ЛитМир - Электронная Библиотека

Эти охотники разрушили всякие надежды, что у меня просто разыгралось воображение. Вампиры реальны, я знала одного, и он вроде как одержим мной. Я вспомнила, какой сильный Бью. А ещё он отвёз меня в больницу и сам всё рассказал полиции, чтобы я могла отдохнуть. Не он похищал меня. Бью выказывал мне лишь уважение. Будь у меня выбор между вампиром и охотником, я встала бы на сторону вампира.

Я тихо проскользнула обратно на вечеринку, решив, что безопаснее находиться в окружении большой группы людей. Если эти охотники искали наживку, я не собиралась ею становиться. Не уверена, что смогу пережить ещё один раз. От одной мысли об этом у меня заболело лицо.

Пока раздавали торт и открывали подарки, я думала лишь о том, как предупредить Бью. Скорее всего, они точно знали, где он живёт. Их четверо, а он один. Неужели они сейчас вламываются в его дом? Может, ждали его прямо на улице? Я не знала, что реально, а что нет, когда дело касалось вампиров. Правда ли, что вампиры могут выходить только ночью? Правда ли, что они не любят чеснок, святую воду и всё такое прочее? Очевидно, кол в сердце — правда, иначе эти охотники не носили бы их. Но, честно говоря, кол в сердце и человека убьёт.

Размышляя над этим, я осознала, что не знаю, как защитить себя от вампира. Я пыталась понять охотников, чтобы узнать больше об их планах и остановить их. Я ещё больше решилась помочь Бью. Если доберусь до него раньше, чем они, возможно, он сможет улететь. Или прокопать себе путь наружу. Или ещё что-нибудь. Вампиры превращались в летучих мышей?

Я понятия не имела, на что Бью способен и каковы его способности. Но знала, что он силен. Мог ли он справиться с четырьмя охотниками одновременно?

К тому времени, когда вечеринка закончилась, я ещё колебалась, что же делать. Решив распрощаться, я с натянутой улыбкой обняла всех девушек, которых знала со школьной скамьи. Сочувствие к моим травмам, вероятно, помешало им задавать ещё больше вопросов о неудачных отношениях и о том, что я вернулась домой через пять лет отсутствия. На меня жалостливо смотрели больше из-за синяков, чем из-за Чикаго. В каком-то смысле нападение предотвратило неловкие разговоры, которые я не хотела вести.

Я стиснула зубы, ужасаясь самой себе за такие мысли. Нет ничего хорошего в том, чтобы оказаться связанной и подвергнуться пыткам. Нужно смотреть в лицо своему прошлому и не избегать его. Вот одна из причин, почему я оказалась в таком положении. Я привыкла убегать, при первых же симптомах дискомфорта. Не в этот раз. Я ушла от Бью, не дав ему ничего объяснить. Пора поступать правильно.

Я поехала к себе, а не к нему. К счастью, бабушка была на собрании клуба по бриджу. Припарковав машину, я пошла по знакомой тропинке к кладбищу. Я знала, как оттуда добраться до его владений, и надеялась, что группа охотников обойдёт кладбище стороной. Если повезёт, я не наткнусь на них.

Я не уверена, что буду делать, когда доберусь до дома. Насколько хороша идея — вломиться в дом вампира, пока он спит? Если он, правда, спит, конечно.

Однако чем больше я думала об этом, тем сильнее убеждалась, что никогда не видела Бью днём. Мы встретились на кладбище ночью. Ночью он спас меня от охотницы и отвёз в больницу. За последние несколько дней я ни разу не видела его в городе.

Хотя, не удивительно. Я думала, что он работал ночами. Вероятно, это самое романтичное, что парень когда-либо делал для меня.

У меня сдавило грудь, и страх пронзил душу, когда я задумалась, был ли Бью ещё там. Возможно, он всё-таки покинул дом, возведя мою просьбу никогда больше его не видеть до крайности. Он сказал, что ему не нравится этот дом, и что он хочет отдать его какому-нибудь родственнику и уйти.

Поначалу мне было плевать, но теперь мысль о том, что он ушёл навсегда, вызывала волну паники. Я покачала головой, мысленно ругая себя за то, что испытываю такие сильные эмоциональные чувства к мужчине, которого едва знаю. К кому-то, кто даже не человек. С людьми не вышло, почему бы не влюбиться в нежить?

Глава 10

Милли

Оставалось ещё примерно около часа дневного света, когда я добралась до, предположительной, собственности Миллеров. В ботинках идти было проще, но от этого не легче. У меня сердце бешено колотилось в ожидании нападения в любую минуту. Мне очень не понравились эти охотники и то, как они меня напрягали и подавляли. И эта история с попытками убить людей меня тоже не устраивала.

Впереди показался дом Миллеров с прекрасной колониальной архитектурой, контрастирующей с надвигающимся чувством обречённости, которое тяжело висело в воздухе. Если охотники сидят в засаде и ждут удобной минуты, чтобы войти внутрь, я не смогу постучать в парадную дверь, не привлекая слишком много внимания. Поскольку охотников четверо, задняя дверь, скорее всего, тоже под наблюдением. Если, конечно, они ещё не зашли в дом. Выбора не было. Пришлось влезть в окно и надеяться, что охотники ещё не пришли. А вообще следовало хорошенько подумать, прежде чем пытаться проникнуть в дом вампира.

Вдоль одной из стен дома тянулся ряд магнолий. Я пробиралась от дерева к дереву, вдыхая аромат цветов, которые пахли домом. В Чикаго не было магнолий, и именно по их аромату я больше всего скучала.

Я медленно шла, часто оборачиваясь и осматриваясь. От каждого движения и шороха листьев по мне прокатывалась волна паники. Я не могла попасться этим охотникам. Одно дело, когда охотник использует тебя в качестве приманки, но гораздо хуже, если он думает, что ты работаешь с вампиром.

Эти люди совершенно не в своём уме, и я не удивлюсь, если они схватят меня просто за компанию. Наконец, я добралась до стены дома и увидела три окна на первом этаже, оставалось лишь узнать, какое из них не заперто. В подростковом возрасте, я всегда проверяла, чтобы одно из боковых окон в доме бабушки было открыто. Через него я могла прокрасться обратно, если гуляла после комендантского часа, или время от времени забывала ключ от дома. Большинство людей в Харте даже не запирали двери, и я надеялась, что эта тенденция держится и в доме Эстер Миллер.

Я попробовала открыть первое окно, осторожно расшатывая его на случай, если замок сам откроется. Но нет. Я осторожно подошла ко второму окну, прижала пальцы к стеклу и подняла раму. Окно поддалось и открылось, и я почувствовала, как с моих плеч упал камень. Ухватившись за выступ, я влезла в дом, проскользнув головой вперёд. Я приземлилась с далеко не грациозным оханьем и быстро бьющимся сердцем. После чего замерла и огляделась, почти ожидая, что кто-то распахнёт ближайшую дверь и поймает меня.

После нескольких долгих секунд тишины я медленно выдохнула, на цыпочках подошла к окну, закрыла и заперла его. Затем метнулась к третьему окну, которое тоже было не заперто, и быстро задвинула задвижку. Я не хотела, чтобы этим людям было легко войти.

В доме стояла тишина, и витал вездесущий аромат Шанель № 5. Я улыбнулась, вспомнив запах объятий Эстер. Дом пах ею. Я стояла в кабинете, окидывая взглядом мебель и декор. Может, здесь есть что-то, что можно использовать в качестве оружия.

Но увидела лишь большой письменный стол, книжные полки, уставленные толстыми томами и несколько мягких кресел в углу рядом с маленьким столиком, на котором стоял графин коричневой жидкости. Вероятно, этой комнатой пользовался покойный муж Эстер, но судя по толстому слою пыли, здесь уже давно никто не бывал. Я нахмурилась, удивляясь, почему он не мог украсить кабинет мечами или чем-то ещё.

Без оружия, я могла лишь быстро найти Бью и предупредить его, чтобы он смог уйти. Будем надеяться, что нам удастся избежать встречи с охотниками. Я подкралась к двери и осторожно открыла её, хотя она скрипела. Будь я вампиром, где бы спала?

Замерев в тёмном коридоре, ближайшие окна были задёрнуты шторами, я прищурилась. Внезапно возникло чувство, что вся эта история о непереносимости вампирами солнечного света обрела очертания истины. Оставалось найти место, где он прятал свой гроб. Я содрогнулась. Пожалуйста, пусть он не спит в гробу.

10
{"b":"665515","o":1}