ЛитМир - Электронная Библиотека

— Я тебя знаю?

— Не думаю. — Она покачала головой, затем посмотрела на землю, освобождая меня от своего пристального взгляда. Наклонившись, я осторожно схватил её за тонкую лодыжку.

— Держись.

Я потянул её ногу. Женщина крепче ухватилась за меня, и я едва сдержался, чтобы опять не поднять взгляд на неё. Её нога оставалась в грязи. Пора менять тактику. Я обнял женщину за талию.

— Что ты делаешь? — спросила она, явно возражая словами против такой близости, хотя телом прижималась ко мне. Эти противоречия дали мне понять, что она испытывает то же странное влечение, что и я. Не дав ей опомниться, я потянул её к себе, поднимая из грязи. Я услышал звук, характерный для отлепляющейся присоски, и мы упали. Женщина свалилась на меня, но мы не разжали объятий.

— Всё прошло удачно, — сказал я.

Она рассмеялась, и этот мелодичный звук заставил меня улыбнуться. Самым настоящим образом, до боли в щеках улыбнуться. Я понял, что буду делать всё ради этого смеха, хотя даже имени женщины не знал.

Глава 3

Милли

Сердце бешено колотилось, и меня бросило в жар… Бессмысленно. Сейчас два часа ночи, и, хотя было тепло для сарафана, жары для такого не было. Сам воздух, казалось, замер. Окружение было, словно, тяжёлым и двигалось в замедленном темпе.

Накаченное тело подо мной напряглось и зашевелилось, когда красивый мужчина, на которого я упала, улыбнулся.

— Всё прошло удачно, — проговорил он.

Можно и так сказать. Я улыбнулась и поняла, что лежу на совершенно незнакомом мужчине, и мы оба в грязи. Что ещё хуже — мы на кладбище посреди ночи. Я начала смеяться. В этой ситуации не было ничего типичного, и оставалось лишь хохотать.

Отдышавшись, я обнаружила, что меня тянет к незнакомцу. Вероятно, он примерно моего возраста. Может, на несколько лет старше. Его чёрные волосы были растрёпаны, а тёмные глаза сверкали в лунном свете. Линия его волевого подбородка была начисто выбрита, привлекая внимание к мягким губам, манящим для поцелуя.

Я моргнула и перевела взгляд. О чём, чёрт возьми, я думала? Откашлявшись, я вытащила руки из-под его спины и подвинулась, чтобы перекатиться. Когда я приземлилась на задницу в грязь, покраснела, накрыла лицо руками, а затем провела ими по волосам и замерла, потому что вспомнила — я же вся в грязи. Опустив руки, я себя похвалила, молодец какая, встретила привлекательного мужчину, но вся выпачкалась и вела себя по-дурацки.

— Меня зовут Бью. — Он протянул мне руку, которая тоже была в грязи.

Я попыталась стряхнуть хоть немного грязи, но она прилипла, и сжала его руку.

— Милли.

Он встал, и помог мне подняться.

— Ты в порядке, Милли?

— Задета лишь моя гордость, — ответила я.

— Не переживай, я никому не расскажу.

— Спасибо, — сказала я, — но уверена, что следы грязи, ведущие в комнату, выдадут с потрохами.

Я посмотрела туда, где застряла. Туфля так и лежала в грязи. Считая это безнадёжным делом, я сняла вторую и на мгновение задумалась, не засунуть ли и её в грязь. От одной туфли проку мало.

— Мой дом прямо там. — Бью указал в сторону. — Можешь зайти и привести себя в порядок. Думаю, и одежду тебе найти сможем. Ну, вся она принадлежала девяностолетней женщине, Поэтому я не уверен в каком стиле наряды.

— Ты живёшь в доме Миллеров? — спросила я. — Почему я тебя раньше не встречала?

— Я приезжал только летом, — ответил я.

Я нахмурилась. Как возможно, что этот мужчина был так близко, но мы ни разу не встретились? Харт не такой уж большой городок.

— А ты внучка Сюзан? — спросил он.

Я вздрогнула, услышав имя бабушки.

— Да. Ты знаешь мою бабушку?

— Тётя Эстер постоянно про неё говорила, — ответил он. Вероятно, твоя бабушка и моя тётка в молодости отлично веселились.

Да, бабушка была близка с Эстер. На самом деле, когда она позвонила, сообщить о смерти подруги, едва ли не плакала. Впервые за всё время, что я знаю эту женщину, она готова была расплакаться.

— Можно я хотя бы тебя до дома провожу, раз не хочешь принять моё предложение? — спросил Бью

Я обдумала его слова. Он очень хорош собой и пробуждает желание принять парочку плохих решений. Кроме того, бабушка закатила бы глаза, узнай, что я всю ночь гуляла с мужчиной. А на то, что я испачкаю пол — прицыкнет языком. Я лучше приму предложение Бью и вернусь домой чистой, чтобы не иметь дело с гневом по чистоплотности бабушки.

— Давай, пойдём к тебе.

Я закинула туфлю на плечо и пошла босиком по грязи. Вероятно, недавно прошедший дождь развёл её, но я была так сосредоточена на цели, что даже не подумала, прежде чем сюда соваться.

Я посмотрела на красивого мужчину, который только что потерял члена семьи. Навещал ли он раньше свою покойную тётку?

— Ты часто сюда приходишь? — спросил Бью, обернувшись на меня через плечо.

Я мешкала. Мне не нравилось приходить днём, когда здесь много скорбящих. Это навевало грусть. Но ночью на кладбище тихо и спокойно. Однажды я сказала своему бывшему, что люблю навещать могилы родителей по ночам. Он засмеялся и назвал меня больной. Я нахмурилась. Стоило тогда обратить на это внимание и понять, что он не так заинтересован в отношениях, как я. Лживый ублюдок.

Я думала, как объяснить, почему оказалась здесь, и не хотела, чтобы снова осудили. Но потом поняла — мне нечего доказывать этому незнакомцу. Я не пыталась начать отношения.

— Мне больше нравится здесь по ночам.

— И мне, — сказал он. — Ночью здесь спокойно. Никаких псевдо скорбящих.

— Ты первый человек, который это понял, — сказал я. — Когда мои родители умерли, я пришла сюда, проходя фазу гнева на мир, и кричала на надгробия. То, как на меня смотрели…

— Могу представить, — проговорил он. — Но ведь становится легче, правда?

— То есть? — спросила я.

— Справляться со смертью.

— Наверное. — Я больше не злилась на родителей. Они же не виноваты, что не разглядели другую машину под проливным дождём. Иногда жизнь просто подкидывает тебе дерьма.

— А я остался один, — сказал Бью. — И приехал найти какого-то родственника, кому могу отдать дом.

— Не хочешь здесь оставаться? — спросила я. — Можешь просто продать дом.

— Знаю, но он многое значит для других.

— Для мёртвых других, — добавила я.

Он рассмеялся.

— Вообще не представляю, почему всё это тебе рассказываю.

Я пожала плечами.

— Может ночное кладбище приводит человека к честности.

— Или к сумасшествию, — возразил он.

— Ну, или к нему. — Я обратила внимание на то, что флиртую. Не нарочно, но Бью заметил, учитывая, что он споткнулся. Я не должна флиртовать с незнакомцем, которого встретила на кладбище — он чудак, повёрнутый на мёртвых людях, а я добровольно иду в его дом одна. Знаю, что мне следовало бы развернуться и уйти, но не могла заставить работать инстинкт самосохранения. В конце концов, это же Харт. Сонный маленький городок, который каждое воскресное утро замирал, потому что все ходили в одну из двенадцати церквей. Двенадцать. Для крошечного городка. И каждая забита до отказа.

Бью остановился и обернулся, окинув меня взглядом с головы до ног. Он точно уловил то, что я флиртую с ним. Расправив плечи, я продолжила идти, поравнявшись с ним.

— Всё в порядке? — Без предупреждения он подхватил меня на руки. Я взвизгнула и напряглась. — Какого чёрта?!

— Камни.

— Чего? — спросила я.

— Посмотри вниз.

Я посмотрела. Граница кладбища — массивное каменное ложе, и пройти по нему было бы чертовски больно, а ещё я бы целый час перебиралась, рискуя сломать лодыжку.

— Спасибо.

Я немного расслабилась, наслаждаясь тем, как мышцы Бью перекатываются подо мной. По привычке или из-за сумасшествия, я глубоко вдохнула, пытаясь уловить его аромат. Странно, но я чувствовала только запах магнолии и жимолости, смешивающийся с влажным воздухом, и нахмурилась. Бью отличался от парней, с которыми я встречалась в подростковом возрасте, когда жила здесь. И он определённо отличался от мужчин, с которыми я встречалась в Чикаго. И дело не в отсутствии запаха. Было что-то ещё. Нечто большее. Я просто не могла понять, что именно.

3
{"b":"665515","o":1}