает за талию и плечи — Зуко удается передвигаться, не отклоняясь в сторону. Вишни давятся под их сапогами, превращаясь в кровавую мякоть, когда они направляются во дворец.

Они находят Мудрецов Огня в тронном зале. Главный Мудрец все еще держит корону Хозяина Огня в своих руках.

Он осматривает Зуко с ног до головы и поджимает губы:

— Все закончилось?

— Азула разрушила Агни Кай, — отвечает тот. — Она начала сражаться со вторым участником, и Катара победила ее.

Зуко рассказал Катаре немного информации об Агни Кай, когда они шли драться с его сестрой. Участники Агни Кая считают нечестным преследовать кого-либо, кроме своего противника. Если такое происходит, дуэль считается «разрушенной». Технически та все еще была законной, но бесчестной.

Зуко не назвал Катару своей заменой, не вслух, но они все поняли. Если во время Агни Кая маг был ранен и это не означало окончательное поражение, другой маг мог продолжить его бой. Эта традиция возникла много веков назад, когда Агни Кай была смертельной. Чистые, бесспорные убийства считались предпочтительнее. А если участник сломал руку противнику, то он предпочитал сражаться с другим человеком, вместо того, чтобы прослыть убийцей слабых и обессиленных.

Это старая традиция. Сейчас маги огня не против убить или покалечить своего противника, когда тот ранен и не может дать отпор. Они даже предпочитают это. Но эта традиция дуэлей все еще была в силе.

Взгляд Главного Мудреца падает на Катару, и на мгновение Зуко думает, что тот собирается отменить ее победу, как замены, из-за синих одежд другого народа, но затем тот кивает. Только маг огня может войти в Агни Кай, но нет таких правил о том, кто станет его заменой.

— Можете ли вы отвести нас к ее трупу? — спрашивает Главный Мудрец.

— Она жива, — быстро говорит Зуко. — Прикована цепью во дворе дворца, где проходил Агни Кай. Она обезумела.

— Нам нужно убедиться, — говорит он. Он жестом показывает Мудрецам позади себя, чтобы они следовали за Катарой во двор.

Без Катары под боком Зуко чувствует всю тяжесть своего истощения. Главный Мудрец осматривает его — не так, как будто он судит о внешности, а как будто он составляет список вещей в своей голове, которые нужно с ним сделать, чтобы превратить в достойного правителя. Официальная коронация состоится позже на неделе.

Если, конечно, Озай мертв. Если Аанг проиграет, а Озай вернется и обнаружит, что Азула прикована цепью, а Зуко пытался захватить трон, то он убьет всех троих. Зуко и Катару за победу, а Азулу за дерзость поражения.

Мудрецы возвращаются, перешептываясь друг с другом, и Катара быстро пролазит под руку Зуко, принимая его вес. Она игнорирует его, когда он пытается сказать ей, что в порядке.

Никто не может помешать Аангу и остальным войти в тронный зал. Дворец пустынен, как в День Черного Солнца.

Аанг входит первым, измученный и покрытый слоем грязи. Его одежда изодрана. Кое-где видны кровоточащие раны. Он вытягивает руку, и Зуко требуется мгновение, чтобы осознать, что он видит: Озай, с застывшими, едва осознанными глазами, чьи руки скованы камнем перед собой.

Он кажется… меньше. Это единственное слово, которое Зуко может применить к этому человеку, к этому жестокому человеку. Его отец всегда был большим. Зуко привык смотреть на него с колен на полу или с высоты роста ребенка еще до изгнания.

Теперь, однако, Озай не кажется большим. Зуко смотрит на больного, осунувшегося мужчину и чувствует…

Освобождение. А потом облегчение от того, что он чувствует освобождение. Часть его ожидала, что он отреагирует на это так же, как и тогда, когда он стоял перед камерой дяди, но этого не произошло.

1
{"b":"665377","o":1}